помощью Марьки я быстро оделась. Служанка собрала мои волосы в мягкий пучок и украсила его шпильками с жемчугом. Выбрала наряд цвета стали с легким голубоватым отливом, который выгодно оттенял синеву моих глаз. А под платье подобрала серо-синие полусапожки на маленьком каблуке. Выглядела я прекрасно. Марька, действительно, постаралась. Однако на этом хорошие новости закончились.
Только мы покинули комнату, как я поняла, что главный план на день пошел кобыле под хвост. За спиной послышались лязг, громкий топот и знакомое шмыганье носом.
– Они идут за нами, – с ужасом прошептала Марька и украдкой посмотрела назад.
– Не за нами, – на миг поджала я губы и пояснила: – За мной.
Стражники больше не стояли возле двери, а с невозмутимым видом преследовали меня по коридору. Странно, почему они вчера не сдвинулись с места, а только сегодня. Арвел приказал не спускать с меня глаз?
Я вздохнула и потерла пальцами переносицу. Может, оно и к лучшему, с охраной все-таки спокойнее, только почему-то я больше узницей себя чувствовала, нежели важной особой. Оставалось надеяться, никто из этих ребят не помешает мне наслаждаться чтением. А встреча с Ароном – всего лишь случайность, и вряд ли он…
«Арон?»
Я тут же отступила на шаг, чтобы вновь выглянуть в окно, где промелькнул златовласый мужчина в зеленой мантии. Он появился ненадолго на тропе, что вела от западного крыла, и быстрым шагом скрылся за углом замка, а у меня сердце заколотилось и к щекам прилила кровь. Даже не верится в такое совпадение! Только недавно о нем подумала, и тут словно сама Богиня захотела, чтобы мы вновь увиделись. Хм… Но теперь появились некоторые сложности – стражники.
Вряд ли Арону понравится вести со мной беседу, пока над душой стоят две горы в кольчуге. Наша встреча может оказаться слишком мимолетной, чего мне отчаянно не хотелось. Ведь вчера рядом с ним мне было так уютно и тепло! Не то что в холодных стенах замка, пропитанных присутствием принца.
В то же время без охраны страшновато. Если невест погубил не принц, а кто-то другой, то без присмотра мне никак нельзя. Но если все-таки виновен принц, то… тут мне уже ничем не помочь.
– Госпожа, – окликнула меня Марька, когда я задержалась у окна. – Вам нездоровится?
– Нет, – ответила я резко, потому что злилась, но стоило взглянуть на Марьку, как мигом остыла – созрел план: – Ой, Марька. А вот ты какая-то бледная!..
Глаза служанки удивленно расширились. Она хотела что-то ответить, но я не позволила.
– Храни нас Богиня, Марька! Тебе нездоровится? У тебя жар? – я коснулась ее лба, и теперь служанка на самом деле побледнела, когда почувствовала неладное. – Ты же вот-вот упадешь в обморок!
Поначалу Марька замешкалась, но стоило ее приструнить взглядом, как она все быстро поняла и начала оседать на пол. Я подхватила служанку и прижала ее к себе, продолжая разыгрывать спектакль:
– Марька… Марька!
– Вы погубите меня, госпожа, – шепнула она, пока стражники не видят, а я проигнорировала ее жалобы и оглянулась на мужчин в кольчугах:
– Что стоите? Помогите! Не видите – моей служанке плохо!
В их округлившихся глазах промелькнула нерешительность. Кажется, пора разыграть карту капризной барышни:
– Ну же! Иначе я пожалуюсь его высочеству, и он вас накажет!
Вот, совсем другое дело. Тот, кто страдал насморком, шагнул навстречу и осторожно поднял Марьку на руки. А она закатила глаза и совсем обмякла. У меня даже мысль промелькнула, что служанка действительно лишилась чувств. Вряд ли ей когда-нибудь доводилось побывать на руках у столь сильного мужчины. Хоть какая-то радость для девки. И мне счастье. Мой план работает.
– Ох, Марька… Ой, Марька… – кудахтала я, пока мы спускались в служебную часть замка, где ютилась прислуга. – Да что же такое. Может быть ты беременна?
На мгновение служанка удивленно распахнула глаза, но тут же закрыла, пока это не заметил стражник. А я цокнула языком и покачала головой:
– Ай-яй-яй… Да когда же ты успела.
– После переезда нездоровится, госпожа. Не более, – тоненьким, но настойчивым голосом проблеяла Марька. – Я невинна, точно младенец, – выдала она странное сравнение.
Стражник опустил взгляд черных глаз на Марьку, а та показательно коснулась лба ладонью и вымученно выдохнула.
– Ты неси ее, неси, – подстегнула стражника, а то вдруг заметит обман. – Не отвлекайся, оступишься еще и уронишь мою драгоценную служанку. А ей без этого плохо.
И молчаливый верный олух пошагал чуточку быстрее. Очутившись в холле, Марька пальчиком указала свернуть в правую от лестницы дверь. Скоро мы миновали большую столовую, кухню и добрались до комнат слуг.
– Ждите в коридоре, – приказала я стражнику, который уложил Марьку на маленькую постель, где даже ворочаться во сне опасно. Вдруг упадешь. – Я хочу убедиться, что с моей служанкой все хорошо.
– Не стоит, госпожа, – пропела Марька. – Я всего лишь служанка и…
– Не спорь. Ты моя служанка, и я за тебя в ответе.
– Вы так добры, госпожа.
Мне показалось или в ее голосе проскользнули нотки упрека?
Стражники тем временем послушно покинули комнату Марьки, где обстановка мне показалась довольно скудной: умывальник, две кадки с водой, стол, стул, кровать и шкаф с зеркалом. Ну, еще вазочка с цветами стояла на столе. С красивыми полевыми ромашками и колокольчиками. И только дверь за охраной закрылась, как Марька села на постели и осуждающе на меня посмотрела.
– Не злись, – я подарила ей извиняющуюся улыбку, перед которой служанка никогда не могла устоять. Вот и сейчас хмурая морщинка между ее бровей разгладилась, но подозрительность из взгляда никуда не исчезла. И не зря. – Марька…
Я немного помолчала и взволнованно выдохнула:
– Раздевайся.
Сказать, что мои слова ее обескуражили – это ничего не сказать.
– Госпожа! – пискнула служанка и схватилась за ворот серого платья, в точности такого же, в котором приходила вчера Нисса.
– Тихо! – шикнула я и, оттолкнув ее ладонь, принялась расстегивать крючки на груди. – Время не ждет.
– Но, госпожа! – шепотом и с отчаянием «прокричала» Марька. Она, точно ошпаренная, от меня отпрянула и забралась с ногами на кровать. – Вы что задумали? Я же… Я же берегу себя…
– Переодеться в твою одежду я задумала, дура, – огрызнулась я, и почувствовала, как щеки обжег румянец смущения. – А ты о чем подумала? Тьфу!
Я вновь ринулась к ней:
– Раздевайся, Марька. Время поджимает…
Но та мягко отстранила мои руки и строго произнесла:
– Я сама.
– Сама так сама, – не стала спорить. Вынула шпильки из волос и начала стаскивать свое платье. – Мне нужно выиграть немного времени, а ты пока поводи за нос
