краснея и бледнея, заверил Дурслей, что поговорит с кем-нибудь, кто сможет все исправить, правда, семейству придется для этого кое-куда отправиться, а Гарри все это время хмуро таращился на великана, чувствуя себя гораздо старше и ответственнее. Вскоре кое-как успокоенные дядя и тетя увели Дадли на второй этаж, а Гарри остался один на один с Хагридом. Тот, явно желая как-то исправить ситуацию, кашлянул и вытащил из своих безразмерных карманов коробку.
— Это тебе, — немного смущаясь, сказал он. — С днем рождения!
В коробке оказался торт с ядовито-зеленой и розовой глазурью. От него упоительно пахло шоколадом, и Гарри не удержался от улыбки. Ему еще никто и никогда не дарил торт, а этот явно был очень вкусным. Вот только есть Гарри совсем не хотелось. Он унес торт на кухню, отрезал пару кусков, заварил чай, выбрав для Хагрида большущий горшок для запекания вместо чашки, и вернулся в гостиную.
Хагрид умял свой кусок, пока мальчик прихлебывал чай мелкими глотками и ковырял торт ложкой для виду. Потом великан прямо на огне в камине изжарил дюжину толстеньких колбасок, которые тоже извлек из своих карманов. И вот пару сочных колбасок Гарри с удовольствием съел, сбегав за тарелкой и вилкой.
— Мы с тобой в Лондон отправимся, — предупредил хранитель ключей. — Нужно же купить все для школы. А это надо в Косой переулок идти. Там же и банк расположен, где хранятся твои деньги.
— Мои деньги? — опешил от очередной новости Гарри. — У меня есть деньги?
— А как же! — воскликнул Хагрид, вынимая еще пачку сосисок. - Твои мама и папа без средств тебя не оставили!
«Интересно, тогда почему я десять лет жил у дяди и тети впроголодь, если у меня есть наследство?» — чувствуя злость, подумал мальчик. Но сытость немного уняла его разбушевавшиеся эмоции.
— Вот рассветет — и отправимся! — ничего не замечая, сказал Хагрид и улыбнулся.
1.6
До утра Гарри успел подремать прямо в гостиной, не рискнув уходить в чулан. Хагрид уснул тут же, на диване, с трудом уместив на нем хотя бы половину своего тела. Проснулся мальчик от стука в стекло и долго не мог понять, что происходит, пока не разглядел в окне хмурую сову.
— Хагрид… Там это… Сова. Хагрид!
Хранитель ключей недовольно повозился, но потом все же приподнялся, перегнувшись через спинку дивана, и впустил сову в дом. Мальчик с удивлением наблюдал за тем, как мужчина вынимает из специального держателя на лапке птицы свернутую трубочкой газету и бросает в мешочек на другой лапке несколько монеток.
— Это специальные совы… магические, — пояснил великан. — Они нашу почту носят. Могут и довольно большой вес нести, если надо. Можно, конечно, и другую птицу использовать, но совы в нашем мире того… их больше всего.
— Ясно, — прошептал Гарри и ушел в ванную. Стоило поскорее привести себя в порядок, чтобы потом не нарваться на дядю или тетю.
После умывания и чистки зубов Гарри быстренько нырнул в свой чулан и задумался. Ему совсем не хотелось после Косого переулка возвращаться на Тисовую, поэтому стоило сразу забрать с собой все самое ценное. Мальчик пока не знал, что предпримет, но решил сделать все возможное, чтобы избежать повторной встречи с дядей и тетей.
Вытряхнув из своего потрепанного школьного рюкзака учебники и тетради, мальчик сунул в него свое детское одеяльце, пару забавных кулончиков, которые нашел во время прогулок, но пока не придумал, как использовать, чистые тетради, карандаши, ручки и ластик. А после этого с сожалением взмахнул рукой, разрушая защитное плетение. Он давно думал о том, что должен будет оставить это место без следов своего колдовства, а потому заранее придумал, как при помощи одной нити просто распустить сложный рисунок. Эта задумка пришла к нему после долгих часов наблюдения за миссис Фигг, большой любительницей вязать, и просмотренного шоу о фокусниках, где клоун одним движением избавлялся от одного костюма, чтобы показать тот, что прятался под ним.
— Опять Министерство дров наломало, — будто сам себе, но довольно громко сказал Хагрид.
— Какое министерство? — уточнил мальчик, выходя из чулана, напяливая очки и забрасывая рюкзак на плечо.
— Министерство Магии, — пояснил великан, просматривая газету. — У нас свое, занимается всеми делами волшебников. Министром сейчас Фадж, но он из себя ничего не представляет. Постоянно просит советов у директора Дамблдора.
— Вот как? — тихо пробормотал Гарри, а про себя подумал: «Как интересно. У директора не только его официальных титулов полно, но еще и вот таких… Он будто серый кардинал из книжек Дюма. Вроде и не такую важную должность занимает, но всюду свой нос сует. Очень странно. И как-то… не очень приятно, если подумать».
— Ну что, идем? — свернув газету, уточнил Хагрид.
* * *
К немалому удивлению Гарри, до Лондона они добрались обычным маггловским способом. Хагрид объяснил, что порт-ключ у него лишь между Хогвартсом и Литтл Уингингом. А аппарировать — перемещаться в пространстве — он не умеет. Гарри же в очередной раз ощутил полнейшее недоумение. В разговорах Хагрид упомянул Статут о секретности, согласно которому волшебники не имеют права сообщать магглам о мире волшебников, а за колдовство при обычных людях могут и наказать. Но к Гарри для беседы и помощи отправили Хагрида, лицо не такое уж подготовленное к этой самой беседе и явно слишком заметное. Да еще и ехать в Лондон пришлось на автобусе, в котором все на них таращились, а в метро великан и вовсе принялся вязать прямо в вагоне, расстелив на коленях что-то причудливое, размером с небольшую палатку.
Как раз в вагоне, пытаясь говорить негромко, Хагрид и поведал Гарри хоть что-то о школе. На их счастье время было еще очень раннее и в вагоне, кроме них, была всего пара пассажиров.
— Всего в школе четыре факультета, — считая петли, прошептал великан. — Сразу скажу, что самый лучший из них — Гриффиндор. На нем сам Дамблдор учился! И твои родители тоже. Там самые честные и смелые обитают.
Гарри, уже освоившийся с манерой Хагрида всячески превозносить то, во что верил сам, лишь тихо хмыкнул и уточнил:
— А остальные всё же какие? — А про себя добавил: «Похоже, Хагрида ко мне отправили только ради того, чтобы я на этот самый Гриффиндор поступил!»
— Еще есть Рейвенкло — факультет
