атмосферы на Луне, спасённых было до ужаса мало. За две последующие недели удалось вывезти со спутника около трёх тысяч человек с вещами, оборудованием и кое-какими припасами. Работы у всех прибавилось. Среди вывезенных, было несколько десятков раненых. Все, кто не был занят в научных проектах, помогали, чем могли. Кто-то из женщин помогал в медцентре, кто-то в работе с детками, которых прибавилось и теперь среди них появились малыши. Лолле некогда было хандрить. Иногда, по субботам, мы сидели с ней в караоке-баре и слушали любителей вокала. Это было единственное доступное здесь развлечение. Так, в заботах, пролетел первый месяц. Мы частенько встречали доктора Кларка. Джон подходил к нам и всегда спрашивал, как себя чувствует его первая пациентка. Самое интересное, что Лолла смущалась! Она, у которой все парни ходили по струночке!
- Лол, ты смотри, он опять идёт, - сделала я круглые глаза, старательно пыталась не засмеяться.
- Вера, перестань сейчас же! Он же увидит! накинулась она на меня.
- А тебе не кажется, что он не просто так ходит вокруг тебя? продолжала я её подначивать. Ой, здравствуйте доктор Кларк!
- Ну, Вера! зашипела на меня эта «стеснительная» особа. Здравствуйте, Джон! также громко повторила Лолла.
- Добрый день, девушки, - ответил он нам, но улыбался всё-таки Лолке. Как ваше самочувствие?
- Спасибо, Джон, всё хорошо. А как ваши дела?
(Они бы ещё о погоде и природе поговорили. Я чувствую себя, как третий-лишний!)
- Много пациентов доставлено в последние дни. Есть даже несколько военных. Так что работой я обеспечен.
- Может быть нужна наша помощь? Скажем, в выходные? встряла я в их «содержательную» беседу. Тем самым я кидала им соломинку: ухватиться за возможность абсолютно «легально» побыть рядом и пообщаться.
- А это хорошая идея. Наши волонтёры помогают нам всю неделю и к выходным мы их отпустим. Ваша помощь была бы кстати.
- Да, конечно, - с жаром подхватила эту идею Лолла. Мы с Верой совершенно свободны и сможем помочь.
- Что ж, тогда прощаюсь до субботы. Жду вас часам к десяти.
- До свидания, Джон, - хором попрощались мы.
Честно, я была рада за неё. Ничто так не отвлекает от мрачных мыслей и не поддерживает желание жить, как новая сердечная привязанность. И пусть пока ничего не ясно, но между этими двумя явно что-то зарождается. Наши лёгкие пикировки помогали нам оставаться в тонусе и не терять чувство юмора.
Спустя положенные две недели, растворились мои линзы, и я снова надела очки. Я, оказывается, по ним скучала. Окружающий меня мир снова выглядел привычно, а я ощущала себя защищённой. Подруга укоризненно качала головой. А что я могла сделать? Здесь не было линз и не было специалистов, которые могли бы сделать мне операцию.
Наши с профессором Киморо эксперименты, с включением непротеиногенных аминокислот в белковую основу человеческой ДНК, дали очень интересные результаты. Думаю, что, продолжая их, мы вплотную сможем подойти к исследованиям в области расширенного генетического кода. Я так увлеклась новыми горизонтами в работе, что стала сильно уставать. Приходя с работы, я не могла ничем заниматься. Лолка пыталась тормошить меня. Ей хорошо. Она подпитывается положительными эмоциями, которые дают дети. Ну ничего, думаю, что в выходные отдохну, как следует. Ой, нет! Я же напросилась в помощницы в медцентр.
Незаметно подошло время очередного завоза продуктов. Когда мы их раскладывали, то удивились, что у нас остался довольно приличный запас от первого завоза. Посовещавшись, решили, что это хорошо: мало ли, что нас ждёт впереди?
К пятнице я еле доползла. Усталость была такая, что не было сил даже поесть. Про себя я думала: «Как бы мне выдержать выходные?». Подруга, видя такое моё состояние сама предложила мне оставаться дома. В крайнем случае, помочь можно и в воскресенье. Я даже не пыталась сопротивляться. Молча кивнула головой и провалилась в глубокий сон. Проснулась я только в субботу вечером, когда Лолка пришла домой. Глядя на её сияющие глаза, можно было не сомневаться, что свидание на фоне спасения человеческих жизней прошло успешно.
- Ну, соня, ты всё дрыхнешь? Я думала, что хоть ужин приготовишь, - и тихонько насвистывая какой-то весёлый мотивчик она открыла холодильный шкаф. Так ты что, даже не обедала? удивлённо посмотрела она на меня.
- Да я только проснулась. Я длинно зевнула. Как дежурство в клинике?
- Хорошо, даже очень. Джон учил меня обрабатывать раны и делать перевязку. Так что я почти медсестра. А вот ты так и не научилась, - и показала мне язык.
- Вот и делай людям добро после этого! Я ей повод нашла, да ещё и самоустранилась! Так, ты есть будешь? сделала я обиженный вид.
- Нет, не буду. После дежурства мы ходили в бар.
- Ладно, значит, мне больше достанется, - сказала я, подходя к холодильнику.
Когда я открыла его и стала принюхиваться на предмет «чем бы поживиться», то еле сдержала рвотный рефлекс. Резко захлопнув дверцу, я рванула в санблок, где меня конкретно так вывернуло. Учитывая, что ела я почти сутки назад, процесс получился крайне неприятный. На трясущихся ногах я выползла из санблока и подошла к кровати. Холодный липкий пот и дикая слабость повалили меня на неё. Лолка подскочила ко мне, чтобы перевернуть, потому что упала я вниз лицом. Судя по всему, я потеряла на несколько секунд сознание. Когда очнулась, то лежала уже на спине с холодным компрессом на лбу. Я непонимающе посмотрела на подругу. Вид у неё был очень растерянный.
- Лол, ты чего?
- Это ты чего! Может ты отравилась? выдвинула она версию.
- Да, похоже. Я даже не помню, что ела в последний раз. Кажется, обедала в столовой в институте.
- Давай я позову Джона. Пусть он тебя осмотрит.
- Да нет, зачем. Завтра ещё целый день. Отлежусь, как-нибудь.
- Может, тебе что-нибудь принести? - неуверенно предложила Лолка.
- Ой, не надо! Мне пока так хорошо. Я лучше ещё посплю, - ответила я и повернулась на бок.
Лолла на цыпочках подошла к выключателю и приглушила свет над спальной зоной. Вид у неё был очень задумчивый. Она рассматривала спящую Веру. Та была на вид младше своих лет, хотя они с
