наказания.
С упоением наблюдаю, как по лицу Густава ползут оттенки отчаяния. Он своими глазами увидит, чего полукровке будет стоить его идиотское сострадание.
Возвращаюсь за стол. Внутри все еще бурлит гнев, но сейчас я уже в состоянии его сдерживать. Осталось только вернуть девчонку, и тогда клан Серебристых волков будет в шоколаде. Оказавшись во главе Совета Побережья, я поставлю наших на лидирующие посты, потесню Белых и начну давить мелкие кланы, чтобы потом взять их под свою эгиду. Я стану самым могущественным альфой на всем побережье, а потом и в стране.
Сосредотачиваюсь на делах, чтобы скоротать время. Заказы, поставки, расчеты. Скучно, но это часть моей жизни, как и подпольная торговля запрещенными препаратами для боев. Мой клан не занимается работорговлей и с проституцией связан лишь сервисами вебкам, но все равно, мне приходится контролировать все, чтобы поганцы из Ордена ничего не разнюхали. Поэтому категорически противопоказано давать Лесли поводы для облав и проверок.
Наконец раздаётся долгожданный звонок. Экран телефона показывает фотографию волка с коротким ежиком светло-серых волос и шрамом через пол-лица, за подписью «Скам». Мой лучший следопыт. Нетерпеливо снимаю трубку.
— Говори! — почти рычу от предвкушения.
На другом конце виснет вязкая пауза.
— Мы ее упустили, босс, — через несколько долгих секунд мрачно выдавливает он. — Ушла…
У меня внутри все переворачивается. Вместе с кипящей яростью в душе расцветает ядовитая тревога. Что я теперь скажу ведьмам?! Не может быть! Как?.. Как эта тощая изнурённая тварь умудрилась удрать?
— Повтори еще раз, что ты сказал, Скам! — произношу тихо и с расстановкой, чтобы не сорваться на крик.
— Она ушла, босс. Затерялась в районе Старой Мельницы, — в голосе слышу вину. — На границе территории Бронзовых и клана Ветра.
В глубине души перекатывается бешенство, а мозг уже лихорадочно обдумывает варианты. Вряд ли Густав знал, куда поедет мусоровоз. Девчонке просто подфартило попасть в крупный и жидко населенный оборотнями район. У нас, в центре, она бы и шагу не смогла ступить, чтобы какой-нибудь волк не учуял вонь ее оскверненной крови. Но факт — район Старой Мельницы огромный. Искать ее там, как блоху на собаке.
— Отправь пару волков к пирсу. Пусть стерегут паром, — сосредоточенно отдаю приказ. — А сам сюда, возглавишь операцию по ее поискам.
Скам рапортует согласие и завершает разговор. Гневно бросаю телефон на стол и слышу смешок со стороны клетки. Ублюдок Густав! Всё из-за него! Кулаки наливаются кровью. Мне ничего не стоит войти за стальную решетку и превратить его в отбивную. В грёбаный рубленный бифштекс! Все кости пересчитать, умыться его кровью! Но просрать еще одну важную сделку я просто не могу. Остаюсь сидеть за столом.
Открываю карту города. Черт, внутри бушует такая злость, что не сосредоточиться. Скам приедет, вместе решим, где караулить полукровку… Или… Осеняет внезапно. Я слышал об этом волке-охотнике, молва о нем облетела все побережье. Хотя мне самому не доводилось пользовался его услугами. Хех, потому что омеги от меня ни разу не сбегали. Мои омеги любят своего альфу.
Открываю поиск в интернете — в строке набираю: «поиск беглецов». Нет, открываются сайты Ордена и частных детективов. «Возврат собственности»? Юридические конторы. «По следу омеги». Бинго! Только одна релевантная ссылка. Найт Бигсби — «Собиратель Душ».
— Посмотрим, как ты посмеёшься, когда я отправлю за ней Собирателя Душ! — окликаю Густава, пока в трубке пиликает набор номера. — По слухам, он социопат и не умеет испытывать сострадание. А еще он из Чёрных волков, то есть, с этими их шаманскими штучками. Он никогда не…
Обрываю фразу на полуслове, когда охотник принимает звонок.
— Говорят, ты находишь потерянные вещи, — вкрадчиво мурлыкаю на его хмурое приветствие. — Я потерял любимую игрушку. Ты свободен?
Пальцы покалывает, а по спине катится пот. У меня горящая проблема! До встречи с представителями Ковена всего четыре дня!
— Да, у меня есть время, — раздается в ответ уже более заинтересованно. Голос четкий, не бас и не фальцет. Звучит серьезно, повелительно. — Но это стоит недешево, и мне нужен запах твоей игрушки.
— Тогда приезжай в клуб «Жара» и понюхай, — растягиваю губы в улыбке. Кажется, девчонку я всё-таки верну. — Дело срочное, поторопись.
Охотник снова молчит. Тишина нервирует. Через пару мгновений раздается чирк зажигалкой. Он затягивается, выдыхает и произносит:
— Доберусь до тебя через сорок минут, Эрик, — и отрубает звонок.
Против воли вздрагиваю, слова этого волка звучат слишком зловеще. Понятно же, как только я назвал клуб, он сразу догадался, из какого я клана. Осведомленный малый. К тому же, тщедушный черный волк никогда и близко не сравнится с могучим серебристым, но черт. Важнее не сила, а готовность ее применить. А тут, кажется, у этого отбитого волчары есть фора даже передо мной.
***
Хьюго и Рой приводят Найта в кабинет через сорок с небольшим минут. Он точен как часы. Это и пугает, и обнадеживает одновременно. Он, должно быть, зверски въедливый исполнитель. Видя его, Густав мрачнеет и забивается в дальний угол клетки. Понимает, что полукровке не скрыться. От Собирателя Душ, судя по слухам, еще никто не уходил.
Волки остаются у двери, как и положено телохранителям, а Найт спокойной небыстрой походкой приближается к моему столу. Встаю навстречу и протягиваю руку. Он крепко пожимает ее в ответ. Улыбается уголками губ. Смотрит на меня слегка исподлобья, отчего взгляд кажется зловещим. Радужки — одна синяя, другая небесно-голубая — путают, не знаю, в какой глаз смотреть.
— Приветствую, — произносит еще более повелительно, чем по телефону, встряхивая черной гривой вьющихся на концах волос. — Сразу к делу, Эрик. Ты сказал, оно срочное. Моё время стоит дорого.
Мы, волки, сразу понимаем, кто противник. Найт выглядит моложе меня, но я чую его стержень и волю. Вместо чувства соперничества внутри зарождается волна уважения. Такое я испытывал только к Бартоломею — старому белому волку, сильному, как средневековый богатырь, и мудрому, как тибетский лама. Место которого я займу, когда Найт отыщет полукровку.
— Тогда нечего вести светские беседы, — улыбаюсь и подмигиваю Густаву. — Но сначала по поводу оплаты.
Пальцы сами выстукивают дробь по суконной глади стола. На лице Найта не отражается ни единой эмоции. Он невозмутим и холоден, точно горная вершина. И смотрит так же, свысока.
— За работу по возвращению потерянной вещи, — произносит спокойным голосом, черт, мне нравится, что он изначально относится к
