В таком состоянии ее и нашел отец.
— Это не призраки, Скалли, — сказал Малдер, провожая ее в номер. — Мы имеем дело с людьми.
— Похоже, ты разочарован?
Малдер не ответил ей тогда, да и сейчас у него не было ответа. Он надел куртку и вышел из номера. Хорошо, что он послушался Гарсона: днем здесь пекло, а ночью на самом деле холодно.
Миновав короткий переход между коттеджами и основным корпусом, Малдер остановился.
На заднем дворе гостиницы были разбиты огражденные камнями клумбы с кактусами и уже закрывшимися на ночь цветами пустыни. Между клумбами проложены каменные дорожки, сбегавшиеся в одну, которая вела на берег реки, где стояло несколько скамеек. На ветвях тополей и ив покачивались фонарики, бросая сквозь листву причудливые блики, лениво скользившие по земле.
Малдеру показалось, что в саду пахнет жимолостью.
Убедившись, что он один, Малдер сел на скамейку и стал смотреть, как внизу струится обмелевшая река: вода в тусклом свете прибрежных фонарей поблескивала серебром.
Луна притаилась за облаком.
Засунув руки в карманы куртки, Малдер сидел, глядя на воду и не думая ни о чем, пока не выглянула луна.
Пэт Дэвен и ее мать обречены блуждать во мгле, из которой им нет выхода. Бледные, с печатью горя на лице — словно бесплотные, безжизненные тени…
Эта мысль отозвалась в нем болью: он вспомнил свою сестру, пропавшую при загадочных обстоятельствах много лет назад. Когда ее похитили, ей было восемь; Малдер на всю жизнь запомнил унесший ее нестерпимо яркий свет. Он и теперь не мог думать о нем без содрогания и даже щурился, словно он режет ему глаза.
Как бы он хотел узнать, что за ним скрывается!
Вот почему его так волнуют дела под грифом «Икс»: вдруг да удастся отыскать истину?
Отвернувшись от луны, Малдер провел ладонью по лицу и рассеянно потер затылок.
Он непременно найдет Саманту, а пока надо найти тех, кто убил брата Пэт.
Малдер снова провел рукой по лицу, сунул ее в карман и улыбнулся.
— Со мной все в порядке, — сказал он, подвигаясь, чтобы могла сесть Скалли. — Просто думаю.
— Да ты здесь схватишь воспаление легких!
— Вы в этом уверены, доктор?
Скалли вытянула ноги и сложила руки на животе.
— Уверена. Здесь же холод собачий! Малдер, а что, в теплом месте думать никак нельзя?
Они долго молчали, просто смотрели на реку и слушали шелест листвы. Иногда тишину нарушал лай собаки или гул машины. Потом в сад вышли подышать любители выпить на ночь. Они прогуливались меж островками цветов, ночной ветерок доносил то негромкий разговор, то громкий смех. Когда ветер стихал, Малдер и Скалли не слышали ничего, кроме своего дыхания.
Неожиданно Малдер спросил:
— Скалли, а тебе не приходило в голову, что те, кто убил коров, не убивали брата Пэт? — Не дождавшись ответа, он переспросил: — Скалли. а тебе не приходило в голову, что те, кто убил коров, не убивали брата Пэт и тех двоих?
Где-то над головой в тополиных ветвях запела птица.
— Нет, — ответила Скалли и повернулась к нему. — А почему ты так решил?
— Пытаюсь проследить некоторые аналогии, только и всего. Как правило, тот, кто мучает животных, не отваживается на убийство человека — тем более такое жестокое, — а предпочитает отыгрываться на безответных тварях.
Малдер следил за выражением лица Скалли, и она отвернулась, зная, что ее напарник всего лишь размышляет вслух. Но раз уж мысль высказана, он должен убедиться в ее правильности.
— Нет, — медленно покачав головой, повторила она. — Не знаю, что именно сделали эти нелюди и как, но все это произошло в одном месте, за короткий промежуток времени, и во всех случаях слишком много общего. По крайней мере, судя по тому, что нам уже известно. — Скалли поежилась. — Подробности узнаю, когда поговорю с медэкспертом, но… — Она снова покачала головой и улыбнулась: — А не ты ли с пеной у рта доказывал, что совпадения совпадениям рознь? Одни — реальные, другие — кажущиеся. Малдер улыбнулся:
— Ну я.
— Отлично! Значит, это совпадение кажущееся. И доказательством тому жестокость, с которой убили и людей, и животных. Нам остается только найти связь.
— Верно. Сущая безделица.
В ветвях снова раздалась птичья трель.
— Тогда подумай вот о чем, Скалли, — тихо сказал он. — Зачем? Зачем, черт побери, понадобилось убивать и скот, и этих несчастных?
Скалли молчала. Впрочем, Малдер и не ждал от нее ответа.
Но у него вдруг возникло странное, неприятное предчувствие, что когда они в конце концов найдут ответ, он вряд ли придется им по душе.
Они очутились посреди пустыни, в самом страшном месте кошмарного сна.
— Да никакой я не сумасшедший! — с жаром заявил с больничной койки Майк Ост-ранд и свирепо уставился на шерифа Спэрроу. Тот не моргнул глазом. — По-вашему, выходит, авария мне приснилась, да? И вот этот чертов гипс на руке я тоже вижу во сне? Да, моя новенькая машина и в самом деле перевернулась, а я повис на ремне, как туша в мясной лавке!
Спэрроу терпеливо слушал.
— Ну ладно. — Остранд виновато вздохнул и скривил губы. — Ладно, было дело: я немного выпил. Но в аварию попал совсем не поэтому.
— Разумеется, вы попали в аварию, потому что какой-то таинственный автомобиль, такой низкий, что из окна машины вы его даже не заметили, нарочно столкнул вас с дороги.
Остранд метнул на него сердитый взгляд.
— Так все и было.
— А потом, когда вы висели на ремне, вас хотели убить.
Художник пожал плечами, поморщился от боли в руке и сокрушенно вздохнул:
— Ну ладно. Это был всего лишь койот, так? И я так испугался, что сбрендил. А кто бы на моем месте не сбрендил? Но ведь не койот же выжал меня с этой чертовой дороги!
— Верно, — с готовностью согласился Спэр-роу. — Это уже кое-что. — Заглянув в блокнотик в левой руке, он задумчиво пожевал ластик на конце карандаша и продолжил: — Ну а теперь давайте поподробнее об автомобиле-невидимке.
Хотя бар «Коронадо» note 7 не отличался ни оригинальным названием, ни богатым интерьером, он стоически противился переменам. Берналильо из заставы на берегу Рио-Гранде превратился в спальный район Альбукерке, а «Коронадо» ничуть не изменился: все та же длинная стойка у правой стены, те же столики и кабинки, музыкальный автомат целый день бормочет неизменный кантри-энд-вес-терн. Телевизор на задней стене показывает только спортивные передачи: на этот раз бейсбольный матч третьей лиги из Южной Каролины. Накурено, пахнет перегаром, на столиках в дешевых алюминиевых пепельницах и на полу полно окурков. Сюда редко заходят туристы и случайные посетители, и бизнес не процветает, что, впрочем, мало кого волнует: у бара есть завсегдатаи, и немало, так что дела идут ни шатко ни валко.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
