малыш получил замечательный набор генов.
- Вер, Вера! Ты чего зависла? Тебе плохо?
- А? Нет, Лол. Всё хорошо. Я просто всё обдумала, что ты мне сказала. Ты права. Мы со всем справимся. Я в это верю! Только, Лоллочка, у меня к тебе одна просьба будет. Давай пока подержим это в тайне. Не хочу, чтобы это как-то повлияло на работу. Да и лишние разговоры нам ни к чему.
- Хорошо, Верусь, - тут же согласилась она. Как хорошо, что одежду свою я тебе тогда впихнула. Теперь всё пригодиться.
- Почему? не поняла я.
- Вот ты вроде ботаник
- Не ботаник, а ксенобиолог
- Всё равно! Так вот, я и говорю, что ты биолог, а совсем не помнишь, что фигура у тебя измениться должна. Как ты это скроешь?
- А, точно Я и забыла!
Дальше мы переместились, наконец, в комнату. Я прилегла на кровать, и мы продолжили обсуждать сложившееся положение. Больше всего я опасалась реакции полковника Ларсена. Мне казалось, что он обязательно гаркнет: «Мисс Райс, вы что, хотите стать моей персональной проблемой на ближайшие восемь месяцев?!» Лолка хохотала до упаду, когда я в лицах ей это расписывала. Постепенно, за разговором, утренняя тошнота прошла, и я почувствовала, что с удовольствием что-нибудь съела бы. Лолка взялась готовить мне завтрак, а я вдруг подумала, что могу воспользоваться нашей с профессором лабораторией в личных целях. Оборудование есть, реактивы есть и образование вполне позволит мне справиться с работой обычного лаборанта. Это я к тому, что надо провести самообследование: взять все анализы, проверить показатели жизнедеятельности, подобрать препараты, которые позволят мне благополучно выносить крепкого и здорового малыша. А ещё, нужно составить комбинацию витаминов, подходящую для беременных. Под такие мысли я незаметно умяла омлет из трёх яиц. Лолла сидела напротив меня и с умилением молча смотрела на это обжорство. После завтрака мы решили ещё раз перебрать одежду с учётом открывшихся обстоятельств: как раз успели закончить, когда пора было идти помогать в медцентр.
Там и правда оказалось много раненых. Особенно жалко было детишек, пострадавших при налёте фагов на ЗНЦ. Маленьких всегда жальче всех. В отдельной палате разместили пилотов и десантников, которые помогали при эвакуации и их зацепило во время очередного налёта. Двое бойцов были мужчинами старше сорока лет, а двое пилотов были явно с последнего выпуска Лётной Академии. Оба очень яркие - брюнет с голубыми глазами и огненно-рыжий с зелёными глазами. Их звали Марк и Рэй. Два весельчака-балагура. Я пока делала им перевязку, хохотала до слёз. Неистребимый мальчишеский оптимизм и вера в то, что уж с ними то ничего больше не случится, заряжали положительными эмоциями и поднимали настроение. Молодые и сильные организмы стремительно шли на поправку.
- Верочка, а вы сегодня свободны? спросил Рэй с томным придыханием.
- Нет, Рэй. Я очень занятой сотрудник научного центра.
- Верочка, зачем такой хорошенькой девушке забивать свою головку всякой чепухой? вторил ему Марк. Вы не созданы для работы. Вы созданы для любви!
- Вот балабол! Я сейчас возьму лазерный сшиватель, которым доктор Кларк так чудесно вас подлатал, и заварю кому-то рты, чтобы не несли словесный понос, - нарочито сердито отвечала я им. - А давайте сделаем вам дополнительные укольчики?!
- Нет, нет! Пощадите! Мы больше не будем! - продолжали дурачиться ребята.
Хорошо, что у меня, как у волонтёра, было слишком много дел, иначе они своими выходками довели бы меня до икоты. День пролетел незаметно. Когда доктор Кларк вызвался нас проводить и пригласил прогуляться до караоке-бара, то я отказалась, сославшись на домашние дела и усталость: пусть с Лоллой наедине пообщаются. Насчёт усталости я не соврала. Дикая слабость опять накатила к вечеру. Я решила не откладывать самообследование, и провести его прямо завтра.
Не буду подробно описывать весь процесс. Расскажу главное: анализы целиком и полностью подтвердили моё предположение насчёт беременности. Кровь хорошая, только налицо небольшая анемия. Это вполне нормально для моего состояния. Витаминный комплекс позволит сбалансировать содержание витаминов и минералов в организме. Срок чётко соответствует предполагаемому и составляет шесть недель. Скрининг Фермана помог определить пол и основные генные маркеры моего малыша. Это мальчик и у него сильные отцовские гены. Уже сейчас могу сказать, что он будет ростом не меньше метр девяносто, будет иметь тёмные волосы и серые глаза. Знакомый портрет? Вот, и мне знакомый Ладно, комплекс витаминов я подобрала быстро. А ещё, я решила помочь себе любимой: составила микстуру от тошноты. Думаю, что она поможет мне замаскировать основные проявления токсикоза, по которым легко догадаться о моём положении.
Профессор Киморо увлёкся нашими новыми экспериментами и совершенно ничего вокруг себя не замечал. Наоми часто приходила в лабораторию и приносила ему еду, так как он даже до столовой не хотел отлучаться, боясь пропустить что-нибудь интересное. Я же не могу позволить себе такого небрежения к режиму питания, потому что теперь несу ответственность не только за себя, но и ещё за одного маленького проглота. Благодаря составленной мной микстуре, приступы утренней тошноты прекратились, а аппетит вырос необыкновенно! Казалось, что пища сгорает без следа, едва опустившись в желудок. Я даже представляла себе, как я ем, а мой карапуз сидит там в животе с большущей ложкой и ещё в полёте все вкусняшки перехватывает. По утрам Лолла успевала сунуть мне пакетик с каким-либо перекусоном: галеты, сухофрукты, печенье. Несколько раз меня на выходе из лаборатории встречал Марк. Он специально втихаря сбегал из клиники, чтобы проводить меня до дома. В отсутствие Рэя он был совсем другим. Исчезала маска весельчака-балагура и появлялся более взрослый и интересный парень. Он рассказывал об учёбе в Лётной Академии, о друзьях, которые сейчас все, как один, сражаются с фагами, о своих мечтах. Даже вспоминал какие-то смешные истории из студенческой жизни, чтобы немного меня развлечь. Мне с ним было весело и интересно. Я со школы не имела друзей-мальчишек. Что и говорить, в нашем гуманитарном универе парней было совсем немного. А вот в детстве я дружила почти исключительно с мальчишками. Девчонки все были вредины и воображалы, постоянно плели интриги и дружили по принципу «против кого-то», а не «с кем-то». Ребята же более честные и открытые. С ними было интересней. Единственное, что мне очень мешало - очки, потому что почти все игры у них были очень подвижные.
