Конечно! Эта ночь становится все лучше и лучше. Я нажимаю на газ, затем нажимаю на электронный тормоз, разворачивая заднюю часть, чтобы остановиться перед ними. Пыль от гравия летит, и все, кроме Коула, поднимают руки, чтобы смахнуть ее.
Я открываю дверь и выпрыгиваю, захлопывая ее за собой.
— Что это, блядь, было, Коул? — требую я.
Он стоит там, его голубые глаза суженны. Его ноги широко расставлены, а руки засунуты в передние карманы черных джинсов. Он все еще в своей черной толстовке, но теперь на голову накинут капюшон.
— Какого хрена? — Я смотрю направо и вижу Дика, который смотрит на меня широко раскрытыми глазами и приоткрытым ртом. — Ты позволил кладбищенской девчонке помочь тебе? — удивленно спрашивает он.
Остальные трое смотрят туда-сюда между мной и Коулом, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит и кто, черт возьми, я такая.
Моя грудь быстро поднимается и опускается, сердце бешено колотится.
— Из-за тебя меня чуть не арестовали, — огрызаюсь я.
— Тебе надо было не отставать, — говорит он.
Мои глаза выпучиваются.
— Не отставать? Я не знала, что ты собираешься угнать машину, — огрызаюсь я. Он просто смотрит на меня. На его лице выражение ненависти. Он должен благодарить меня за то, что я его не сдала. — Отвези меня домой, — требую я.
— Дик. — Он смотрит на него. — Подвези ее домой.
Что?
— Нет! — говорю я, делая шаг к Коулу. — Ты отвезешь меня…
— С радостью, — говорит Дик, прерывая меня, и делает шаг ко мне. Я закрываю рот и делаю три шага назад. Он смотрит на меня с улыбкой на своем красивом лице, но свет, падающий на нас со стороны сарая, делает его лицо кривым. А может быть, дело в том, что я знаю, насколько он действительно кривой.
— Я просто возьму твою машину, — говорю я с улыбкой, и он перестает уходить. Он по-прежнему стоит спиной ко мне. Затем я смотрю на него и улыбаюсь. — Я сбила зеркало.
— Ты что? — огрызается он, поворачиваясь ко мне лицом.
Я улыбаюсь ему самой большой улыбкой, на которую только способна.
— Я столкнулась с копами, и они выкинули шипованную полосу. — Его брови поднимаются. — Я смогла увернуться, но ударилась о склон горы. Это сбило твое зеркало.
Он сжимает руки в кулаки, а Дик смеется. Остальные трое все еще стоят вокруг, не понимая, что происходит.
— Кто эта девушка? — Кажется, это Киллан тихо спрашивает. Я не могу вспомнить, кого назвала Шелби.
— Я Остин. — отвечаю я на его вопрос, когда ни Дик, ни Коул не делают ни шагу. — Остин Лоус.
Все они поворачивают головы и смотрят на Коула. А Дик смотрит себе под ноги, но я замечаю, как он сжимает челюсть. Коул смотрит на меня в течение долгого момента, пока вокруг нас воцарилась тишина. И мне кажется, что я снова на кладбище с ним и Диком. Как будто он пытается продумать свой следующий шаг.
На этот раз он меня зарежет? Позволит Дику застрелить меня?
Наконец, он отворачивается от меня и смотрит на Дика.
— Отведи ее домой, — приказывает он и поворачивается, прикрывая нас всех. Он заходит в сарай, закрывая за собой дверь.
— Пойдем домой, детка, — говорит Дик, подходя ко мне.
— Нет…
Он хватает меня за руку и сжимает, заставляя меня вскрикнуть, когда его пальцы впиваются в мою кожу. Остальные парни поворачиваются ко мне спиной и входят в ту же дверь, что и Коул. Дик тащит меня по гравию к зданию, где стоит черный Range Rover. Он бросает меня на пассажирское сиденье, а затем забирается внутрь. Я прижимаюсь всем телом к двери.
Он усмехается.
— Я не тот, кого ты должна бояться, детка.
— Что это значит? — спрашиваю я, злясь на то, через что Коул заставил меня пройти сегодня вечером.
— Это значит… — Он заводит свой внедорожник. — Что Коул — единственный, кто решает, жить тебе или умереть. Не я.
ГЛАВА 7
КОУЛ
Я срываю с себя толстовку, а затем черную футболку. Я бросаю их обе на пол и поднимаю кулаки перед собой. Я начинаю подпрыгивать и бью по боксерской груше, который висит на стропиле.
Я слышу, как открывается дверь, а затем голос Киллана.
— Коул, что происходит? — спрашивает он.
— Я справляюсь, — говорю я, снова ударяя по мешку.
— Это не то, на что это было похоже с того места, где мы стояли, — возражает Шейн.
Я фыркаю.
— Она дочь Брюса…
— Да. Я знаю, кто она! — огрызаюсь я, прерывая Киллана. Я опускаю руки и поворачиваюсь к ним лицом. — Я прекрасно знаю, чья она дочь.
Киллан выглядит так, будто увидел привидение, но Шейн улыбается.
— Она идеальна.
Я издаю рык.
— Она моя!
Он даже не пытается скрыть свою улыбку по поводу моего собственничества.
— Нет. Я имею в виду, она идеальна для того, что нам нужно.
Киллан качает головой.
— Абсолютно нет. Я не собираюсь отвечать за нее.
— Между нами пятью, она будет в порядке.
— Посмотри, что произошло сегодня вечером, — огрызается Киллан, споря с Шейном.
— Ты не обратил внимания? — спрашивает Шейн. — Ей удалось убежать от копов. И ей даже никто не помог. — Он показывает на меня. — Коул бросил ее на произвол судьбы. — Он улыбается, как будто гордится ею. — И должен сказать, я впечатлен.
Я, однако, хочу задушить ее. Она испортила мою М4. Я только что купил эту машину. И копы видели ее, что наводит на другую мысль. Почему копы были там? Мы отключили сигнализацию, и вокруг никого не было на мили. Этот склад находится там не просто так; никто никогда не бывает в этой части города. Барнс — маленький городок, полный пожилых людей, которые живут в домах престарелых. Кто мог нас увидеть, чтобы вызвать на нас власти?
— Я предлагаю привезти ее сюда. Посмотрим, как она себя поведет. — Шейн кивает сам себе.
— Брось ей вызов. Она похожа на человека, который не отступит в драке.
— И что? — спрашивает Киллан.
— И что? — Шейн смотрит на него.
— Когда она нас поймает, и мы все окажемся в тюрьме, что тогда?
— Этого не случится.
— Как ты можешь такое обещать? — огрызается Киллан.
Шейн оглядывается на меня.
— Потому что она не выдаст того, кого любит. — Я смотрю на Беннета, единственного, кто держал рот на замке все это время. Он встречает мой взгляд, и моя грудь сжимается от этого взгляда.
— Ты прекрасно знаешь, что она была бы лучшей частью, которую никто никогда не видел, — говорит он.
Мой телефон вибрирует в кармане, и я достаю его, чтобы увидеть, что это сообщение.
Дик: Принцессу высадил. Невредима. Не за что.
Я кладу телефон обратно в карман, закрываю глаза и делаю длинный вдох.
— Ребята, вы ведь понимаете, что это значит? — спрашиваю я.
Когда в комнате воцаряется тишина, я смотрю им всем в глаза, прежде чем заговорить.
— Мы должны устроить вечеринку.
***
ОСТИН
Акула: Вечеринка завтра вечером у меня дома. Будь там в десять.
Коул прислал мне это вчера вечером, когда я была в ванне. Как только Дик высадил меня, я прыгнула в ванну, чтобы помыться. Чтобы смыть с себя день. Я так и не ответила, но я не думаю, что он ожидал этого. Он вызвал меня, и он знал, что я приду, потому что ну, что еще мне остается делать? И я хочу знать, что задумали эти мальчики.
Трое смотрели на меня, как на заразу. Коул выглядел так, будто хотел меня убить, а Дик выглядел забавным.
Сначала они убили парня, потом угнали машину? Что у них за дела? Машина была одной из их затей? Шелби упоминала, что они постоянно попадают в неприятности.
И она назвала их большими белыми акулами? В воде и вне воды. Вот почему я записала его как «Акула». Я могла бы использовать их для своей выгоды в школе. Сейчас второй семестр моего выпускного класса на новом месте. А город — заскорузлый, богатый. Я уверена, что не все ученики — маленькие сопляки, так что мне бы пригодился какой-то один человек, кому другие боятся перечить. Или пять. Даже если я их тоже боюсь. Дик сказал, что моя судьба в руках Коула. Значит, он управляет стаей. Впрочем, это было очевидно. Пока я остаюсь на его стороне, все должно быть хорошо.
