Чертовы тоннельщики! Столько грязи нанесли!
— У них своя работа, — пожал плечами паренек.
Он гордился тем, что в таком возрасте ему доверил моющую машину. Будет хорошо работать, станет бригадиром. А там и мастером участка. Кто его знает до какого уровня сможет дорасти. Там и паек лучше и комната больше. Девушки таких больше уважают.
— Нет валюты, нет прохода.
Наглый жилистый парень загородил лаз своей длинной ногой. Щуплый пацанчик только что не запрыгал от бессилья:
— Так я же принес два рубленых!
— Шкет, ты отлично знаешь, что проход стоит пять.
— Завтра занесу.
— Завтра и приходи.
Гену было на самом деле не жалко, но принцип есть принцип. Иначе весь бизнес рухнет. Затем хозяин прохода внезапно что-то вспомнил и поманил Шкета к себе.
— Ты, бают, Малую знаешь.
— Ага, — пацан проглотил слюну и кивнул.
— Держи, — Ген сунул ему в руку кусок зеленого пластика. — Уговоришь перейти ко мне, с меня три сеанса.
Шкет не стал качать права, а быстро схватил талон на помывку и тут же исчез в длинном полутемном ходу. Но тьма сопровождала его с детства, и он к ней привык.
Сегодня у закрытого входа в сантехническое отделение помывочной стояла очередь. Ген был доволен. Выручка выросла за считаные минуты втрое. Секрет его тайного бизнеса был прост. Он продавал право на просмотр душевой, когда там мылись девушки. Несколько технологических окошек по факту были прозрачными со стороны технологического лаза. И те, кто мылся, не подозревал, что за ним могут подсматривать. Единственный минус мутной схемы — кто-то потом должен был оттирать от белесых потеков стенки технологического лаза. Ну, так и заработать таким «грязным» способом на просмотр также было кому.
Сегодня в душе разом собрались несколько красивых девчонок. Особенно выделялась формами Малая. Она как будто знала, что находится в свете внимания возбужденных подростков, и крутилась туда-сюда, показывая великолепные формы тела. На самом деле ей просто всегда нравилась вода. А тут целая неделя помывочной халявы! Девушка уже привыкла, что яркая внешность помогает ей достичь большего. И не испытывал по этому поводу ни малейших терзаний.
На нижних уровнях в ходу был лишь один закон — пробиться выше любой ценой. И ради этого люди готовы на все тяжкие. Потому что хуже серой беспросветной жизни в рабочих секциях не было ничего. Некоторые шли на все тяжкие, чтобы хоть чуть-чуть продвинуться вперед. Не так уж сложно — постоять лишние пару часов в потоках теплой водички. Ей не жалко! Пусть любуются, не убудет!
Девушка подняла голову, улыбаясь и потрясла спелыми грудями. Она не слышала, как по ту сторону стенки раздались восторженные вскрики, затем мычание и вздохи наслаждения. Ген лишь вздыхал, придется сегодня напрячь для уборки сразу двух оболтусов. Крас наймет какого-нибудь горемыку за лишний стакан чая, а сам получит талон на помывку. Ген заработает немного сверху. Ну а Малая станет еще более популярной, став сексуальной легендой пубертантов «низов».
И еще ему придется потратиться на новый десерт. Не ходить же завтра с утра возбужденным? Пожалуй, сегодня можно подкатить к Насте. Ничего, живем один раз! Заработанных денег хватит на все. На удовольствия, на выпивку, на мзду «Ловцам снов». Или им можно втюхать налог натурой? Ген погрузился в размышления. Как сделать его бизнес еще прибыльней.
Глава 10
Гнилые коридоры
— Василий, оно тебе надо?
— Инструкции оставлены. Если что… собирайте совет и действуйте по обстановке.
В кубрике находились лишь старожилы. Те, на кого он мог положиться, как на самого себя. И кто смог бы вывести команду со станции. Седов покачал головой:
— Право твое, но надо было сначала дождаться приезда группы с СС 26.
— Они здорово сей год задержались, — задумчиво произнес Карелайнен. Ему откровенно не нравилась затея кэпа и то, что здесь не было Фаткулина.
— Леша, ты еще не понял, что они не приедут? Ранняя весна, а время просрочено. Не странно ли?
Все замолчали. Командир озвучил то, что боялись сделать остальные. Так поэтому он их командир. Потому они сейчас и приняли его решение. Иначе быть не может.
— Василий, мне, получается, готовить технику на выход? — первым разорвал вязкое молчание их механик Ингвар Мядель.
— Правильно понимаешь, Ингвар. Так что слушайте мою команду, — все тут же оживились, понимая, что все как обычно для их командира продумано заранее до мелочей. — Как только я вернусь, буду пробивать срочный выезд к двадцать шестой. Выход к реке мы проверили, препятствия нашли, команда вошла в форму. Медлить не стоит.
— Правильно. Если у соседней серьезные проблемы, то у нас все лето впереди.
— Думаешь, Администрация разрешит?
— Не думаю, — отрезал Фролов. — Поставлю перед фактом. Они слишком долго не учитывали наше мнение. Инженерный отдел нас точно поддержит.
— А Набиев?
Вопрос Карелайнена не застал командира врасплох.
— Он идет в жопу. Это вне компетенции его отдела. Будет возникать, мы столько всего из его грязного белья наружу вытряхнем!
Василий в этот раз шел вниз один. Ну, если не считать наблюдателей и помощников «снизу». Понятно, что командир СпаСа не такой дурак, чтобы идти к цели напролом. Но проблема перезрела, так что придется поучаствовать самому. У него и так было ощущение, что он что-то постоянно упускает и никуда не успевает. Как в том повторяющемся без конца ночном кошмаре.
Командир отряда спасателей шел вниз в обычной униформе технического персонала. Все было честно. Техники значились и в их отделе Внешних сношений. Даже наряд, подписанный самим Соболевым, на руках имелся. И командировочное удостоверение. Такой бюрократизм был уместен при длительном спуске. Он гарантировал тебе место в рабочем общежитии и кормежку. Внизу специалисты с разных уровней зачастую работали вахтами или во время краткосрочных командировок. Так что никто не удивится новому технику.
Показав на выходе с уровня рабочую бирку, Фролов вышел к спуску. Они специально подгадали так, чтобы в это время здесь работали полисы из новичков. Поэтому мордатый паренек в сером лишь мазнул по нему глазами и сверил бирку с его планшетом. Затем просто кивнул в сторону выхода, вежливо добавив:
— Лестница до Е свободна, цивис.
Полисы особо не цеплялись к спецам. Частенько и у них имелись разнообразные и достаточно тесные горизонтальные связи. Похоже, что Набиев давно начал плести свою паутину,
