картечных снарядов внутри бронемашины.
— Огонь!
Невольно промедлив, наблюдая охоту за «Грейхаундом», я вовремя спохватился и отрывисто рявкнул, отдав приказ. Бахнула двуйдюмовка (вблизи так вполне ощутимо!) — и набрав требуемую высоту, мина со свистом устремилась к земле… На фронте у немцев с избытком хватало мин (в первые два года так точно), и беспокоящий огонь тех же пятидесяток стал одним из бичей войны. Свистящий звук падающей мины вымораживал фронтовиков — а обстрелы «огурцами» фрицев вошёл в тройку лидеров самых ненавистных проявлений войны.
Наряду со вшами и воздушными налетами…
Теперь же настал черёд англичан замирать от едкого, невольно заползающего в душу страха, заслышав свист падающей с неба мины!
Наш «огурец» рванул чуть в стороне от дороги, все же достав осколками пару человек десанта, спешно покидающего открытую рубку БТР. Последние массово разворачиваются в сторону засады — вооружённые в основе своей курсовыми пулеметами, британские «универсалы» могут помочь десанту, довернувшись к врагу лишь лбом… Толщина брони которого составляет всего десять миллиметров.
Ударил «Дегтярёв» пехотный, рычащие очереди которого заглушили одинокий пока выстрел СВТ. Сперва ударил крепко, точно поразив фанерные борта одного из грузовиков; во все стороны полетела разлохмоченная очередями щепа — а строчка пуль прошла ровно по линии сидящих вдоль бортов британцев… Но артиллеристы, неплохо начав, тотчас засуетились, начали спешить — и очередная, уже длинная очередь, ударила с превышением, над головами англичан.
— Прицел тот же! Огонь!!!
Все происходящее вокруг я отмечаю лишь краем сознания; вновь гулко ухнула двухдюймовка — а мина ударила всего в паре шагов от группы десантников, укрывшихся за кормой БТР… И на сей раз лёгкими ранами англо-саксы не отделались.
— Юонг! Пару градусов влево! Приготовились… Огонь!
Третья мина рванула ближе к грузовику, пытающемуся вывернуть с дороги и проскочить вдоль колонны справа; осколки пробили переднее левое колесо и, очевидно, что-то повредили в движке. Машина заглохла…
— Прицел тот же! Огонь!!!
Четвёртый «огурец» ударил удивительно точно, рванув прямо в открытом кузове грузовика! Правда, его уже покинуло большинство мотопехотинцев… Но не все. Четверо замыкающих отделение солдат приняли на себя большую часть осколков…
Несмотря на внезапность нападения, бритты все же довольно быстро очухались, грамотно залегли у дороги… И тотчас открыли густой ответный огонь по вспышкам очередей пулеметного расчёта. Рокот нашего «Дегтярёва» оборвалась как-то резко… Более того, с двух БТР так же ударили лёгкие минометы, пытаясь нащупать уже мой расчёт!
Впрочем, по одному из универсалов поспешно отработал ПТРС Гольтяева. Паша, предвидя скорый марш по горам, старательно расстреливает патроны в оставшихся магазинах, надеясь нанести врагу наибольший урон… Расстреливает, несмотря на очереди уже двух «Бренов», пытающихся нащупать бронебоев.
Мёртво замер, заглох один из БТР, получив пару точных попаданий в тонкую лобовую броню, не защитившую мехвода. Второй универсал Паша накрыл на развороте; десант из четырёх солдат не успел покинуть машину… Бортовая броня универсалов ещё более тонкая — лишь семь миллиметров; в узком пространстве десантного отделения выживших нет.
Бронетранспортер с миномётным расчётом также получил сразу четыре попадания в борт! Но трассеры бронебоев не только корректируют огонь расчёта, но и выдают его позицию… И очереди ручных «Бренов» как кажется, скрестились прямо на позиции Гольтяева, заставив его замолчать.
— Веха три, вправо пять! Заряжай… Огонь!
Последней миной я попытался накрыть второй универсал с двухдюймовкой — и естественно, мы не попали. Мина бесцельно рванула метрах в десяти от машины…
Но в бой решились вступить Джису и Бём, залегшие вблизи БТР с миномётом. Огненный шар куммулятивной гранаты поразил борт универсала пониже десантного отсека — но достал моторное отделение. Машина густо задымила, и минометчикам врага стала не до нас… Джису постарался поддержать товарища — но, выпустив пару очередей из «Томпсона», спровоцировал лишь плотный ответный огонь, прижавший бойцов к земле…
— Юонг! Дымовые мины! Вправо ещё на градус… Давай!
Все, бой для нас окончен, нужно уносить ноги. И сделать это возможно, лишь поставив у дороги дымовую завесу… Неважно, что мины будут рваться непосредственно в боевых порядках британцев — главное, они не будут нас видеть! Пусть и считанные минуты, но этого должно хватить…
— Веха четыре, влево пять! Огонь!
…Лёгкие уже горят от заполошного бега по горам, каждый новый шаг даётся все труднее. Стерев со лба обильный пот, оборачиваюсь — но замерший на мгновение Чимин, забравшийся на груду камней, уже опустил СВТ, отрицательно мотнув головой. Я облегчённо выдохнул:
— Слава Богу…
Почерневший с лица Гольтяев лишь хмуро бросил:
— Шагом…
Пашу можно понять: его второго номера очередь достала в голову на перезарядке, едва не зацепив самого майора. Когда же я поставил на дороге тонкую дымовую завесу, осназовец выпустил остаток патронов по колонне практически вслепую… И только после покинул позицию, забрав документы товарища — и оставив как его тело, так и бесполезный теперь ПТРС. Эвакуировать павших, к сожалению, мы не можем…
И это также коснулось новоиспеченных пулеметчиков. Да, доверить ДП-27 артиллеристам было плохой идеей, вот только выбора у нас не было… И дело даже не в том, что бойцы плохо знали пулемёт — все их обучение в свое время ограничилось лишь парой учебных стрельб. Но так-то в артиллерию берут наиболее технически грамотных, сообразительных бойцов. «Умник в артиллерию, щеголь в кавалерию», все верно…
Однако умение стрелять из ручного пулемета, даже метко — не равно умению вести бой. А ведь перед засадой я объяснял бойцам, что, дав три-четыре очереди, нужно переползать на новую огневую позицию… Горячка схватки, увы, так захватила пулеметчиков, что они потеряли время — а потом стало слишком поздно. Первого номера вражеская очередь достала в лицо — второго пули догнали в бочину, когда уже раненый в руку боец пытался отползти в сторону. Видно, от боли и шока плохо соображал, да сам и подставился, выбравшись на совершенно открытый участок… Теперь ДП-27 несёт Гольтяев.
А вот Бёму и Джису крепко повезло, несмотря на кажущуюся опасность выбора их позиции. Впрочем, первую дымовую мину я бросил именно на их участке — но куда более опытные осназовцы с самого начала наметили себе путь отступления по ложбинке, промытой талыми водами…
Нас осталось семеро — и мы нанесли врагу куда меньший урон, чем на то рассчитывал Паша. Причём мы и сами понесли болезненные потери… Но свой долг выполнили до конца — колонна вражеской мотопехоты выбита из графика движения, есть раненые и убитые. Думаю, враг не досчитался, по меньшей мере, взвода солдат.
Так что лёгкой прогулки по
