— Что им может у нас понадобиться?! Груши с яблоками или, может, смородина?! Так нет же, мы потом по следам смотрели, они вокруг развалин потопчутся и назад уходят…
— Каких ещё развалин?! — опасно сощурился Тагир.
Александр заметно напрягся и погладил заткнутый за пояс пистолет ТТ. Артём мрачно усмехнулся: «Дурак, тебе башку оторвут раньше, чем ты ствол из штанов вытащишь!»
— Обычных. Пара обвалившихся стен, полузасыпанный колодец, каменный столб с резьбой…
— А что там изображено, не помнишь?
— Рожи какие-то со щупальцами… Откуда я знаю? — Александр пожал плечами. — Места дурные. Порой начинает оттуда гнилью тянуть. Вдохнёшь раз, так целый день как с похмелья. Мне одного раза хватило!
— Дела-а, — протянул Тагир и внезапно рявкнул: — И какого рожна вы с Карагандой молчали?!
Действительно, дурацкая ситуация получается. Если чужаков интересовали именно развалины, то назад они могли и не вернуться. Проклятье! Предложи Тагир пойти и набить Караганде морду, Артём возражать бы не стал.
Помощник Кардинала первым справился с эмоциями.
— Со щупальцами говоришь?.. Хорошо. Сейчас заглянем в одни примечательные развалины и, если никаких следов не найдём, то со спокойной душой двинем по домам. Надоело!
От возражений Сноходец просто отмахнулся: «Шатаясь по окраинам толку не добьёшься!» Сказал и повёл группу вглубь самого таинственного участка нового Сосновска — в Руины.
Это был единственный район, оставшийся от прежних хозяев здешних мест. Ни одного земного здания, кругом только древние постройки, пусть порой и целиком разрушенные, скрытые под слоем дёрна и поросшие травой. Город в городе, наследство Предтеч. И, чем дальше они шли, тем сильней ощущалась чуждость этого места. Артёму не надо было входить в транс, чтобы услышать шёпот Изнанки. Грань, отделяющая реальности друг от друга, здесь сильно истончилась. Он бы ничуть не удивился, если бы источник Волн или даже причина Переноса располагались именно здесь.
Руины — место странное, подчиняющееся иным законам. Нередко бывало: в городе солнце светит, а здесь льёт как из ведра. Миражи опять же… Впервые столкнувшись с ними ещё на самой границе, люди Караганды занервничали, кое-кто попытался деру дать. Даже подчинённые виритникам оборотни — Лёха Дылда и Тони — заволновались. Артём бы и сам испугался, не имей опыта хождения по снам. Как иначе? Идёшь себе по травке, по сторонам глазеешь, а куст у тебя на пути вдруг потечёт, как горячий воск, и в клыкастую пасть превратится. И ты ей на один укус. Или налетит порыв ветра, поднимет тучу песка, глядишь, а вместо холма уже замок торчит. С донжоном, башнями и флажками на шпилях. Даже герб можно разглядеть — чёрный трёхглазый череп и два скрещённых витых рога на белом фоне.
За неделю на многое насмотрелись, успели привыкнуть. Главное, не расслабляться и не принять за видение совсем не безобидную тварь. Однажды так едва не попались. Встретился на пути один ящер, весь в броне и с лошадь размером, а они шли, как туристы, в ус не дуя. Один боец даже нацелился пройти сквозь зверюгу. Тварь от такой наглости аж обалдела. Вместо того чтобы порвать дурака в лоскуты, рявкнула и хорошенько наддала ему лапой… Как же все тогда забегали! Кто-то полез на дерево, кто-то трясущимися руками потянулся к оружию. Один даже успел пальнуть из карабина. Пуля лишь царапнула бронированный бок, не причинив никакого вреда, но ящер обиделся. Напружинившись для прыжка, он протяжно заревел…
Артём тогда, повинуясь рефлексам Серебрянки, шагнул вперёд, норовя поймать взгляд хищника. Удастся — считай победил, нет — что ж, теперь у него есть неплохой кинжал. Будет чем встретить гадину. Но перед глазами мелькнул брошенный нож, влетев прямо в глотку зверя — клинок пробил небо и достал до крохотного мозга. Готов!
Схватка завершилась толком не начавшись, а Тагир в который раз подтвердил, насколько он опасный противник.
Больше ничего столь же серьёзного не случалось, но легкомысленное отношение к миражам как ветром сдуло. Одного раза хватило…
До цели шли долго. Пусть дождь прекратился, но идти по сырой траве было тяжело. Кое-где земля превратилась в липкую грязь.
Их дорога проходила между холмами, имеющими порой подозрительно правильную форму. Курганы, что ли? Скользнув сознанием в Изнанку, Артём ясно ощущал излучаемую могильниками угрозу. Не абстрактное зло для всего живого, а именно угрозу и обещание всяческих неприятностей любому покусившемуся на их тайны. Тагир смотрел на них голодным взглядом. Артём и сам ощущал смутное желание познакомиться поближе со спрятанными под толщей земли секретами.
Иногда встречались развалины домов с вычурной лепниной на стенах и изуродованными временем статуями. Ничего особенного — птицы, звери, цветы — такое и на земле можно встретить. Дылда предложил хорошенько пошарить внутри, но Тагир запретил.
Дорогу перегородил заросший настоящим лесом овраг. Пришлось спускаться вниз, цепляясь за кусты и съезжая по мокрой глине. Гадство! Артёму быстро надоело месить грязь. Вспомнив скитания по джунглям, он взбежал по стволу дерева, росшему почти под прямым углом к склону, и с него перемахнул на макушку следующего. Их ветви переплелись настолько плотно, что получилось нечто вроде мостика. С потревоженной листвы хлынули настоящие ручьи, а набухшая от воды кора оказалась чересчур скользкой, но Артём спустился без проблем. Пусть и вымок до нитки. Внизу Тагир не сказал ни слова о его ребячестве, лишь многозначительно хмыкнул. Артём едва сдержался, чтобы не покраснеть.
Среди людей Караганды отличились двое: оба неудачно свалились в ручей, нахлебавшись мутной воды. Судя по бросаемым взглядам, винили они в том Меченых — всех скопом и каждого в отдельности. Артём увидел в них себя до инициации. Знакомая привычка валить все беды на окружающих, пасовать перед трудностями и паниковать при каждом удобном случае. Не остался ли он таким же, вот в чём вопрос?
— Так, пару сотен метров идём по течению и поднимаемся на противоположный склон. Наша цель находится именно там, — объявил Тагир и добавил: — Надеюсь, никому не надо напоминать, что следует соблюдать тишину?
— Поняли, поняли. Не дураки, — пробормотал Лазовский, мысленно посылая Тагира к чёрту. Отец-командир нашёлся! Вряд ли когда Артём забудет, как он его в тот лаз в зиккурате лезть заставлял. Точно собаку на минное поле!
Стараясь успокоиться, срезал знакомый мясистый стебель и начал жадно глотать чуть сладковатую воду. Старательно не обращая внимания на удивлённо замершего рядом Лёху Дылду. Наконец не выдержал и нехотя предложил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
