Вообще, все документы были в адском беспорядке. Где-то переложены листы из папки в папку, где-то бумаги вообще лежат отдельно, а за некоторыми еще нужно идти в опечатанный кабинет Серебрянского. Это казалось странным: Дмитрий всегда был человеком опрятным и аккуратным, и единственные моменты, когда он терял все эти качества, — моменты очень сильного нервного напряжения. Похоже, дело Куколки целиком и полностью вызывает нервное напряжение, что в свете последнего убийства кажется Дмитрию более чем реальным, — и деться от этого некуда.
Перебирать бумаги Дмитрия, вопреки ожиданиям, за счет бардака в них, оказалось еще большим мучением, чем предполагалось, поэтому уже к обеду мужчины растеряли весь энтузиазм по отношению к работе и временно оставили коробки с папками. В ожидании обеденного перерыва теперь Женя бездумно складывал бумажные самолетики из чистых принтерных листов, а Роман вдумчиво вчитывался в досье одной из жертв трехлетней давности.
Ленивое затишье в рабочем кабинете следователей разбавила Олеся, влетевшая в помещение небольшим радостным ураганчиком. Оставив дверь открытой нараспашку, она повисла на шее отца, что поднялся, чтобы достать еще пару папок, и заверещала что-то о том, что она соскучилась за полдня, что дома ей нечем заняться и что она принесла мужчинам обед.
— Что, к трупу не пускают, ты хоть к сотрудникам прикопаться решила? — со смешком уточнил Женя, поднимаясь из кресла и подходя ближе. Слова о том, что им принесли обед, молодого человека определенно заинтересовали.
— Да ну тебя! — отмахнулась Олеся, но вредничать не стала и протянула Жене один из контейнеров. — Ариска работает, поэтому обед для вас на мне.
— Боишься, что мы забудем пойти поесть? — хмыкнул Роман с насмешкой, откладывая документы. — Спасибо.
— Знаешь, боюсь. Вы двое можете, — Олеся скривилась.
— Не в этот раз. Перебирать чужие документы по переданному делу — кошмар как скучно.
Женя скривился и отправил свой контейнер с обедом в микроволновку подогревать. Роман же принялся убирать более или менее рассортированные документы по новым папкам, а пристроившаяся на краю стола Олеся с интересом принялась наблюдать за этим. Некоторое время она молча наблюдала за отцом и осторожно перебирала документы, которые оказались под рукой, потом нахмурилась.
— «Красные волосы», — прочитала она с недоуменным выражением на одном из листов. Затем продолжила, увидев на лежащих рядом документах похожие подписи. — «Ее знает весь отдел». «Обаятельная девушка»…
— Что? — Роман, прислушавшись к словам дочери, нахмурился. — Это еще что за бред?
— Не знаю, — Олеся пожала плечами и, сложив листы в аккуратную стопочку, протянула отцу. — Просто карандашом на полях написано. Видимо, Дмитрий какие-то свои мысли выписывал, чтобы не потерять и не забыть потом. Может, это подсказки или типа того?
Девушка совершенно безразлично покачала головой и, увидев, что Женя достал из микроволновки свою порцию, отправилась разогревать обед для отца. Романа, впрочем, обед так и не заинтересовал особо, и мужчина принялся заново перебирать документы, собранные Олесей.
— Бредятина какая-то, — проворчал следователь. — Таких «обаятельных девушек с красными волосами» в Москве… Да даже в нашем районе — как грязи! Сейчас каждая третья девушка — обаятельная и красится.
Он раздраженно откинул бумаги поверх одной из коробок, и те чудом не разлетелись в разные стороны.
— Ну да, — согласился Женя, без особого интереса слушавший разговор Романа с дочерью, но с особым наслаждением принюхивающийся к обеду. Взяв вилку, молодой человек упал в кресло. — Тем более, если бы Дмитрий хотел оставить подсказки, мог бы просто имя Куколки написать, раз знал. А так… Дурак дураком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И ведь вроде нормальный был, а так проебался, — поморщился Роман. Материться он не любил, однако порой у него пробивалась ненормативная лексика — в основном в моменты особой усталости или раздражения.
Женя покивал, соглашаясь, и принялся за обед. Хотя бы в ближайшие часа полтора думать о Куколке не хотелось, а эти «подсказки» от Дмитрия казались слишком глупыми и словно бы издевательскими. Особенно учитывая, что за неделю эта сука убила уже двоих, включая самого Серебрянского.
Ну, к черту. От постоянной расчлененки в исполнении этой безымянной ненормальной особы нужен отдых. И мнение Жени на этот счет Роман полностью поддерживал, предпочтя хотя бы до следующего рабочего дня забыть о Куколке.
========== Глава 5. Подстава ==========
— Значит, вы с Женей все же в отношениях?
Олеся, хитро глянув на сестру, что сидела напротив, ухмыльнулась и облизала губы, чтобы избавиться от следов шоколадной пены. Ариса на это неопределенно повела плечами.
— Возможно, — протянула она. — Но я не берусь судить. Первое «свидание», если помнишь, наутро обернулось очередным преступлением Куколки. С которым, кстати, и я, и Женя связаны.
— Связаны, как же, — Олеся скривилась и махнула рукой. — Кирилл ведь сказал, что это Куколка. Значит, куколка. И вы с Женей максимум — последние, кто видел парня в живых. Даже не подозреваемые, это просто невозможно.
— И тем не менее к нам может возникнуть немало вопросов.
Девушки сидели в Макдональдсе небольшого торгового центра, на счастье, расположенного не слишком далеко от их дома, и ужинали. Время близилось к вечеру. Олеся, днем покинув полицейский отдел и предоставив следователям самим разбирать документы по делу Куколки, отправилась домой.
Вообще-то, девушка надеялась, что сможет в тишине и спокойствии немного поработать над новой статьей о городской легенде, однако в голове была сплошная каша. В голову то и дело лезли мысли о дурацких подсказках, которые на документах были написаны рукой Дмитрия, но понимание того, к чему были эти пометки, никак не приходило. Плюс ко всему, скоро — пожалуй, даже раньше нужного, — вернулась Ариса. Увидев, что сестра дома, она предложила пойти куда-нибудь сходить: до темноты еще очень далеко, как, впрочем, и технически до вечера и ночи. И вообще, хочется чем-нибудь заняться, и тухнуть в четырех стенах в ожидании отца желания не было никакого. Олеся хотела сначала немного посопротивляться, однако смысла не увидела: с Арисой они довольно давно нормально не проводили время вместе, а вдохновения не было даже на то, чтобы начать текст. Тем более, Олесе все равно нужно было в аптеку, за каплями для глаз.
А что до того, что отец будет ругаться, если сестры вернутся домой поздно… Ну, никто ведь не заставляет возвращаться домой на общественном транспорте. Ариса и Олеся могут просто заказать такси, и единственной опасностью на двоих будет дойти от подъезда до своего этажа.
— Это глупо, — помедлив, заметила Олеся.
— Да нет, вполне рационально, — Ариса пожала плечами. — Всегда больше всех вопросов именно к тем, кто нашел тело, и к тем, кто последним видел это тело живым. Но, с другой стороны, ты права: вряд ли к нам появится много лишних вопросов, учитывая, что Кирилл уверен, что парня убила Куколка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что-то она разошлась в последнее время, — будущая журналистка задумчиво помешала уже остывшее какао в стаканчике. Затем отпила и поморщилась от собственных мыслей. — Два трупа уже за несколько дней. Никогда еще не было так часто… Может, она что-то планирует? Или…
— От Дмитрия она защищалась, — поджав губы, заметила Ариса. Потом поймала недоуменный взгляд сестры и смутилась. Олеся недоуменно вскинула бровь и поправила очки на носу.
