через полчаса уже быстро жевала на кухне бутерброд и запивала его водой. Запасов последней было очень много, но в основном питьевой. Так что от жажды мы точно не умрем. Для гостей и хозяина Арсан приготовил два вида бутербродов и черный сладкий чай. Мы, слуги, обошлись вчерашним хлебом со старой колбасой. И водой, да. Куда ж без нее.
– Сантехников на вас нет, – прожевав последний кусок, я поднялась. – Интересно, наверху тоже вода отсутствует?
– Во всей усадьбе нет, – сообщила Линда. – А вместо твоих сантехников справится маг. За ним уже послали. Так что к обеду должно все наладиться.
Угу. Дай-то бог.
Аристократы, тихие и хмурые, отправились на скачки, едва утолив голод. Я старалась не попадаться на глаза никому из них. Мало ли. Вдруг того же графа переклинит, и он на меня с кулаками кинется. Кто их, высокородных, знает.
Маг появился уже после того, как начались скачки. Высокий подтянутый брюнет средних лет, он был одет в форму коричневого цвета.
Внимательно осмотрев весь дом, он вышел на крыльцо, повернулся лицом к двери и сделал несколько пассов руками. Дом «вздрогнул», как при землетрясении. Даже окна зазвенели.
– Вода вернулась. Мелкая нечисть удалена, – произнес важным тоном маг, обращаясь ко мне и протягивая золотистого цвета визитку. – Оплату моих услуг прошу прислать на мой расчетный счет.
Я кивнула. На расчетный, так на расчетный. Все равно к Дамиану сегодня вечером идти за деньгами.
Маг ушел, порталом, надо заметить, значит, не так-то плохо у него шли дела.
А я сначала зашла к себе, положила визитку на стол, а затем направилась на кухню.
– И что это было? – встретили меня вопросами Линда и Арсан. – Почему вода ушла?
– Понятия не имею, – пожала я плечами, усевшись на стул. – Маг промолчал, я не спросила, – я зевнула. – Арсан, накорми меня, а? Хоть чем-то.
Арсан хмыкнул и поставил на стол передо мной тарелку свеже сваренной каши. Раз уж вода вернулась, то запасы для аристократов можно не экономить.
Я поела, быстро и с аппетитом, и пошла наверх – проверять уборку комнат. Ну и, конечно же, с моим-то везением, я не могла не натолкнуться на риссу Виолетту.
Она стояла в нарядном одеянии в коридоре, у окна, и смотрела вдаль с задумчивым выражением. Увидев меня, она заметно оживилась. Угу, добыча. Сама в руки приплыла.
– Доброе утро, рисса, – вежливо поздоровалась я, как и положено прислуге.
«Дай мне пройти! Молча!» – взмолилась я про себя. Еще одного выяснения отношений мне сейчас и не хватало. Для полного, так сказать, счастья.
Но не с моим счастьем, да.
– Витария! – снова это дурацкое чужое имя! – Я надеялась увидеть тебя до отъезда!
Энтузиазм в голосе риссы Виолетты меня напугал, причем конкретно. Так обычно кричат завзятые фанатики, когда заметили свое обожамое божество где-то поблизости. И тогда этому самому божеству пора делать ноги. Иначе, блин, растерзают. В буквальном смысле на клочки порвут, чтобы соприкоснуться с великим.
Глава 19
На этой неделе в связи с плановым ремонтом у нас во всем подъезде отключили электричество. Я, отложив ноутбук, сразу расписал план: разбираю хлам на балконе, делаю полную уборку квартиры, чиню в ванной кран. Но тут включили электричество…
Я смотрела настороженно и молчала. Мало ли, не то сказанешь, а в ответ – фонтан неожиданных эмоций. Откуда я знаю, что именно триггернет эту даму. Объясняй потом ее недовольным родственникам, что это она за мной «охотится», а не я над ней издеваюсь. И Дамиан вряд ли вступится. Как же, представительница аристократии. А они, эти самые аристократы, крепко друг за друга держатся.
Но рисса Виолетта, как оказалось, была не из тех, кого можно смутить обычным молчанием.
– Пойдем, – она подскочила ко мне, схватила за руку, потянула к одной из комнат. Я не сдвинулась с места. Рисса Виолетта изумилась. – Витария, ты что, меня боишься?! Ты – меня?!
И столько негодования, смешанного с откровенной обидой, было в ее голосе, что я, поборов настороженность, все же сделала несколько небольших острожных шагов по направлению к указанной комнате. Понятия не имею, что там произойдет. Может, я еще сто раз пожалею, что пошла на поводу у этой взбалмошной аристократки. Но здесь и сейчас я почему-то не хотела ее обижать.
Через несколько секунд мы с ней оказались за закрытыми дверями в комнате, как потом выяснилось, выделенной для самой риссы Виолетты.
– Садись, пожалуйста, – она потянула меня за руку к одному из трех кресел. – Да что ты так смотришь?! Я же тебя не трону! Витария! Ну же!
Ладно, я села в кресло, все так же молча, вопросительно уставилась на свою собеседницу. Моя интуиция пока еще не кричала, но уже настоятельно советовала держаться от нее подальше и постараться как можно раньше покинуть эту комнату.
– Вот! – между тем рисса Виолетта отошла, что-то взяла с туалетного столика в углу и вернулась ко мне быстрым шагом. – Это твое. Бери же, Витария!
Вещь, лежавшая у нее на ладони, никак не могла принадлежать мне, потому что даже приблизительно стоила как две мои годовые зарплаты в этой усадьбе. Изящный, искусно выполненный золотой браслет в виде змейки с небольшими изумрудными глазками очаровал меня с первых мгновений. Я никогда не любила змей, терпеть не могла их скользкую кожу, боялась их укусов, но тут рука сама потянулась к этому поистине оригинальному произведению ювелирного искусства.
Мои пальцы коснулись прекрасной вещицы, и в следующий миг я потеряла сознание.
В бессознательном состоянии я, словно в замедленной видеосъемке, рассматривала со стороны различные кадры своей жизни. В том, что это была я, сомнений не оставалось: я ощущала ту «себя», на которую смотрела, как неотъемлемую часть своей души.
Вот я первый раз знакомлюсь с Виолеттой. Ее, стеснительную тихоню, привела к нам в гости мать, когда Виолетте исполнилось пять лет. Я, ее одногодка, была уже тогда бойкой и активной девчонкой. Я взяла Виолетту под свое покровительство, мы подружились. В дальнейшем Виолетта часто бывала у нас.
Вот мы вдвоем с Виолеттой, совсем юные, лет шестнадцати, не старше, нарядно одетые, умело накрашенные, с уложенными в прически волосами, весело смеемся, стоя в просторном, светлом бальном зале. Вокруг – сплошные высокородные аристократы. Я – одна из них. Сегодня мой первый выход в свет. Я ни капли не волнуюсь, потому что знаю, что хороша, очень хороша. А значит, если пожелаю, быстро найду себе жениха. Но вот пожелаю ли? Это вопрос.
Вот моя первая
