это, - едва ли не рычит Воронцов.
- Папа… Я тебя прошу. Пожалуйста, - уже совершенно иным тоном говорит Таня.
Вижу, как ломает мужика. Надо же, вот уж не думал. Неужели у нее такая власть над ним? У его папиной принцессы?
- Пап…
- Две минуты, - бросает он и убирает пистолет у меня от головы.
- Спасибо! - робко улыбается Таня, а для меня словно солнце из-за туч вышло. Да блядь! Откуда это сопливое сравнение только у меня в башке?!
Девчонка убегает одеваться, а незваный гость вальяжно усаживается за столом. Я продолжаю спокойно нарезать хлеб. Сейчас стычки у нас не будет, это точно. Так что пока можно и делом заняться.
- Думаешь, получилось у тебя дочь мою под себя подмять? - угрожающе тихо спрашивает Воронцов.
- У меня такого в планах не было. Она сама сюда заявилась.
- А ты и раз воспользоваться случаем, да? - мрачно бесится Алекс. - Она совсем ребенок! А ты ее… - стискивает зубы.
- Вообще-то она взрослая женщина и способна сама решать, с кем и как быть.
Вижу, как пенит мужика. И наверное, я отчасти его даже понимаю. Возможно. Понятия не имею, как бы реагировал сам, узнав, что моя дочь вот в таком виде с опасным мужиком наедине…
Черт.
- Я ее заберу, и чтоб больше рядом с ней тебя не видел. Иначе твой курорт здесь быстро накроется.
- Это уж Тане самой решать, - ухмыляюсь, откладывая нож. - Ей же есть восемнадцать.
- Ты ее в два раза старше! - рычит Воронцов.
- Не совсем, - равнодушно пожимаю плечами.
В общем-то я согласен с ним. Разные мы с Таней. Очень-очень разные. И та химия, что между нами, она, конечно, дает крутейший секс. Но что дальше? Я взрослый мужик, к тому же без возможности иметь детей. На кой черт ей со мной отношения?
Это при условии, что два года назад она и правда не подставляла, а просто оказалось чьей-то пешкой.
- Я тебя с землей сравняю, - начинает закипать мужик. - В асфальт за нее закатаю, понял?!
- Пап, я готова, - раздается голос Татьяны. И довольно вовремя - иначе бы у нас тут все же случилась потасовка. Я бы точно не стал терпеть наезды от Алекса - ответил бы по полной. И еще большой вопрос, кто получил бы больше.
- Пап?
- 22 Таня -
Наверное, еще никогда я так быстро не одевалась. Противостояние отца и Семена пугает меня до чертиков. Оба - самцы, которые не отступят. И оба опасны.
А еще они оба мне дороги…
И хотя мне сейчас больно от того разочарования, что успела увидеть в глазах отца, я стараюсь об этом не думать. Не время рефлексировать. Если я сдамся, папа не станет разбираться. Просто воспользуется привычным методом, решив, что Терехов - тот, кто меня обидел. Его маниакальная забота порой переходит разумные границы. И вот сейчас - тот самый случай.
Когда возвращаюсь на кухню, вижу, что обстановка опять накалена до предела.
- Пап? - стараюсь переключить внимание на себя.
- Ты не одета.
- Я же оделась…
- Полностью. Мы уходим.
Я знаю этот его тон. Таким он раздает приказы. Дома папа редко говорит вот так - только если дело действительно серьезно. Но еще я знаю, что если подчинюсь, то шансов узнать, что будет дальше, я не получу.
- Нет. Сначала мы поговорим.
- О чем?
Семен сохраняет молчание. Только смотрит спокойно и открыто.
- О том, что два года назад произошла ошибка.
- Это больше тебя не касается, - отрезает отец.
- Касается. Ведь это я тогда…
- Плевать! - рявкает он. - Тебя уже дважды использовали. Хочешь еще?
- Пап…
- Не папкай мне тут, ясно? Оделась и вышла из дома.
Перевожу взгляд на Терехова, надеясь, что он поддержит меня. Но тот молчит.
- Я хочу узнать правду. Сём?
Замечаю, как кривится отец. Но мне все равно. Пусть.
- Правду я тебе сказал. Я не брал тех денег.
- Вот видишь, папа! Мы не можем это так оставить! Несправедливо, что Семен живет здесь вместо того, чтобы…
- Повторяю еще раз - мы уходим, - с нажимом говорит он. - Вдвоем.
- Но я не…
- Пара минут, - вдруг перебивает меня Терехов. Правда, смотрит при этом на моего отца. Тот стискивает зубы, но в итоге все же кивает.
- Не затягивай.
И уходит.
- Что это было? Ты что, выгоняешь меня?
- Таня, тебе лучше уехать, - отстраненно говорит мужчина.
- Неужели ты не хочешь узнать правду? Понять, кто тебя подставил? Ведь я была уверена, что ты виноват. И те бумаги… Если ты не делал этого, то кто?
- Я знаю кто. И через год смогу поквитаться.
- Но мы же… - кажется, что у меня опору выбили из-под ног.
- Что мы? Отлично потрхаались - да. Разнообразили жизнь, получив взаимное удовольствие.
- Ты что, каждую, кто к тебе придет, вот так? - не верю услышанному. - Сём, зачем ты это говоришь? Ты ведь тоже это почувствовал…
- Что почувствовал? - устало вздыхает он. Сжимает переносицу пальцами, прикрывая глаза. - Тань, не придумывай ничего. Мы просто несколько раз переспали. Все. Считай, твое приключение закочнилось.
- Но ты же не знал, что я приду. Ты же… У тебя же здесь не бывает никого!
- С чего ты решила? В деревне полно одиноких баб, которым тоже хочется. Нормально здесь все с сексом. Никаких привязанностей. Чисто физика. Ты уже взрослая, должна понимать. Сама ведь так же.
- Но у меня никого не было, я же говорила…
- Значит, еще будет, - равнодушно пожимает плечами Терехов.
- Ты мне так мстишь за то, что я тогда забрала документы, из-за которых тебя посадили?
- Поначалу да, была желание отмостить. Но если не ты их подложила, нет смысла. Ты просто пешка, Тань. А с тем, кто это устроил, я разберусь позже сам. Уходи. Живи своей жизнью.
- Но между нами же…
- Был просто секс. Хороший, не спорю. Но не более. Ты мне неинтересна в дальнейшем.
Это так больно - слышать такое. Господи, когда же успела себе что-то напридумывать, если я сейчас словно выпотрошенная кукла? Ведь еще вчера планировала побег от этого мужчины, а сейчас хватаюсь за любую возможность остаться.
Вижу в окно фигуру отца. Что ж, не унижаться же теперь, чтобы и правда оставаться в роли бесправной игрушки. Тем более что их и так хватает, оказывается.
- Спасибо за честность. Отец, он… Прости его. Он из-за меня порой слишком жесткий. А насчет той ситуации… Он разберется.
- Не стоит. Полезешь в это, сделаешь еще хуже, - довольно жестким тоном заявляет Семен. - Хочешь
