только не переживай.
Она отошла от костра, направляясь в свою палатку. Халиан вытер пот со лба. «Ох и женщины, — подумал он, — нельзя им рассказывать страшные истории. В следующий раз надо мне помнить об этом».
* * *
По сумеречному городу шли Амару с Лореной. Он не стал дожидаться, когда солнце взойдёт, и они вышли перед рассветом. Улицы больше не проделывали такие штуки, как ночью, и Амару вёл её через весь город по прямой широкой улице, хоть и заросшей.
— Здесь должны быть другие ворота, — объяснял он, — мы же не хотим обходить город по лесу. Значит, нам стоит пройти насквозь через него.
Лорена смотрела на него и не понимала. Он больше не боялся этого места. Казалось, что уверенность пришла к нему, и она передалась и ей. Лорена теперь не прижималась в страхе, хоть и держалась крепко за руку. Тревога куда-то пропала. Они отыскали ворота с высокими привратными башнями. Недалеко от них, возле разрушенной пирамиды храма, стояло гигантское засохшее дерево найры. Амару поморщился:
— Не зря мне не нравится это место.
Лорена кивнула, и держась за руки, они вышли из городских стен.
* * *
Люди Джозу, выполняя приказ, окружали город. Стены были высоки и прочны, и беглецы не могли пересечь их. У каждых из четырёх ворот выставили посты. Чанти не пошёл вместе со всеми внутрь. Он занял место рядом с часовыми на северной стороне. Сомневаясь в затее Джозу, Чанти просто ждал. Марриоссцы вошли только из южных ворот, и стали методично прочесывать улицы. До позднего вечера они обыскивали город, но не нашли ничего, что говорило о побывавших здесь беглецах. Ведь только Джозу и Керро действительно искали сбежавших. Остальные рылись по домам в поисках ценностей. Некоторым везло, но в большинстве случаев ничего стоящего не находилось. Несмотря на множество следов, оставленных беглецами в пыли домов и брошенные самодельные фляги, никто этого не заметил, будучи увлечёнными совсем другой целью. Когда Джозу протрубил сбор на площади, то люди сходились медленно. Некоторые тащили набитые мешки. Недовольно оглядев пришедших, Джозу отметил, что не хватает четверых. Задавая вопросы, он понял, что никто не знает куда они подевались. Джозу трубил сбор снова и снова, но безрезультатно.
Солнце садилось, и Джозу не стал отдавать приказ прочесать город снова, опасаясь потерять ещё несколько человек. Недоверчиво оглядываясь по сторонам, он обратился к людям:
— Я вижу, что вы решили взять с собой половину города. Этому не бывать. Наша цель — Кинто. Мы пришли за золотом. Этот город никуда не денется от нас, если из него до сих пор ещё не вынесли всё ценное. Все, чьи вещи превышают седельную сумку, будут оставаться здесь. Мне не нужны коробейники на марше. Мне нужны солдаты. Оставить вещи здесь! Можете пометить их, чтобы на обратном пути не возникло путаницы, где чьи. Повторяю ещё раз. Мы идём в Кинто. Эти мешки мы должны набить золотом, а не хламом из этого городишки.
Джозу и Керро стояли у северных ворот, наблюдая, как люди неохотно складывали вещи в кучу на улице. Когда последний человек вышел наружу, Джозу обратился к Чанти:
— Ты был всё-таки прав. Я потерял четырёх человек. Не знаю, может они не поделили трофеи и поубивали друг друга, но это вряд ли. Им приходилось делить и более интересную добычу. Я хоть и не суеверен, но что-то не так с этим городом.
— Конечно не так, господин. Я говорил об этом сразу. В Хону не заходят даже лесные люди, а им не откажешь в смелости. Это плохое место, хоть наш парень и прошёл через него.
— Откуда ты знаешь?
— Следы, господин. Дальше на дороге. Они ушли по всей видимости ещё утром. Я немного прошёл и осмотрелся.
— Так почему ты не сказал раньше?
— Я сказал, что не буду входить в ворота Хоны. Я ждал пока вы выйдете оттуда. Они идут по дороге, и мы их нагоним завтра.
— Я не собираюсь ждать до завтра. Мы выходим сейчас же.
Недовольные люди садились на коней. Керро подскакал к Джозу:
— Все устали. Какой смысл гнаться сейчас за ними? Куда они денутся от нас?
— Мы и так потеряли день и четверых человек, прочесывая этот город. Я не хочу ждать. Догоним их и дело с концом.
Керро нехотя кивнул:
— Как хочешь. Командуешь ты.
Отряд шагом тронулся по дороге, едва озарённой лунным светом. Чанти ехал впереди и особенно не спешил. «Всё равно мы не догоним их в такой темноте, — думал он, — какие же глупые люди эти чужаки!».
* * *
Тайп стояла перед статуей Иццы, восхищённо глядя на неё. Ей понравилось, как изображена богиня. Выражение лица было подобрано искусно, и только когти вместо пальцев, смущали Тайп.
Как и предполагал Халиан, они смогли немного сократить путь, пройдя по реке, и теперь отставали от чужаков только на несколько дней похода. Рубиновый лес потряс Тайп до глубины души. «Это просто невероятное место, — думала она, — хотела бы я побывать здесь не по такому поводу, как мой». Обряд обещания Миауа, при входе в лес, проводил смущённый Халиан, который заранее расспрашивал об этом Воапа с помощью Тайп. Теки и Коты отнеслись к обряду с пониманием, но Тайп еле заставила себя попить воды из лужи. «Какая глупость! — злилась она, — Ладно Воап, но Халиан! Как он может верить в эту чушь?!».
Но Халиан отхлебнул воды так же, как она, и Тайп скривилась от отвращения. Потом, когда они уже шли по лесу, она принялась расспрашивать его о Миауа.
— Я никогда не видел их. Только крылья, которые привозят на продажу. У тебя же была одежда из них.
— Если мы носим одежду из их крыльев, то почему боимся входить в лес без этих дурацких обещаний?
Халиан задумался и только потом ответил:
— Лесные племена верят, что Миауа управляют в этом лесу всем. Деревьями, животными, даже погодой. Для них Миауа это настоящие владыки этого места. Те крылья, что привозят нам на продажу, насколько я знаю, добывают только Воины Облаков, по ту сторону гор. Как они это делают, не знает никто. По крайней мере, таких людей я не встречал. Среди охотников леса ты не найдешь никого, кто бы согласился противостоять Миауа, а тем более пытаться их убить. Я не знаю, что они представляют собой, но не собираюсь рисковать зря. Воап верит в этот обряд, а он наш проводник. Вот пусть ведёт спокойно, а не переживает, что кто-то его подводит.
