я спешу вас поздравить, — расплылся в улыбке администратор, если что, то вроде бы вполне искренней, — Насколько быстро вы хотели организовать доставку вашего сувенира?
— Давайте вместе подумаем, — предложил я с самым глубокомысленным видом, — Два дня назад я почти аналогичный подарок вручил нашему Императору, и он его порадовал. Ещё через три дня третий, и последний сувенир получит одна герцогиня, к которой я приглашён на вечер.
— Я уже всё понял. Прямо сейчас велю запрягать самую быструю пролётку. Если желаете доставку каретой, то хочу предупредить, что они передвигаются гораздо медленней, особенно по городу.
— Тогда распорядитесь, а я пока поднимусь к себе, чтобы написать небольшую благодарственную записку. Как-никак, а ваша хозяйка во многом способствует моим успехам, — вбросил я зёрна, жаждущие урожая, в расчёте на то, что хоть какие-то из них да прорастут.
Жена руководителя всей Имперской службы инквизиторов…
Ну, знаете, если это не та персона влияния, за внимание которой стоит побороться, то я в этой жизни ничего не понимаю.
Жизнь часто бывает к нам несправедлива, даже когда тебе несомненно везёт.
Да, ситуацию с морским офицером я иначе, как везением и назвать не готов. Вот честное слово — была бы возможность, «поляну» бы ему накрыл и напоил от вольного. Вот уж помог, так помог!
Максимум, на что я рассчитывал от нынешнего визита в столицу — так всего лишь получить должность сценариста при театре, заменяющую мне армейский контракт. Но вышло, как вышло. А двойной плюс заключается в том, что меня теперь завистники на дуэль поостерегутся вызывать. Это мне директор театра объяснил. В столице служба имперской безопасности очень развита и влиятельна, что совсем не удивительно. В любом случае надуманный повод для вызова на дуэль привлечёт внимание безопасников и желание проверить, а не месть ли это спасителю государя от врагов Отечества. От такого клейма потом долго отмываться придётся.
Так что этому славному парню, молодому морскому офицеру, я обязан и досрочным лэрством, то бишь — местным дворянством, и определённой подушкой безопасности.
Это уже потом, много лет спустя, я случайно услышу мнение, что Кароль Птишек стал заложником обстоятельств. Чистка во флоте давно намечалась, но не было достойного повода. Так что пришлось флотским пережить три месяца проверок на лояльность и некоторую потерю в рядах своих старших офицеров.
Спрашивается, и чего я жалуюсь на несправедливость жизни, если всё хорошо?
Так ведь праздник у меня! Такие события знаменательные, а где я? Правильно, я в столице.
Сижу один в гостиничном номере и мне даже радостью не с кем поделиться. Элементарно выпить за успех, омыть перстенёк в бокале чего-нибудь крепкого и выслушать несколько тостов в свой адрес. Много ли человеку нужно для счастья…
Сообразив, что праздник сам не приходит, я решил взять это дело в свои руки. Душа хотела развернуться и требовала чего-то этакого.
Вариантов у меня было немного — всего один, так что я мудро решил, что привередничать с выбором совершенно ни к чему.
— Четыре пирожных и чай? — встретил меня вопросом уже знакомый официант, как только я вошёл в зал ресторана.
— Хуже, — обрезал я его восторги, обозревая зал.
Майри нашлись за столом недалеко от входа. Меня они ещё не заметили, так как были полностью увлечены каким-то десертом. Ну, хоть так. Вовремя я девчонкам выгодную подработку подкинул. Теперь могут не изображать бедных родственниц, цедя полвечера стакан сока.
Уже подходя к их столу, сообразил, какая же я сволочь! Вроде они и говорили, как их зовут, и память у меня шикарная, а вот хоть убей — не могу вспомнить их имена.
Ну, да ладно. Дело-то житейское и вполне знакомое. В своей прошлой жизни я тоже иногда попадал в переплёты, когда ты поутру просыпаешься в одной постели с девушкой, а как её зовут — не знаешь. Собственно и она после ночного клуба на тебя смотрит, как на НЛО. Так что выкручусь.
— Солнышки мои, приветик! — сходу плюхнулся я на стул, присоединяясь к двум девушкам, — У меня два важных вопроса. Вторая пара дежурит на улице? И кто из вас лучше всего разбирается в кухне, если нам нужно будет заказать ужин на пять человек?
— В кухне — она.
— В кухне — я.
Практически синхронно ответили обе майри.
— Тогда ты помогаешь мне с заказом, а тебе, зайчик, придётся сбегать на улицу и привести вторую пару сюда к нам, — распределил я роли, выбрав себе помощницу, а её подругу отправив за подкреплением.
— Нам не положено, — пискнула было посыльная.
— Сегодня у меня праздник! — многозначительно постучал я по столу пальцами правой руки.
Отчего у девушек, отметивших перемену моего статуса, взлетели вверх брови.
— Начальницу тоже звать? — спросила уже подорвавшаяся было майри, посланная за подругами.
— Не… На вас и на неё меня точно не хватит, — абсолютно честно выдал я вроде бы и непристойность, а вот гляди-ка ты, прошла.
Девчонка умчалась абсолютно счастливая. Был бы у неё хвост, она бы и им сейчас махала влево-вправо, как довольная собака-улыбака.
Запомнилась мне по моей прошлой цирковой жизни одна собака далматиночка, которая умела жонглировать надувными шарами. Вот уж это было поистине жизнерадостное существо. Постоянно готовое на любой кипеж и скачки. У неё хвост всегда находился в движении, а с её морды не сползала улыбка, ну, это для тех, кто понимает, и я только один раз увидел, как проходя мимо клеток с тиграми она хвост придержала, поджимая его под себя.
Когда у нас за столом образовалось четыре майри, то дело с заказом ужина в номер сдвинулось очень шустро, не в последнюю очередь благодаря уже знакомому официанту, который откуда-то точно знал предпочтения девушек и давал им безошибочные подсказки.
Поручив своему фанату следить за качественным исполнением заказа, если что, обошедшегося мне в двадцать восемь золотых, и это с учётом имеющейся у меня скидки, я сопроводил всех четырёх майри в свой номер.
— «Народ для разврата собрался!» — как-то так вроде бы звучала фраза в одном из фильмов с Шукшиным.
Вот только помниться, праздника у них в фильме тогда не получилось, но я с такой постановкой вопроса категорически не согласен. Ибо это не мой случай, а если что, настойка жив-корня мне в помощь. Когда прижмёт, начну с двух капель…
Видели бы вы глаза официанта,
