уснувшие стражники. Их боевой маг усыпил, подмешав снотворное в ужин. Драконоборец взобрался на крышу, телепортировал к себе баллисту и только хотел направить её на Князя Тьмы, как обнаружил, что его там уже не было, как и всей делегации. Тогда боевой маг нацелился баллистой на выход, а сам стал искать переговорщиков по окнам замка. К сожалению, в другое место осадное оружие бы просто не поместилось. Переговоры продолжались в противоположной части от выхода рядом с портретами бывших правителей.
— А как насчёт торговых привилегий, Князь Тьмы? Или вы будете угрожать нам драконами? — спросил король ледяных эльфов.
— Нет. Я знаю, что Добротар сулил вам помощь в войне с нами. Так что могу предложить более широкую автономию в составе Княжества Тьмы с сохранением вашей религии, как вы просили раньше. Еще я могу сделать так, чтобы к вам не пускали тёмную инквизицию, но торговые привилегии — это перебор. Вы не будете иметь больше прав, чем королевство Обриум и Тёмное Королевство, что присоединились к нам раньше.
— А я буду губернатором собственных земель? Я бы хотел сохранить титул и наследственную передачу власти, — сказал монарх, указывая на портреты своих предшественников.
— Хорошо я согласен пойти и на это. Тогда давайте подпишем договор.
Затем писари долго сверяли текст, вносили коррективы, и наконец, договор о вхождении Криона в состав Княжества Тьмы был подписан.
— Объявлю моему народу об этом историческом событии завтра утром. Переночевать можно в гостевых комнатах, — предложил всем новоиспечённый король-губернатор.
«Мне что до утра их ждать?» — подумал боевой маг.
Внезапно в зал ворвался стражник:
— Милорд, в замок пробрались посторонние! Кто-то обезоружил нашу стражу и запер её в каморке!
— Князь Тьмы, предлагаю уйти отсюда через тайный ход, — сказал король-губернатор.
«О нет! Только не это!» — подумал Самон.
— Я справлюсь с любыми убийцами. Свита, за мной — через главный вход! — приказал глава Темной делегации.
Всё сработала идеально. Баллиста выстрелила, и снаряд проткнул насквозь его грудь. Все замерли в шоке. И Самон в том числе. Он хотел ощутить Сущность Тьмы, и чувствовал невероятный адреналин; может быть это она и есть? Боевой маг затаился на крыше.
— О Великая Тьма, кто-то убил Князя Тьмы! Победитель, выходи, теперь ты новый Князь Тьмы! — провозгласил один из тёмных прислужников.
— Почему это был не я? — спросил сам себя король-губернатор и добавил, — снимаю шляпу перед храбрецом.
Самон надел капюшон с маской и спустился вниз.
— На колени, смертные! — велел он, и все подчинились.
— Надеюсь, вы продолжите вести линию своего предшественника? — спросил другой тёмный прислужник.
— Сначала нужно объявить всему миру о том, что я стал Новым Князем Тьмы! — сказал Самон и снял шлем с трупа — под ним оказался человек.
— А наш договор в силе? — спросил король.
— Я думаю в него нужно добавить торговые привилегии для снежных эльфов…
Таким образом, прямо у ещё не остывшего трупа начался новый раунд переговоров.
Глава 11 Арена
Крион был нестабилен. Смерть Князя Тьмы, заключение договора, съезд делегаций и политическая волокита в сумме с народными волнениями сделали город похожим на большой муравейник, в который несколько раз ткнули палкой.
Прошло три дня. Самон был погружен во всю эту суету и уже устал от неё. К нему вбежал испуганный запыхавшейся слуга. Не успел он сказать и слова, как над городом разнесся звон колокола, бьющего тревогу.
— Всадник, господин… — выдавил из себя слуга — Драконий всадник!
Явившийся объявил себя настоящим Князем Тьмы, а Самона — самозванцем, сразившим всего лишь его заместителя. Все это свелось к поединку, которого требовал прибывший. Обстоятельства не давали Самону возможности отказа, и дуэль была назначена на вечер.
Среди народа ходили волнения — Князей, мол, развелось словно грязи. И как их различать? Снежный эльф убил первого Князя — и, пока он был один, все выглядело просто — вот новый Князь Тьмы. А что делать с тем, что прилетел потом? Про себя многие стали называть его Новейшим, а там, после боя видно будет.
Место поединка выбрали почти мгновенно — местная гладиаторская арена идеально подходила для этого. Еще днем её очистили от снега и льда, сковавшего круглую площадку, и к вечеру все уже было готово.
Несмотря на мороз, холода на трибунах почти не чувствовалось. Народа собралось так много, что всем им просто, становилось душно. Среди сотен зрителей, заполонивших узкие скамьи, сидящих на креслах небольших балконов и ниш, можно было увидеть весьма интересных личностей.
Помимо снежных эльфов там сидели: делегация Тьмы, несколько дипломатов из соседних государств и странная личность в рваном рубище, на которую почему-то никто не обращал внимания. И поди знай, сколько там было ещё анонимных зрителей.
Самон вновь облачился в броню из кожи дракона. Поверх неё накинул тёмно-синий плащ. На голове его был капюшон с маской. В руках — верная глефа. Снежный эльф взглянул на себя в зеркало и глубоко выдохнул. Он совсем не изменился — облик его ничем не отличался от того, что был во время сражения в долине Брай. Разве что — пара новых шрамов появилась.
Под громкий гул толпы, он вышел на арену. Стоящий напротив Новейший Князь, как его уже успели окрестить зрители, ждал соперника. Шлем, скрывающий лицо, массивные нагрудные пластины, в которых сразу угадывалась драконья кость. Оба Князя в чем-то были весьма похожи друг на друга. За исключением того, что у Новейшего не имелось оружия. Раскинув руки в стороны, он начал речь.
— Мы собрались здесь из-за нелепой случайности!
Толпа затихла с первыми же его словами.
— Иначе я и не могу назвать то, как этому самозванцу удалось убить моего заместителя. Этот выскочка не стоил бы и толики моего внимания, но я не могу отдать на волю судьбы такую наглость.
Самон молчал. Он хотел было ответить какой-либо колкостью, но, несмотря на прежнюю уверенность, что перед ним — фальшивка, в голову закрадывались предательские мысли «А вдруг?». Словно в ответ на эти сомнения Новейший заговорил снова.
— В отличие от него, — сказал он, указывая на Самона — я могу доказать свои слова.
Оратор с громким хлопком свел руки вместе. Дым, похожий на клубы черной пыли, вырвался из-под его пальцев и обволок ладони. Пусть это зрелище и заняло не больше мгновения, но Самон успел заметить, что всполохи темной массы вели себя на манер щупалец осьминога, которого рыбаки вытащили на берег. Дым хватался в бессмысленных инстинктивных попытках за руки колдующего.
Самон отступил на несколько шагов назад,
