силой. Я всегда ненавидела их за это, хоть приходилось делать вид, что мне нравится, а теперь я впервые в жизни хочу парня, который сидит рядом со мной, и пытается оттолкнуть меня. Не выйдет!
Она прижалась к нему, обхватив руками:
— Посмотри, Амару, какая это ночь! Такой никогда не будет больше. Здесь так хорошо. Мне кажется, что это дерево чувствует и живёт. Оно не только излучает свет. Оно нечто большее, чем просто дерево. Здесь прекрасно. Не пытайся меня отговорить. Я вижу, что ты тоже тянешься ко мне. Не мучай себя своей совестью. Оставь её далеко-далеко. Как можно дальше от нас. Здесь только мы с тобой.
Он поцеловал её и они принялись ласкать друг друга. Два маленьких человечка под громадным Деревом Света.
Утром, когда Лорена проснулась, то увидела Амару, сидящего поодаль, и что-то вырезающего ножом. Когда она окликнула его, он обернулся и пришёл к ней, пряча одну руку за спиной. Лорена теперь не стеснялась своей наготы и потянулась к нему руками. Присев рядом, он положил ей в ладонь то, что прятал за спиной. Это был гребень, вырезанный из дерева. На нём было грубо высечено изображение солнца.
— Я увидел сухую ветвь найры и решил сделать тебе гребень для волос. В детстве мне всегда нравилось вырезать что-то из дерева. А тебе он очень нужен. Я не дам тебе отрезать волосы, как ты хотела. Они прекрасны.
Лорена вертела гребень в руках, не говоря ни слова. Внезапно, слёзы покатились градом, и она, всхлипывая, прошептала:
— Я хотела золота, чтобы стать богатой, и сбежать от всех на родину. Только и думала об этом. Не знала, как его заполучить, и как потом сбежать от Джозу. Теперь, я держу в руках эту деревяшку, которую ты сделал для меня, и она дороже всех украшений, что дарили мне. Те украшения были просто платой за тело, ненавидящее тех, кто им пользовался. А ты… А ты … Сделал меня женщиной. То, что было раньше, не в счёт. Ты мой первый. Я хочу, чтобы ты понимал это.
Он обнял её, целуя лицо, солёное от слёз. Она отстранилась и заговорила громче:
— Если мы выберемся отсюда, то не прогоняй меня. Я плохая женщина, но я тебя люблю. Очень люблю. Я буду с тобой на любых твоих условиях. Хоть одной из тех женщин, которые у вас в золотых одеждах, но только твоей. У тебя две жены. Я не прошу жениться на мне, но не бросай меня. Ты вернул меня к жизни. Я хочу просто радоваться ей, сколько смогу. Мне не нужно золото или что-то ещё. Я выбираю тебя.
Амару гладил её, всматриваясь в заплаканные глаза, потом заговорил:
— Я не брошу тебя, Лорена, клянусь перед этим священным деревом. Клянусь всеми богами, что никогда не оставлю тебя. Ты не плохая. Ты прекрасная женщина. Необыкновенная. Я рад, что встретил тебя. Ты сказала, что у меня есть две жены. Да, это так. Я не знаю, что мы с тобой будем делать. Может они нас убьют за это, но я не отвернусь от тебя и Золотой Девой тебе не бывать. Ты будешь моей женой. Сейчас обряды совершают в Храмах Солнца, но раньше, говорят, что их проводили возле священных деревьев. Жрецы были не нужны тогда. Мне говорил об этом Халиан, а он мудрый человек. Вот и сейчас, стоя здесь, под найрой, я прошу тебя стать моей женой.
Она пристально посмотрела на него:
— Ты уверен в этом? Не передумаешь? Мне кажется, что клятва здесь крепче любого обряда. Хоть у меня на родине, хоть в твоём храме. Ты уверен, что хочешь этого?
— Да. Я уверен, как никогда в жизни.
— Тогда я согласна. Я тоже клянусь тебе, что ты будешь моим единственным мужчиной навсегда. Я больше никогда не предам тебя.
Амару обхватил её, прижимая к себе. Лорена уткнулась в него, всхлипывая.
— Мне не хочется уходить отсюда, Лорена, но нам придётся это сделать.
Она кивнула. Он стал собирать вещи. Задумчиво поглядев, Лорена попросила его отойти подальше. Амару удивился, но согласился. Издалека он видел, как Лорена гладила дерево, что-то говоря ему, потом обняла его, и отправилась к Амару. Он молча смотрел, как она приближается, казалось, сама излучая свет. Впервые он увидел её по-настоящему радостной.
— Пойдём, Амару. Теперь пойдём.
Идя по дороге, он снова почувствовал взгляды, как будто идущие отовсюду. Лорена улыбалась, не замечая ничего. Амару отогнал дурные мысли. «Это просто Миауа, хозяева леса, — убеждал он себя, — мы же не делаем ничего дурного, и нам нравится этот лес. Если бы только в нём была еда. Он мысленно обратился к Миауа:
— Помогите нам выйти отсюда. Мы не желаем вам зла. Мы просто заблудились. Не по своей воле мы здесь. Хоть я и рад, что увидел найру и рубиновые деревья.
Шагая вдаль, Амару взял Лорену за руку, ощущая тепло её пальцев. Они не спешили, так как раньше, поскольку уже не могли выдерживать такой темп.
— Мы выберемся, Лорена. Обязательно выберемся.
Она без сомнения взглянула на него:
— Да, мы выберемся. Но я рада, что побывала здесь.
Амару покривил душой. Он не верил, что они выберутся, но не хотел огорчать Лорену. «Пусть она побудет хоть немного счастливой, — думал он, — я постараюсь, чтобы мы продержались, как можно дольше».
* * *
Джозу не находил себе места от ярости. Вот уже несколько дней они торчали возле храма Иццы. Проклятый дождь смыл все следы беглецов, и было совершенно непонятно, в каком направлении их вообще искать. Он разослал своих людей в разные стороны, но пока безрезультатно. Чанти отправился на поиски один. Верхом, к небывалому удивлению Джозу, знающего его нелюбовь к лошадям.
Чанти был убеждён, что беглецы отправились по дороге, а не напрямик через джунгли, но в какую сторону, не знал. Ведя свой поиск, он чувствовал азарт и желание разгадать эту загадку. «Парень не житель леса, — думал он, — в любом случае я найду его. Пока ему везёт. Ливень помог и эти пчёлы появились вовремя. Сапфировые пчёлы вообще редко встречаются, а чтобы так притащить рой вместе с веткой в костёр, это удивительно».
Продвигаясь на своём спокойном мерине, Чанти зорко осматривал дорогу. Возможно, что у парня хватило ума не повернуть обратно в Тинсу, а пойти в другом направлении. Обследовав обратный путь, Чанти укрепился в своём предположении. В других направлениях были посланы люди Джозу, которые были несведущи в поиске следов. Чанти решил
