воздухе, как иней под сапогами.
И тут я замечаю её.
Мария.
Зачем она приехала⁈
Выходит из вагона последней, в светлом плаще, с непокрытой головой. Светло-русые волосы растрепал ветер, в глазах её — упрямство, от которого у меня сводит скулы.
В руках — походный рюкзак. Её белая рубашка под распахнутым плащом ещё ярче выделяется на фоне гвардейской мрачности.
— Барон, — говорит она, подходя ко мне вплотную, — я всё равно уже не могла оставаться там. Я здесь нужнее. Для борьбы с вурдалаками.
Кровь в моих жилах становится ледяной. Понимаю, что добром это не кончится.
— Ты с ума сошла? — Хватаю её за локоть, чувствуя, как она пытается вырваться. — Это не место для…
— Для кого или чего?
— Для таких как ты, — зло бросаю я.
Она стоит передо мной, опустив глаза в землю.
Могу представить, что сейчас с ней творится.
Поезд вздыхает за спиной, выпуская последние клубы пара.
Гвардейцы молчат, но я чувствую их взгляды. Васька, гад, усмехается себе в кулак.
— Лагерь в лесу, — наконец говорю я, качая головой. — Если к утру надумаю, то отправлю тебя обратно первым же поездом.
Мария вскидывает подбородок.
— Нет, барон. Возьмешь ты меня в бой или нет. Я уже отсюда никуда не уеду.
Черт бы побрал! Сами демоны ее сюда принесли.
Оборачиваюсь к гвардейцам.
— В путь!
Лошади бегут рысью, отряд сворачивает в лес, и всё кажется почти обыденным — боевые маги едут в тени деревьев, лошади топчут снег.
Почти обыденно. Неожиданно доносятся странные звуки.
Мы замираем.
Вокруг толпятся люди — мой отряд. Семен Колтов, верный соратник, Васька — парень с дерзким нравом, быстрый, как степной ветер.
Но этого мало.
Я отобрал лучших — выпускников Пензенской Магической Военной Академии, тех, кто знаком с магией не понаслышке.
Они умеют не просто махать клинками, но и заставлять их пылать. Они знают, как использовать силу стихий, как разрывать ткань реальности. И эти знания пригодятся нам там, куда мы направляемся.
Аномальная зона.
Лошади бьют копытами по мерзлой земле, будто чуют что-то запредельное. Мой отряд — каждый с оружием, каждый с твердой решимостью.
Мы знаем, что Аномальная зона — это место, где исчезают деревни, пропадают целые отряды, где ночи гуще смолы, а воздух пахнет смертью.
И вот — она перед нами.
Воздух в ней густой, словно его можно резать ножом. Тени движутся, хотя неясно, есть ли у них хозяева. Ветер уносит наши голоса, возвращая вместо них шепот чужих слов.
— Черт, Демид, ты уверен? — хрипит фамильяр Зир.
Не отвечаю. Вместо этого вгоняю коня вперед.
Мгновение — и мы внутри. Мир ломается. Звезды гаснут, словно их никогда не было. Все звуки исчезают, кроме биения моего сердца.
Колтов, сжимает эфес, смотрит на меня в упор.
Все вокруг словно ожило, зашевелилось, оглушает жуткий звериный вой.
Такой, что даже гвардейцы на мгновение замирают, сжимая поводья. Вой раздаётся справа. Потом слева. А затем — позади.
— Вурдалаки, — тихо произносит Мария, в её голосе нет страха. Только та самая непоколебимая решимость, от которой мне так хочется выругаться.
Между деревьями, мелькают силуэты. Красные глаза загораются в ночи, словно адские угли.
Их много. Очень много.
Они не живые и не мертвые. Их глаза — бездонные провалы. Их движения — ломкие, неправильные. Они выходят из темноты, окружая нас.
Первый крик. Лязг стали. Лошадь падает, срезанная чем-то невидимым.
— Держаться! — мой голос прорывается сквозь наступившую жуткую тишину.
Но что-то здесь сильнее нас.
Что-то пробуждается. И прежде чем я успеваю понять, что это, мир взрывается огнем и чернотой.
Ночь чернее смолы.
Зловещий туман стелется по земле, пропитывая воздух запахом разложения. Слева и справа от меня в ряд выстроились гвардейцы и верные мои соратники, вооружённые зачарованными мечами.
Острие каждого клинка сверкает магическим блеском, способным разить нечисть.
Лея, моя магическая лучница, стоит чуть позади, её длинные золотистые волосы слабо светятся в отблесках магического пламени, что пляшет на кончике её стрел.
Рядом с ней возвышался Кирсан — могучий воин, магический громовержец, облачённый в сияющие доспехи, источающие силу стихий.
Мария, некромантка, замыкает линию обороны, её тёмные глаза сверкают мистическим огнём, а руки дрожат в предвкушении колдовства.
Из леса доносится пронзительное воющее завывание.
Вурдалаки. Сначала тени, затем силуэты, затем десятки уродливых существ с кривыми клыками и горящими глазами, будто из самых глубин преисподней.
Двигаются быстро, их когтистые лапы хрустят на по снегу. Сердце бьется в груди с яростью барабана.
Сжимаю рукоять меча.
В первый же миг схватки вурдалак бросается на меня, его пасть разверзается, но я резко ускользаю в сторону, а затем наношу точный удар зачарованным клинком прямо в шею тварюги.
Её тело содрогается и валится на землю, осыпаясь пеплом. Однако вслед за первым нападает второй, затем третий.
Удар — ещё удар! Клинок поёт, разрывая гниющую плоть нечисти.
Слева от меня бьётся Васька.
Он не столь мощен, как Кирсан, но ловок и быстр, его меч мелькает в воздухе, разя нечисть короткими, молниеносными взмахами.
Семён Колтов, мой верный товарищ, стоит плечом к плечу с двумя гвардейцами. Их мечи работают слаженно, словно часовой механизм. Один парирует, другой наносит смертельный удар.
Лея стреляет без промаха. Каждая её стрела — это огненная смерть, испепеляющая вурдалаков ещё до того, как они приближаются.
Её тонкие пальцы ловко натягивают тетиву, и очередной монстр падает, пронизанный пламенным зарядом.
Кирсан же размахивает двуручным мечом, от которого исходит магическая волна. Один его удар разносит сразу нескольких тварей, а его броня защищает от когтей нечисти. С каждым движением он будто оживляет саму землю, заставляя её содрогаться под напором своей магии.
Но центральное место в этой битве занимает Мария. Её чёрный плащ колышется в вихре тёмной энергии. Её руки поднимаются к небу, и внезапно мёртвые вурдалаки поднимаются вновь — но уже не против нас.
Некромант призывает павших в бой, превращая наших врагов в союзников. Разложившиеся тела встают и бросаются на своих бывших сородичей, раздирая их когтями.
Вурдалаки не знают страха, но теперь среди них начинается паника. Их ужасающие стоны перемешиваются с треском разрываемой плоти. Мария направляет свою нежить в атаку, её глаза светятся холодным, мертвенным светом.
Но враг не сдаётся.
С южного склона выходит громадная фигура — чудовище с рогами, в полтора раза выше человека, с когтистыми лапами и алыми, горящими глазами. Оно рычит, и от этого звука
