Ассистент режиссера перехватил его недоуменный взгляд и рассмеялся:
— Ты что, так и не понял, какого черта мы здесь делали?
— Нет, — честно признался Виктор.
— Эх ты, темнота! Фамилии директор впишет в ведомость на получение денег массовкой. У меня уже сил нет имена выдумывать! Надо же левые деньги иметь для непредвиденных расходов. А так видишь, как просто. Пять минут работы, и списочек готов. И мозги не напрягаются.
Громов неопределенно пожал плечами и нажал на педаль. Двигатель заворчал, захлопал и потянул мотоцикл вместе с седоками подальше от погоста.
Пару километров ехали молча. Громов переваривал полученную информацию. Потом, чуть наклонившись вправо, чтобы перекричать треск движка, он задал давно интересующий его вопрос:
— Руслан! Я слышал, по сценарию больше эпизодов с мотоциклом нет. Все уже сняли?
Тот почесал в затылке и утвердительно кивнул:
— Все. «Zuendapp» по фильму больше не пригодится.
Этот факт Громова сильно расстроил.
— Выходит — все? — грустно уточнил он. — Завтра можно домой двигать?
— А ты что, куда-то торопишься?
— Нет, в общем-то. Как говорил один поросенок, до пятницы я абсолютно свободен.
— А чего тогда дергаешься? Гостиница оплачена, суточные идут. Да и девушка у тебя здесь — под боком.
Виктор улыбнулся:
— Это аргумент! А для нее еще работенка есть, да?
— Ну да. Для нее — есть. У нас еще куча эпизодов про полевой госпиталь, а там сестры нужны будут позарез!
— Это здорово!
— А знаешь что? — Ассистента вдруг осенило. — Ты пока не расслабляйся. Для тебя тоже дело есть.
— Какое? — обрадовался Виктор, поскольку терпеть не мог убивать время ничегонеделанием.
— Ты классный водитель, поработаешь у меня «таксистом»!
— Это как?
— Потом скажу. Короче, сегодня вечером далеко не прячься и не пей! Могут твои услуги понадобиться.
Громов глянул на ассистента:
— Идет! Байк отремонтирован по высшему разряду, можно гонять! Петрович даже всю коляску покрасил!
— Да? — удивленно протянул Вилин. — А я и не заметил.
— Так он цвет подобрал, что и не различишь!
— Ты же засек как-то.
Виктор снова улыбнулся:
— Так у меня тоже глаз наметан — не первый год «замужем»!
— На дорогу смотри, лихач! — беззлобно заворчал Вилин, доставая из кармана внезапно проснувшийся мобильник. — А то, не дай бог, еще раз ремонт делать придется!.. Да! Алло!
Плотнее прижав телефон к уху, Руслан второй рукой прикрыл второе, чтобы хоть что-то разобрать из-за шума мотора.
— Я понял, что это ты, — прокричал он в трубку. — Что?.. Не знаю, не видел…..Да нет, не брал я! Зачем он мне?..
Глава 8
Ажиотаж, вызванный появлением в районном центре съемочной группы, понемногу прошел. Люди постепенно привыкли к мысли, что где-то за городом снимается фильм. Лишь изредка, когда по улице гнали военную технику времен Великой Отечественной или набирали людей для очередной массовки, жители городка вновь вспоминали об этом и снова ощущали свою причастность к «важнейшему из искусств». Постоянно сталкивались с кинематографистами, пожалуй, только работники местной гостиницы, которым налетевшие, как гром среди ясного неба, артисты доставляли немало хлопот. Скромное четырехэтажное здание почти полностью оказалось в их распоряжении, а директор сего заведения чуть не слег с инфарктом, пытаясь разместить всю эту разношерстную братию. Люксов катастрофически не хватало, поэтому их удостоилась только элита. Остальным пришлось тесниться в обычных комнатах. Но и с люксами тоже не все было в порядке. Некоторые именитые звезды, повидавшие на своем веку и «Хилтоны» и «Рицы», ни в какую не желали признавать свои номера гостиничными номерами вообще. То им не так, это им не этак. Администраторы сбились с ног, улаживая один скандал за другим. К счастью, через пару недель напряженной работы улеглись и эти неприятности, все вроде вошло в свою колею…
…Поздние летние сумерки все-таки окутали городок, опустившись внезапно, словно туман. Зажглась старая гостиничная вывеска, которая теперь, в полумраке, выглядела как «…остини…а» из-за двух испорченных букв. То здесь, то там окна засветились неуютным оранжевым светом, просачивающимся сквозь казенные шторы. Таких было мало: народ либо еще оставался на природе, либо уже дрых без задних ног.
Не было включено электрическое освещение и в одноместном люксе на втором этаже, отведенном оператору Тимуру Артсману. Еще до того как поселиться здесь, он потребовал, чтобы на окна были установлены решетки, ведь профессиональные цифровые камеры он всегда хранил у себя, а любая из них стоила дороже, чем вся эта гостиница со всем ее скарбом. Решетки искали впопыхах, привезли первые попавшиеся, превосходившие почти в полтора раза размеры оконного проема. И крепили их тоже наскоро — просто прикрутили мощными гайками к болтам, всаженным в стену. Но Тимура эти действия рабочих успокоили, и он разрешил перенести сюда свои вещи.
Теперь в полутемной комнате царил рабочий беспорядок: на застеленной незатейливой кровати с деревянными спинками лежала скомканная рубашка, в углу на стуле возвышался полураспакованный чемодан, стол украшали остатки сухого завтрака, завернутые в газету. Из неплотно прикрытого платяного шкафа торчала какая-то одежда, рядом с ним тускло поблескивало в неярком уличном свете нагромождение металлических кейсов и коробок с замками, в которых обычно перевозится и хранится съемочная аппаратура. Хозяина не было. Стояла тишина, прерываемая только громким тиканьем кварцевых часов на стене да гремящей в другой половине здания музыкой.
Со стороны коридора донеслись едва различимые шаги. Замерли напротив входной двери. После непродолжительной паузы в замочную скважину осторожно влез ключ. Но провернуться сразу ему не удалось — сказались микроскопические неточности изготовления ключа по слепку. После непродолжительной борьбы замок все-таки щелкнул, узкая световая полоска из коридора рассекла пространство пополам. Дверь бесшумно отворилась, пропустив внутрь темный силуэт, и так же беззвучно вернулась на место. В комнате снова воцарились тишина и покой, если не считать человеческой тени, замершей у порога.
Привыкнув к темноте, тень отделилась от стены, уверенно двинувшись в сторону шкафа и сознательно обходя светлый квадрат на полу. Руки в матерчатых перчатках уверенно нащупали один из дюралевых кофров и осторожно перенесли на кровать. Тонко щелкнули открываемые пряжки замков, небольшой, похожий на маленький ноутбук предмет перекочевал из блестящего футляра в складки одежды неизвестного. Крышка захлопнулась, и те же руки в перчатках аккуратно вернули чемоданчик на место. Не прикасаясь более ни к чему, темная фигура прижалась к двери, прислушиваясь к тишине коридора, а потом осторожно выскользнула из комнаты тем же путем, каким попала туда минуту назад. С тихим клацаньем в дверном замке повернулся ключ…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
