что запутался, — Объясни мне, что такого в этой моей религии? Вот ни за что не поверю, что я первый, кто провозгласил монотеизм.
— Может, и не первый, — не стала спорить Атемита, — Но ты первый, кто отказался ставить свою статую на центральный алтарь храма. Фактически, ты лишил себя основного потока веры от паствы.
— М-да, не знал. И куда теперь пойдёт основной поток веры?
— А сам не догадываешься? — Атемита снова улыбнулась.
— Игровой системе⁈
— Думаю, да. Впервые система позволила сменить название храма. Да еще так кардинально: с тысячи богов на тысячу отражений, — ты фактически нивелировал богов до уровня обманки. И причина понятна, системе это выгодно.
— Вот блин. А ведь система не предупредила, что я лишил себя притока веры.
— Вообще-то не лишил. Ты вообще поступил очень ловко, когда перенес внимание паствы на площадь. Подозреваю, твои подопечные не будут молиться в храме. Они будут молиться перед твоей статуей. Очень ловкий ход… но я думаю, главное не это.
— А что главное?
— Главное, что… СИСТЕМА. ТЕБЕ. ПОДЫГРАЛА… понимаешь? Такого не было никогда.
— Это надо осмыслить.
— Осмысливай, — согласилась верховная, — А я вот, знаешь, уже почти решилась.
— На что решилась?
— На то, чтобы поступить так же в своих мирах. Я выбью опору из-под ног оппонентов, если переведу их в статус кривых отражений.
— Погоди, а поток веры?
— Не беда. Ну уменьшится поток веры. Зато у конкурентов он снизится на порядок. А если еще и система продолжит нам подыгрывать…
— Это будет круто.
— Вот и я об этом же. Ты молодец, Марк. Я надеялась, даже знала, что ты придумаешь что-нибудь этакое, но такого хода не могла даже помыслить.
— Ох… я пойду, пожалуй. А то по трибунам уже шарят досужие божки. Как бы меня не вычислили.
— Иди, Марк. Я тоже вернусь в свой мир.
Атемита исчезла, оставив после себя только энергетический якорь, а я бочком-бочком, не привлекая лишнего внимания, двинулся на выход.
Покинув ярус Арены, прилетел в так называемые казармы, которые Бэк на пару с Барби успели изменить до неузнаваемости. Еще бы, три с половиной миллиона кворков вбухали. Я и не заметил, как привык оперировать миллионными суммами.
Теперь о казармах напоминает разве маленький кабинетик, в котором засел оловянный генерал, принимающий жалобы от торговцев. Поток жалобщиков, кстати, изрядно поредел. Генерал как всегда близок к победе. Близок час, когда торговцы от него отстанут окончательно, признав безоговорочную капитуляцию.
Казармы преобразились и выглядят как богатый торговый центр. Большие залы с высокими потолками завлекают покупателей светящими-искрящими витринами, заполненными товарами на изысканный Рублевский вкус. Ребята вдумчиво подошли к подбору ассортимента: только все самое лучшее и эксклюзивное, для дома и для путешествий, от артефактов и до безделушек.
Венцом торгового центра вне всякого сомнения выступает центральный зал, на котором выставлены драконы. Не просто премиальные, а с уникальными характеристиками. Не зря мы их пичкали матрицами ещё в скорлупе, а потом еще доукомплектовывали после вылупления. Характеристики наших драконов относятся к разряду «пойди, поищи, устанешь, вернёшься».
Уже и первые посетители потянулись. Пока, правда, в основном они задерживаются на первом этаже, где Бэк устроил филиал нашего фирменного бара, и дегустируют фирменное мороженое, политое терпким ликёром из черной маны. Но кое-кто уже залип в зале с драконами, а кто-то и в другие залы заглянул, сделав нам первую выручку. Учитывая, что ценники на товарах приобрели лишний нолик, торговля обещает быть прибыльной.
Главное, создать атмосферу эксклюзивного шика, тогда Рублёвское население потянется в наш торговый центр как мухи на пикантный аромат. А эксклюзив у нас есть. Одного мороженого было бы маловато для атмосферы эксклюзивности, а вот крутые драконы, выставленные пока даже без ценника, такую атмосферу успешно создают. Одним словом, бизнес на Рублевке имеет все предпосылки для успешности.
Высокая делегация в составе Бэка, Бара и Барби водила меня по торговым залам, разъясняя, как именно мы будем вытягивать из бездонных карманов Рублевких жителей легко нажитые кворки, когда в личку прилетела «телеграмма».
Телеграмма — это что-то новенькое, но, я бы сказал, востребованное. Прямой связи между Городом Богов и Рублевкой не существует, потому что они расположены в разных мирах. Зато, как выяснилось, можно передавать заархивированные сообщения с оказией через тех, кто перелетает из одного мира в другой. Я даже ощутил укол ревности, что сам не додумался до такого сервиса.
Да и ладно. Всех денег не заработаешь. Телеграмма оказалась посланной Лулой: «Марк, жду тебя в Городе Богов. Химера в тоннелях окончательно истаяла. Обнаружились новые факты. Прилетай, как только сможешь».
Глава 7
Перенесясь в Город Богов, долетел до уже знакомой станции «Столпы Олимпа», где оставил Гора, а сам спустился в тоннели. Представители спецслужб на месте происшествия присутствуют в полном составе. Дэсф, Течер, Лула — все здесь.
— Что нового? — спросил я, подойдя к месту, где завалил химеру, — От химеры совсем ничего не осталось?
— Химера исчезла полностью, — ответил Дэсф, — Но кое-что осталось.
Бог смерти указал на какие-то не то осколки, не то кусочки, не то черепки белого цвета.
— Что это? — я присел на корточки, чтобы получше рассмотреть ближайший осколок.
— Это остатки скорлупы.
А ведь точно. Когда вылуплялись драконы, скорлупа разваливалась на такие же скорлупки. И даже изящное тиснение на внешней стенке скорлупки такое же. Я поднял кусок и рассмотрел с обеих сторон.
— Попрошу руками ничего не трогать, — тут же окликнул Течер.
— Течер, у людобогов точно такое же право на расследование, как и у тебя.
— И тем не менее, я к скорлупе не прикасался, — возразил технобог.
— Что, скорлупа должна здесь лежать, пока не истает вслед за химерой?
— Пока не привезут оборудование, — ответил следак, — Проведем энергетический анализ.
— А напомни мне, пожалуйста, друг Течер, — я ухмыляюсь, — Почему я должен доверять твоему оборудованию?
— Потому что оно дает объективные результаты.
— Ни фига не убедил. Твои объективные результаты анализа до сих пор не мешали тебе приходить к ошибочным выводам.
Течер вытаращил глаза от возмущения, но крыть ему явно нечем. Его собственный косяк еще слишком свеж в памяти присутствующих.
— Вы получите полный доступ к результатом анализа, — упрямо заявил он, — Вы тоже сможете делать собственные выводы.
Я положил
