уже ожидал хвалебный вой со стороны инженеров и механиков. И он не отказался бы еще от одного рабочего буксира. Неясные предчувствия обуяли командира спасателей с недавнего времени.
Как будто ему стоило готовиться к нечто совсем необычному. С тем, чем до сей поры они ни разу не сталкивались. И у Василию казалось, что страшное сей раз находится внутри станции. Но где? С какой стороны ждать удар?
Глава 9
Во что верит Подземелье?
— Откуда у них появился такой непревзойденный сервис?
Пожилой человек с непривычной для станции длинной седой бородой с недоумением трогал и рассматривал чашки и блюдца из тончайшего фарфора.
— Сказывают, что «выходящие» нашли забытый склад снаружи.
— Столько лет ничего не находили и тут нате вам…
Худощавый, но еще крепкий старик обратил ехидный взгляд в сторону Пастора.
— Ты сам хоть раз снаружи бывал? Промзона — это настоящий клятый лабиринт. И при хорошей удаче там можно найти хоть черта.
— Прохор! Не забывайся!
— Ну как же, — бывший техник Купола присел в шутливом полупоклоне, — ваше святейшество не терпит присутствия рядом конкурента.
Тот, кого на СС 25 называли Пастором, зло ощерился. Но Прохору, его деснице он мог простить многое. Слишком давно они вместе. Так давно, что и не упомнить. Парии эсозданного катастрофой странного мира, осознавшие себя далее.
— Не верю я в совпадения. Сначала Фролов проявляет неожиданную для него активность. Ходит по уровням, встречается с непростыми людьми. А затем буквально во время первого же выезда обнаруживает кучу артефактов. Сколько позже ео бойцов выходило наружу?
— Разом по три бригады. Все пять наличных буксиров в деле использовали, — охотно ответил пронырливый Прохор. Для бывших сослуживцев он был лишь очередным Мерчем.
— Вот видишь. Разом подняли собственную значимость в глазах новой Администрации, завезли кучу ценного оборудования и материала, плюс наверняка и себе заныкали что-то на обмен.
— Заныкали они немало, Пастор. Последнюю партию сверл они отдали за векселя.
— Вот даже как? — бородач потянулся к чайному аппарату и включил его. — А ведь это значит, что у них этого барахла как фантиков. Для обмена, получается, у выходящих остались артефакты намного более ценные.
— Вот и я о чем!
— Фролов явно начал к чему-то готовиться. А это на него непохоже. В чем проблема?
— Что Света говорит?
Бородач отмахнулся:
— Я эту дуру еле уговорил не отселяться от него. Она же фанатичка.
— Ага, поболее тебя.
— Цыц! Не лезь не в свое дело! — всерьез осерчал Пастор. Прохор примирительно поднял руки. Он знал грань, которую пересекать не стоило.
Старики некоторое время пили «чай» с галетами, используя новый чайный сервис. Хотелось хоть таким образом соприкоснуться с давно исчезнувшим прошлым. Люди неисчислимое множество раз прогоняли тему постапокалипсиса в художественных произведениях. Но реальность оказалась намного ужасней и обыденней. Люди в какой-то момент просто перестают быть людьми и превращаются в монстров.
— Светлана все равно уйдет сюда.
— Я этого и опасаюсь. Испортит нам все планы.
Прохор сделал умильно удивленное лицо:
— Ого, у нас, оказывается, есть планы!
— Я тебя когда-нибудь побью, Прохор.
— Попробуй. Но лучше подумай, что делать будем. Фролов фигура в предстоящем синтезе важная, а сейчас окажется не под нашим колпаком.
— Думаю, — Пастор сделал глоток. Они так давно привыкли к этому странному напитку, что даже в мыслях называли его «чаем». — Василий — крепкий человек, но сейчас в психологическом надломе. Своей бурной деятельностью он скрывает некие внутренние проблемы.
— Ты давно у нас лекарем душ устроился?
Пастор поднял гневное лицо:
— Я тебя точно сегодня побью. А чем я, по-твоему, все эти годы занимался?
— Ну… — бывший спасатель скорчил умильно-простоватое лицо, — красиво по ушам пел, паству щедро одарял, особенно женскую половину. И не только словесами.
— Прохор…
— Бабу ему надо. Молодую и охочую. Секс — лучшее лекарство от уныния. Светка по молодости та еще зажигалка была, Вася ей под стать. Мужик он еще не старый, западет на молодуху.
Глава «Солнцеликих» задумался. Решение простое, но эффективное.
— Тогда тебе задание. Поговори со своими знакомыми и составь требуемый психологический портрет, а я подберу девчонку.
— Из наших?
— Ты совсем дурак? Мало на Си и Дэ молодых дурочек? Фролов же легенда! Под такого любая ляжет.
— А когда мне тогда прикажешь «Ловцами снов» заниматься?
— Оставь их пока. Сдается мне, что это левое прикрытие для дурачков. Набиев силу набрал, зачем ему незаконные формирования? Сольет их при первой же движухе. Основная интрига в это лето пройдет на самом верху.
Прохор встревожился всерьез:
— Ты уверен?
— Спасателей наружу в рейд выпихнут, технарей прижмут, лишние рты уберут. Топь получит много материала.
— Окстись!
Глава «Солнцеликих» молча уставился на своего старого десницу, и в его взгляде не было сожалений и жалости. Они исчезли с тех самых пор, как его сошедших с ума родителей бросили в Топь.
— Малая, ты точно видела его? — Крас выключил моющую машину и открыл люк технического обслуживания, начав доставать забитый грязью фильтр.
— Да. Как тебя сейчас.
Девушка, которую неделю назад застали под Куполом за непотребством, мечтательно улыбнулась.
— Там все красавцы! Румяные и крепкие.
— А сам?
— Я бы и с ним…
Красу хоть и было всего шестнадцать, но прелесть женского тела он уже познал. С этого возраста вводили разрешение на «уединение». Правда, с ограничениями. Но лучше так, чем драки и конфликты на почве гормонального взрыва.
— Серьезно? Он же старик!
— Сам ты старик! Взрослый мужчина с харизмой, — Малая повернулась к напарнику. — Вы все тут серые мыши, а у него харизма. И голос…От него прям мурашки по телу.
— Не мечтай! — фыркнул парень. — Он на тебя даже не глянет.
— Он уже видел и ему понравилось, — девушка распахнула комбинезон, под которым ничего не было, бесстыдно оголив крепкие полушария грудей.
— Малая! Ну вот на фига? У меня кабинка для утех лишь через два дня!
— В душе передернешь лишний разок, — хохотнула разухаривашаяся девчонка.
— Вот ведь зараза! — Крас захлопнул в сердцах люк. — Поехали, нам весь коридор прибрать до обеда.
—
