— Нас уже ждут. Не желаешь присоединиться к беседе? Или отвыкла просто ножками ходить? Что же, можно и переместить…
Вздрогнув, я помотала головой, прогоняя наваждение, и поспешно обогнала насмешливого Роже, показав магу язык. Внезапно туман расступился, словно распахнули занавес, — от неожиданности я себе чуть не прокусила высунутый язык, — и передо мною предстала широкая площадка, уложенная каменной мозаикой. Кроме нескольких старых деревьев, сваленных прямо на землю, на площадке ничего не было. На самом кряжистом бревне, словно на троне, восседал невероятно тощий мужчина с темно-синей кожей и колючими глазами на жестоком лице. За его спиной скромно стояла «форсунка», которая единственная мне улыбнулась. Вокруг них расположились несколько представителей цваков, которые смотрели на меня настороженно и оценивающе одновременно. Среди них я заметила уже знакомого мне панка с пронзительным взглядом зеленых глаз.
Роже неожиданно галантно помог мне присесть на пустующий пенек и даже ободряюще улыбнулся. Почему-то вежливое поведение анаха насторожило еще больше. Маг встал за моей спиной, а я снова с любопытством огляделась. За все время никто так и не проронил ни слова. Тишина уже начала отзываться звоном в ушах. В голове было пусто и что-то тихонько гудело, словно первый шмель ранним утром решил полакомиться нектаром. Внезапно пришло на ум, что меня «сканируют». Гудение тут же прекратилось, а старый цвак, сидящий рядом с фарсом цинично усмехнулся.
— Можем ли мы рассчитывать на твою помощь, колдунья? — громом прозвучали его слова. Я слегка оторопела.
— Ч-чем… помочь? — Надо срочно что-то делать с голосом, а то мой писк вызывает недоуменные взгляды. Я прочистила горло и продолжила уже более твердым голосом. — Объясните, пожалуйста, чем я могу помочь вам.
Таким всесильным, всемогущим и всезнающим магам из иного мира!
Похоже, мысль мою услышали все цваки, так как лица их пораженно вытянулись, а у недавнего знакомого в глазах без зрачков вдруг заиграли смешинки.
— Ты — мастер танца стихий! — фарс произнес это таким тоном, словно обвинил меня в каком-то преступлении. — Можешь ли ты помочь нам остановить войну?
— Каким образом? Встать на амбразуру? — саркастично усмехнулась я. — Я ровным счетом ничего не понимаю в войнах, да и вообще насилие не приемлю.
— Рож'иальяр Л'ладаргра! Зачем ты привез девчонку, которая не умеет пользоваться своей силой? Зачем ты внушил мне ложную надежду?! — фарс жестко смотрел в глаза Роже. Тот не отвел взгляда:
— Я уверен, что она нам поможет, — без колебаний ответил он.
— Объясни, что стало причиной для подобной уверенности! — старый анах сжал кулаки.
— За несколько унов она без особых энергетических затрат остановила злобу и ненависть в сердцах жителей Валрада и его окрестностях, — просто ответил маг, словно не замечая гнева своего повелителя.
— Знаю! Весть об этом пролетела сразу же среди всех разумных рас. Но я теперь понимаю: это вышло стихийно, она не управляет своей силой! — худой анах обвиняющее указал на меня пальцем.
Я поцокала языком: не обучали их хорошим манерам поведения! Цвак, сидящий напротив меня, сузил глаза и нахмурил золоченые брови: мысли читает, редиска!
— Я научу её, — все так же бесстрастно отвечал фарсу Роже.
— Хорошо. Завтра назначаю испытание, — прозвучало так, словно мне вынесли смертный приговор.
По тону я поняла, что на сегодня разговор на тему меня окончен и облегченно вздохнула. Роже бесцеремонно потянул мою руку. Я безропотно поднялась и поплелась следом за магом, ощущая некоторое волнение при взгляде на широкую спину анаха. Так прошла десяток шагов, потом вдруг очнулась и набросилась на него с вопросами:
— Так с кем война-то?
— С цваками, — спокойно ответил Роже.
— Это с теми фиолетовыми панками, которые сидели в зале совещаний?! — хихикнула я. — Вы делитесь с ними планами очередной военной вылазки в тыл врага, что бы они подготовились? А то как бы вам не было скучно на месте! Правильно, а то непорядок: нападаешь на врага, а эти противные сидят дома и чаек попивают…
Маг взглянул на меня так, что смех застрял у меня в горле:
— Скоро ты все поймешь, — тихо сказал он.
— Куда направляешься, Роже? — Ривиэль возник рядом так внезапно, что я подпрыгнула на месте, с трудом сдержав крик. Цвак холодно усмехнулся тонкими губами.
— Ты вовремя, Ривиэль. Я хочу отвести ее вниз… Иди вперед.
Цвак понимающе кивнул. Вид у него при этом стал донельзя угрюмый. Миг — и он исчез. Роже же резко рванул мою руку, словно намеренно причиняя боль: я со стоном уткнулась в грудь мужчины и ощутила крепкие объятия мага. Вдруг почувствовала слабость в ногах и, чтобы не упасть, вцепилась в серебристую ткань рубашки. Вспышка. Роже не спешил опускать руки, а я отметила, что сама крепко прижалась к магу всем телом. Вздрогнув, торопливо оттолкнула анаха. На серебристой рубашке отчетливо виднелся отпечаток красной помады. Усмехнулась: в следующий раз не будет так сильно меня прижимать!.. Может, и я перестану дрожать при каждом прикосновении анаха. Смерив мага для верности презрительным взглядом, огляделась.
Ну, вот опять — новые декорации. Очень мрачные, смею заметить. Полутемное освещение комнаты все-таки позволило разглядеть прутья клетки. Роже сделал пасс рукой, и комната наполнилась светом. Я вздрогнула.
В клетке находились цваки, бывшие когда-то фиолетовыми. Сейчас язык бы не повернулся их так назвать: кожа кеприйцев приобрела кровавый оттенок, словно они искупались в крови и та запеклась, обозначив иссушенные края разводов и наплывов багровой жидкости. Вдобавок, оборванные, грязные с кругами под глазами и оскалами, сделавшими бы честь любому вурдалаку. В зеленых, как у стрекоз, глазах читалась жажда убийства. Чуть в стороне стоял Ривиэль и наблюдал за пленными.
Когда цваки увидели Роже, розовая пена обильно пошла у них изо рта. Пленники полезли в его сторону, цепкие руки протягивались сквозь прутья, пытаясь дотянуться… Они давили друг друга в этом стремлении. Я поежилась:
— Что с ними?
— Проклятье. Кто-то вложил в них одно стремление — уничтожить всех анахов, грустно ответил он: в глазах мага явно читалась жалость к пораженным магией кеприйцам.
— Насколько я поняла, цваки слабее вас, — покосившись на безучастного Ривиэля, тихо произнесла я. — И угроза не такая уж и серьезная…
— Мы можем их убить, — кивнул маг. — Но тебе не приходило в хорошенькую головку, что уничтожение расы цваков не входит в планы анахов?
Я вздрогнула, услышав слово «хорошенькую» и подозрительно уставилась на анаха: что он этим хотел сказать?
