* * *
Вот так примерно всё и было. Я бы не сказал, что она меня заставила… Она меня заинтриговала. Но и сопротивляться ей у меня сил не хватило… К тому же с самого начала между нами не было недомолвок или слов с двойным дном…
Да и как потом оказалось… Она ни слова не соврала. Я действительно был в её девичьих мечтах «принцем», «спасителем» и «ещё-бог-знает-кем».
Что творится и варится в девичьих головах? Нам мужчинам этого, увы, никогда не понять…
А утром мы с ней поехали разгребать дела, которые она одна наворотила. Деловые люди, к которым она обращалась за помощью, оказались банальными бандитами-беспредельщиками. Спортсмены недоделанные. Стрелять научились, а думать нет. Даже всю банду зачищать не пришлось. Всего лишь одного посредника, да двоих исполнителей. Она заманила их в засаду, а я исполнил. И так всё обставил, что со стороны могло показаться, что они поссорились между собой и друг друга постреляли.
Я потом пробивал информацию, аккуратно, через старые связи. Именно так все и подумали. Менты списали дело в архив, в связи со смертью всех подозреваемых. Братки похоронили их и поставили им красивые памятники… Много таких красивых памятников появилось на наших кладбищах в лихие девяностые…
Зато к Светлане теперь больше не вели никакие ниточки по старым делам.
Почему я подписался помогать ей? А вот хрен его знает. Товарищ майор…
Может, заскучал, как жеребец в стойле без привычной работы. А может просто натура у меня такая… Помогать хорошим людям и наказывать плохих…
Почему я так легко пошёл на мокруху? Потому что прав был Глеб Егорыч Жеглов, когда говорил, что «вор должен сидеть в тюрьме!».
Вот… А бандит должен лежать в земле… И никак иначе…
* * *
Что мне всегда нравилось в наших отношениях со Светкой? Между нами не было абсолютно никаких тайн. Она знала всё про меня, а я знал всё про неё. Мы вместе обсуждали вопросы, и вместе находили ответы. Это было одновременно и легко и тяжело… Но постепенно мы настолько привыкли к такой открытости в наших отношениях, что других уже построить не получилось бы… Да и чего нам было скрывать друг от друга…
За месяц до её совершеннолетия, мы подали заявление в ЗАГС. А через пару месяцев расписались. Отметили скромно так, в узком кругу. Виталик с женой были у нас свидетелями. Ну и ещё пара человек из числа наших хороших знакомых… Но друзья ближе к вечеру уже разошлись. Остались лишь мы со свидетелями…
Мы сидели у меня дома… На столе было не так много всего, но всё вкусно и без понтов… Моя новоявленная невеста меня почти что сразу забросила. А набросилась она на Виталика с вопросами по каким-то компьютерным делам. Я половины слов не понимал из того, о чем они говорили. Нет. Я не ревновал. Мне просто было странно наблюдать это шоу. Успокоила меня Ирина, жена Виталия.
— Не обращай внимания! Он, когда речь про компьютеры заходит, про всё остальное забывает. Киберманьяк. Налей мне ещё вина!
Я сидел и выпивал с чужой женой… Но, слава богу, спал в ту ночь всё-таки со своей. Как потом мне объяснила Светлана, она нашла не только бумаги Олега, но и его ноутбук. Но открыть файлы она так и не смогла. Всё было спрятано под паролем с несколькими степенями защиты. А Виталик ей пообещал посмотреть и разобраться во всём.
* * *
Ну а дальше у нас всё было как у нормальных обычных людей. За исключением того, что мы переехали из города в деревню. Светка была не просто женой, она стала, как бы так выразиться, боевой подругой. И обед вместе с ней мы иногда готовили, и оружие чистили… Вот так вот мы с ней и делили… И радости, и трудности семейной жизни.
А время шло своим чередом. Через год жена меня обрадовала известием о том, что мы скоро станем родителями. Мы снова вернулись в город, поближе к медицине.
Светка с животом не притворялась больной и немощной, а скакала, как горная козочка. Если сравнить с пословицей про самурая без меча, то получится: Светка с животом, это всё равно, что Светка без живота, только с животом…
Я ей рассказал об этом. Она сказала, что пословица звучит глупо… Видимо какой-то плохой перевод с японского…
* * *
Внезапно к нам приехал Виталик. Лицо его было загадочным.
— Ребята! Я тут слышал, что вы скоро станете папой и мамой… А у меня тут подарок вам появился. Думаю, что вам понравится…
Он смог восстановить все подтёртые и утраченные данные, снять пароли, найти номера счетов и условия снятия с них денег. Несколько счетов были именные. При всём желании мы ничего бы не смогли с них снять. Но три счёта были номерные и анонимные. Там тоже не всё так просто, но с большими потерями в виде каких-то налогов и сборов, была возможность обналичить довольно приличные суммы. Этим мы и стали заниматься вместе с Виталиком.
Ангелина родилась здоровым ребёнком и не доставляла особых хлопот. И тут уже Светка по полной программе всерьёз занялась с Виталиком выведением средств из-за границы.
Это звучит фантастически, но четыре с половиной миллиона долларов к четырёхлетию дочки мы смогли всё-таки заполучить. Самое сложное это было сделать так, чтобы на нас не было никаких хвостов… Это вызвало потерю определённого процента, но оно того стоило…
Через пару лет у меня уже было два автосервиса, сеть автомоек и свой небольшой ЧОП.
Деньги должны работать. Виталик не поддался на мои уговоры перейти ко мне в ЧОП, и продолжал работать в правоохранительных органах, несмотря на то, что мы со Светланой щедро поделились с ним. Вот такой вот богатый и честный милиционер из него получился…
Немного подкосил нас первый кризис две тысячи восьмого года… Но мы справились. А к четырнадцатому году наше положение уже было настолько устойчиво, что мы его почти не заметили… Деньги, вложенные в бизнес, просто увеличивались пропорционально изменению цен. Да и наши цены тоже поднялись. Так что всё было нормально…
До тех пор пока не похитили и не убили нашу дочь Ангелину.
* * *
Светлана приняла известие о смерти дочери с каменным лицом. Лишь слёзы в глазах блестели… Похороны… поминки… Жена замкнулась в своём горе. Она не винила меня, но мы немного отдалились друг от друга.
Никогда раньше я не замечал за женой религиозности, но теперь она стала ходить в церковь. А я тупо запил… Нет. Не запойно… Просто находил повод выпить… И выпивал… А потом ещё…
И всё стало совсем плохо…
А потом стало ещё хуже…
* * *
