Вся практика заключалась в том, что мы стояли на местах, пока Эрик метал в нас молнии. И я крайне радовалась тому факту, что ни бегать, ни атаковать сегодня не пришлось. Ребра снова заныли, стоило мне отбить первую атаку — пришлось с прискорбием признать, что мои целительские навыки никуда не годились.
Однако несмотря на усталость, с тренировки я уползала довольная: драка и долгая, изнуряющая практика со щитом позволили мне наконец сбросить злость и напряжение. Хотелось поскорее умыться и упасть в кровать, однако стоило перед этим заглянуть к лекарям. Туда мы с Исаей направились вместе. Обе молчали, но даже в тишине я чувствовала, что ей тоже полегчало. Хотя у нее-то какие могут быть беды?
Нойрена среди лекарей я не застала. Да и если бы увидела его, окруженного практикантками, которые суетились, ища нужные нас снадобья, то расспрашивать о книге, когда вокруг так много лишних ушей, все равно как-то неудобно. Так что, получив настойку «для приема внутрь», я так быстро, как позволяло усталое тело, направилась к жилому корпусу.
С огромным удовольствием стянула грязную одежду и сапоги, обработала лицо и, подогрев кружку воды, вылила в нее темно-зеленое лекарство из пузырька. Заметила серебряный браслет на руке и настроение тут же испортилось. Я уже совсем забыла, что сегодня должна практиковаться в магии огня с Айзеком.
Но до заката оставалось еще много времени. Так что я улеглась на кровать, вытянулась, и, попивая маленькими глотками горьковатые травы, попыталась подумать о сложившейся ситуации. Но то ли усталость взяла свое, то ли снадобье обладало усыпляющим эффектом, но уже через несколько минут я задремала.
Проснулась на закате. Долго себя уговаривала и, приложив нечеловеческие усилия воли, все-таки вытащилась в вечерний туман к задним воротам. Возле них уже поджидал Айзек.
Заметив меня, он ободряюще улыбнулся и протянул руку. От жестокости, с которой он отчитывал меня за «неуважительное обращение», не осталось и следа.
Я покосилась на протянутую ладонь, но не двинулась с места.
— Мы тут до рассвета стоять будем? Руку давай, — спокойно потребовал Айзек.
Пришлось подчиниться. От прикосновения к его теплой, сухой коже по телу прокатилась волна жара. И причина его — не банальная страсть или волнение, а вполне реальное могущество, мощнейшая древняя магия.
Всего через мгновение мы уже стояли посреди пустынной долины. Настроение у меня и так паршивое, а серый пепел под ногами и в воздухе оптимизма не добавлял. Зато здесь я никого не покалечу, пожар не разгорится в мертвой почве, и, вероятно, от города мы так далеко, что инквизиторы меня не засекут.
Я покосилась на Айзека. Любой нормальный маг после телепортации на столь дальнее расстояние еще неделю бы отсыпался, а этот стоит, разминает плечи. В одежде, напоминающей нашу форму для тренировок, он кажется еще более опасным. Дорогой костюм хотя бы создавал вокруг него флер интилигентности, а теперь передо мной просто сильная тварь, которая даже не маскируется.
От осознания, что я нахожусь демон знает где, а рядом — древнее существо, способное уничтожить меня одним махом руки, по коже пробежали холодные мурашки. Чтобы избавиться от мерзкого ощущения, я потрясла руками и огляделась в попытке отвлечься.
Вокруг не наблюдалось никаких признаков жизни. Только земля, испещренная впадинами, по которым когда-то, как кровь по венам, бежала лава — жидкое пламя из недр земли. Вдалеке виднелись вершины вулканов, затухших, судя по всему. Частички пепла в воздухе, поднятые, видимо, из-за всплеска магии телепорта, медленно оседали на одежду.
— Не бойся, — Айзек встал напротив меня и внимательно сомотрел. — Сейчас я лишь хочу, чтобы ты научилась контролировать собственные силы.
Я кивнула — научиться обращаться с древнейшей магией мне и правда необходимо. Однако неожиданно даже для себя задала совершенно дурацкий вопрос.
— Это место… оно ведь для тебя много значит?
Сама не знаю почему, но мне вдруг показалось, что я давно — уже многие сотни лет — знаю об этих вулканах и о том, что древний бог накрепко связан с ними.
— Я здесь… родился, хотя это слово не слишком подходит, — неохотно ответил Айзек. — И давай сначала потренируемся, а потом уже побеседуем. Если у тебя конечно останутся силы.
Я лишь покорно кивнула и внеплановое вечернее занятие началось. Однако если в Академии от меня требовали максимального проявления силы, то сейчас, напротив, приходилось смирять рвущийся наружу огонь и ограничиваться едва ли половиной того, что я в действительности могла бы сделать.
Вскоре я поняла, что контроль утомляет гораздо сильнее, чем битва в полную силу: приходилось постоянно следить за тем, чтобы не вложить больше энергии, чем требуется, в простенький огненный шар или щит от физического урона.
Глава 15
Я полностью вымоталась всего за час. Возможно, сказалась еще и дневная усталость, и действие исцеляющих трав, но как только Айзек объявил, что на сегодня достаточно, я повалилась прямо на пепел, нисколько не заботясь о том, что он останется сединой в белых волосах.
Бог огня пристроился рядом, и какое-то время мы молчали. Я всматривалась в темнеющее небо. Солнце уже скрылось за горизонтом, но еще посылало в вечерний полумрак последние лучи.
— Расскажи-ка мне про свою клятву. Ту, которая запрещает тебе выйти замуж, — вдруг попросил Айзек, и я вздрогнула.
Сейчас, когда он просто лежал рядом — ничуть не уставший и даже, кажется, вполне довольный результатами занятия — я снова умудрилась забыть о том, что он вовсе не человек, и что его стоит опасаться.
Я набрала воздуха в грудь, чтобы хоть что-нибудь ответить, но так и замерла с приоткрытым ртом. Перед глазами снова встали картины пожара: вой огня, горящие балки, которые валятся прямо на голову, крики, стоны, хрипы и лицо матери, тело которой уже объяло магическое пламя. И собственный голос — тонкий, срывающийся, почти истеричный.
— Не могу, — дрожащими губами прошептала я, чувствуя, как грудь сдавливают подступающие рыдания. — Прости.
По щеке, кажется, покатилась слеза, но я не стала вытирать ее в надежде, что Айзек тоже смотрит
