в основном причиной настолько больших проблем клана Гелрод был другой аристократический род.
Графская семья Райнор уже больше десятка лет всячески подавляла семью Гелрод, и сделать с этим ничего не получалось из-за слишком большой разницы в статусе и силе. Это было всё равно что противостояние профессионального воина и ребёнка, и Райнор не уничтожили Гелрод сразу только потому, что настолько явная конфронтация между кланами была запрещена в королевстве.
Тем не менее, за эти десять лет по вине семьи Райнор клан Горса лишился двух третей своих активов и владений. И сейчас шло противостояние за последний крупный источник доходов клана Гелрод — большую золотую шахту, которую клан Райнор всячески пытался прибрать к рукам.
До сих пор Райнор действовали преимущественно «полузаконными» способами, продавливая выгодные им решения относительно шахты через правительство и всячески мешая Гелрод вести добычу. И какое-то время эти методы были довольно успешны.
Но несколько месяцев назад Горс сумел отыскать законный способ полностью перекрыть для Райнор любые возможности претендовать на шахту. Он поднял архивы и выяснил, что шахта досталась их семье в дар от короля, а по закону это можно было трактовать так, что любые претензии на неё со стороны других кланов становились незаконными.
Теперь, если бы нашлись доказательства того, что Райнор замешаны в каких-то проблемах шахты, Горс смог бы через правительство запросить по-настоящему огромную компенсацию, настолько большую, что даже графской семье выплатить её было бы почти невозможно.
Так что Райнор на какое-то время затихли, не желая так рисковать. Однако вариант отжать, по-другому и не скажешь, шахту, у них всё ещё оставался. Традиционная дуэль со ставками, на которой две стороны конфликта выставляли друг против друга бойцов, и победители забирали ставку побеждённых.
Примитивно? Да. Действенно? Тоже да. И отказаться от вызова на дуэль Горс не смог бы. Тогда клан Райнор смог бы сказать, что клан Гелрод, получивший двести лет назад шахту в дар от короля за выдающиеся заслуги, лишился своей чести и больше не имеет возможности претендовать на суверенные права на эту шахту.
Звучало дико глупо, но по сути в этой серой зоне закона для всех были важны только обоснованные поводы. А уже реальные решения на их основе можно было принимать какие угодно.
Довольно долго Горсу удавалось избегать внимания клана Райнор. У них, конфликтовавших не только с Гелрод, были и свои дела, помимо необходимости задумываться о каких-то там дуэлях.
Вот только потом пришло приглашение на этот злополучный банкет, на котором представители клана Райнор тоже должны были присутствовать.
Изначально планом Горса было проскользнуть на мероприятие пораньше, схорониться где-нибудь в уголочке и до самого конца ужина не отсвечивать, чтобы не привлекать внимания графа Райнора. Но встреча со мной поломала всех их планы.
Когда они решили пригласить меня поехать с ними, они намеревались в случае чего использовать меня в качестве своего представителя. Моя сила была достаточной, чтобы у клана Гелрод появился хотя бы шанс.
Вот только инцидент с бароном Вотри показал им, да и всем присутствующим, что я прекрасно выживу и без Горса с Яллой. На моём теле уже зафиксировалось несколько нитей маны, которые должны были позволить их хозяевам отследить меня в любой момент. И наверняка как минимум половина из них будет искать меня с целью сделать мне деловое предложение.
А то, что Горс с Яллой не только явились с опозданием на три часа, но и оказались в эпицентре произошедшего, уничтожило даже сумрачную надежду на то, что граф Райнор про них забудет. Теперь у них не было ни возможности избежать вызова на дуэль, ни представителя, способного сражаться за них.
Так что ничего удивительного, что они так паниковали.
— Расскажите мне про этих Райнор, — выслушав основную часть истории, попросил я. — Насколько я понимаю, они — те ещё агрессивные сволочи?
— Не то слово, — вздохнул Горс. — Однако не сказать, что этому совсем нет объяснений. Сейчас у нас в стране идёт борьба за титул наследника престола между первым, третьим и четвёртым принцами. Граф Райнор принадлежит к фракции четвёртого принца, самой слабой и малочисленной. Чтобы иметь возможность хоть как-то конкурировать с братьями, ему нужно максимально быстро набраться сил, потому все его вассалы из кожи вон лезут, наращивая влияние.
— К какой фракции относитесь вы?
— К сожалению, — ещё один тяжёлый вздох, — в масштабах королевства клан Гелрод слишком незначителен, чтобы кто-то из принцев всерьёз рассматривал нас в качестве полезных вассалов. Традиционно мы больше всего связаны с семьёй третьего принца — герцогским кланом Арголд. Но они явно не намерены ни рассчитывать на какую-то нашу поддержку, ни помогать нам самим.
— А граф Сайлот?
— Он из фракции первого принца.
— И как у них успехи?
— Мать первого принца происходит из сильнейшего клана Камбада, после королевского — княжеской семьи Талгария. К тому же первый принц старше третьего и четвёртого почти на десять лет, так что у него было куда больше времени на сбор сил. Так что фракция первого принца стабильно лидирует с внушительным отрывом. Однако в последние пару лет разрыв между ними и фракциями третьего и четвёртого принцев заметно уменьшился и ходят слухи, что первый принц сам не слишком-то горит желанием занимать престол. Их противники этим начали активно пользоваться и уже в общем счёте пять или шесть довольно влиятельных кланов на уровне Сайлота или Райнора ушли от первого принца в другие фракции, из-за чего разница в силе между ними стала ещё меньше. Первый принц до сих пор заметно превосходит своих братьев. Но если два года назад исход борьбы за престолонаследие был очевиден для всего Камбада, то теперь уже никто ни в чём не уверен. Благо, хотя Его Величество уже разменял восьмой десяток, с его здоровьем всё в порядке и в ближайшие лет десять он точно трон не покинет. А за это время победитель борьбы наверняка определится и возможных государственных волнений удастся избежать. Ох… да простит меня герцог Арголд, но, надеюсь, победит всё-таки первый принц.
Он вывалил это всё на меня, хотя я ни слова не спрашивал. Видимо, эти вопросы в стране действительно были больной темой.
Тем не менее, информация была для меня более чем полезна. И теперь я точно знал, как действовать дальше.
— Я сражусь за вас в этой дуэли, — произнёс я, и на лице Горса, резко обернувшегося на меня, паника резко сменилась восторгом и надеждой. — Но у меня есть два условия.
— Какие?
— Первое: ставку, которую предложит граф Райнор, и которую я
