Она с грустью подумала о том, что слухи, о ее банкротстве, которые уже начали распространяться по городу, вскоре затмят куда более сногсшибательные сплетни. О ее связи с этим мужчиной, который сейчас сидит с ней за одним столиком и, кажется, не имеет вообще никаких забот в этой жизни.
Официант подал им основные блюда, разлил вино и удалился, оставив их наедине.
— Я хочу устроить в Корнуэлл-Хаусе большую вечеринку с кучей гостей, — сказал Гарри. — Но об этом потом, сначала обсудим детали нашей сделки.
— Конечно, — согласилась она, с трудом проглатывая нежнейший кусочек курятины. — Сегодня утром ты сказал, что оплатишь счета всех моих кредиторов и позволишь закончить работы в Корнуэлл-Хаусе, а я, в свою очередь, должна буду выполнять любые твои требования, даже самые интимные. Я тебя правильно поняла?
— Да. — Отблеск свечи демонически блеснул в его глазах.
— И как долго это может продлиться?
— Не расслышал. О чем ты спросила? — Его голос прозвучал очень тихо.
Она взмахнула вилкой.
— Я имею в виду срок — недели, месяц, год? Когда ты сочтешь, что мой долг оплачен, и я смогу уйти?
— Это трудно заранее определить. Кстати, сколько денег тебе потребуется? — после паузы спросил он.
Стефания опустила голову и назвала примерную цифру. Ей самой она казалась огромной. Может быть, теперь Гарри сочтет, что ее услуги не стоят таких деньжищ? Но он согласно кивнул головой, ничуть, казалось, не озадаченный.
— Пожалуйста, подготовь полный список твоих кредиторов с указанием сумм долга. Я распоряжусь, чтобы деньги были перечислены на твою кредитную карточку.
— Когда?
— Как только ты выполнишь свою часть соглашения, к моему полному удовлетворению. — Он улыбнулся. — Сроки выплат кредиторам полностью зависят от тебя.
— Это меня не устраивает. Откуда я знаю, что означает твое «полное удовлетворение»?
— Продолжай, дорогая, — дразнящим голосом сказал он. — Не рассказывай мне, что огонь, горящий в твоих прекрасных глазах, говорит только о вспыльчивости и дурном характере. Армандо, наверняка хорошо осведомлен о других деталях.
Она гневно выпрямилась.
— То было совсем другое! Я любила Армандо.
— И ненавидишь меня. Ты это хочешь сказать? — Его губы скривились в усмешке. — Стеффи, любовь и ненависть — разные стороны одной медали. В постели, поверь мне, разница может быть практически незаметна. — Немного помолчав, он продолжил: — Я всегда отличался терпением. Подожду и на этот раз, пока ты свыкнешься с ситуацией.
— Год, — сказала она. — Что бы ни случилось, через год ты должен будешь дать мне уйти. Это предельный срок для меня. Согласен?
Гарри пожал плечами.
— Думаю, что год — слишком большой срок. И полгода с тебя достаточно. Да и я обычно быстро начинаю скучать. Так что твое избавление может наступить гораздо раньше, чем ты думаешь.
Стефания хрипло прошептала:
— По мне, что шесть месяцев, что шесть минут — одинаково слишком долго. Я хочу иметь собственную комнату. Место, где я буду полностью принадлежать только самой себе.
— Можешь делать что угодно в мое отсутствие. Но когда я нахожусь в Корнуэлл-Хаусе, ты должна разделять со мной мои дела и мою постель. Понятно? — Она молча кивнула. — Итак, все решено. А теперь ешь своего цыпленка, пока он окончательно не остыл.
— От нашего разговора мне кусок в горло не лезет.
Он ухмыльнулся.
— Как хочешь. — Его тон вновь обрел деловые нотки: — Мою мебель привезут в течение недели. Я бы хотел, чтобы ты распорядилась ее разгрузкой и расстановкой. И пора продолжить работы по завершению реконструкции дома. Там не так уж много осталось доделать.
— Ты упомянул как-то о прислуге в доме...
— Моя экономка скоро переселится туда. А тебя я попрошу нанять людей для уборки территории и на постоянную работу — садовника. Если у тебя будут возникать какие-либо проблемы, обращайся к моему секретарю. Ее зовут Барбара Чэпмэн. — Он протянул ей через стол свою визитную карточку. — До конца недели я пробуду в Брюсселе, — добавил Гарри, — и вернусь в Корнуэлл-Хаус в пятницу вечером. — Он сделал паузу. — Надеюсь найти тебя там, Стеффи. Приветливую, гостеприимную, и не склонную к эксцессам.
Она ответила безжизненным голосом:
— Я там буду. Обещаю.
— Предпочел бы услышать в твоем голосе поменьше обреченности и осуждения. Но ничего, я подожду. А теперь не пожать ли нам друг другу руки в знак успешного завершения сделки?
Она отрешенно наблюдала, как его пальцы захватывают ее руку, и с ужасом увидела, что он склоняет голову и целует ее безжизненную ладонь. На мгновение кожу опалило прикосновение его языка, и тело содрогнулось от интимности этого ощущения.
Он выпрямился, и его глаза с вожделением скользнули по ее сжатым губам и ниже — к выпуклостям грудей.
— У твоей кожи райский вкус. Как жаль, что до пятницы еще далеко.
— А мне — нисколько, — едва слышно выдавила она.
Гарри помог ей подняться со стула, подал сумочку и жакет. Стефания четким и как можно более спокойным голосом, рассчитанным на окружающих, произнесла:
— Спокойной ночи, мистер Блейк. Благодарю вас за чудесный вечер. С нетерпением буду ждать возможности работать с вами. Удачной поездки! — С высоко поднятой головой она продефилировала по залу и вышла в холодную темноту ночи.
Глава пятая
До дома Стефания добралась совершенно обессиленная. Полубессознательно щелкнула выключателем в холле, потом стала бродить из комнаты в комнату, зажигая везде свет. Ее жилище засияло, как в рождественскую ночь. Она хотела рассеять тьму, в которую погрузил ее Гарри Блейк.
Еще больше Стефанию томила память о том, как, помимо собственной воли, она отреагировала на прикосновение его губ. Он просто захватил меня врасплох, защищалась она от самой себя. Да еще шампанское, вино. В следующий раз буду начеку.
Она потрясла головой и пошла на кухню. Чашечка кофе ей бы сейчас не помешала. Хотя, что толку, если она придет в себя. После того, что произошло с нею за последние двадцать четыре часа, лучше всего заснуть и не просыпаться.
Она поставила на плиту чайник. И тут раздался легкий стук в дверь.
Наверное, Анжела увидела ее иллюминацию и решила зайти узнать, все ли у нее в порядке. Ей не хотелось сейчас ни с кем разговаривать. Она боялась сказать что-нибудь лишнее и растревожить подругу. Наверняка, несмотря на обстоятельства, угрожающие и самой Анжеле, та будет отговаривать подругу от такой ужасной кабалы.
Стефания пошла к дверям с твердым намерением отослать Анжелу, сославшись на поздний час. Подбадривая себя этой мыслью, распахнула дверь — и оказалась лицом к лицу с неулыбающимся Гарри Блейком.
