в себя, произнёс граф.
— Почему вы так уверены в том, что сэр Тим обязательно выиграет в нашей дуэли? — повернулся тем временем Эрлиан к Горсу.
— Как я и сказал, я знаю, на что он способен. Я не умаляю ваших достижений, младший маркиз, но также я не могу не смотреть на вещи объективно. И мне бы не хотелось, чтобы из-за нашего с графом Райнором конфликта пострадал один из лучших студентов королевской академии.
— Графу вы только что сказали немного иное, — усмехнулся Эрлиан.
— К сожалению, я не обладаю достаточной силой, чтобы общаться со всеми одинаково, младший маркиз, — пожал плечами Горс.
— А вы обладаете такой силой? — Эрлиан неожиданно повернулся ко мне.
— Да, — кивнул я безо всякого стеснения.
— Занимательно… вы можете мне пообещать, что, когда будете свободны, посетите клан Пафаро и сразитесь со мной в рамках дружеского спарринга?
— С удовольствием, — кивнул я, улыбнувшись.
— Рад слышать. Прошу прощения, — молодой человек повернулся к графу, — но сегодня я не смогу представлять вас на дуэли ставок.
— Младший маркиз⁈
— Если вы уверены в моей победе, то справитесь и сами, верно? — улыбнулся Эрлиан, неожиданно ловко разгадав наш с Горсом план.
— Что же, хорошо… — выдавил граф, поворачиваясь ко мне. — Я сам буду защищать свою честь на этой дуэли. И потом не удивляйся, мальчишка, что в твоём теле появится несколько лишних отверстий.
— С тем, у кого нет влияния, ты не слишком церемонишься, да? — хмыкнул я. — Что же, взаимно. Начнём прямо сейчас?
— Да. Не хочу откладывать это больше ни на секунду.
Мы вышли из поместья, графу передали его палочку, которую он сдал на входе.
— За мной, — бросил мне граф, даже не оглянувшись на пытавшуюся что-то сказать ему супругу, поднимаясь в воздух и на скорости в несколько сотен километров в час устремляясь прочь.
Произошедшее действительно уязвило его гордость, так что такая реакция была совершенно не удивительна. Тем не менее, сам того не понимая, он сделал всё максимально удобно для меня.
Кивнув Горсу, я взлетел следом на приказе фиксации и буквально минут через пятнадцать мы уже были за границей острова, паря в воздухе над пустотой.
Вообще, это было логично. Даже простые отголоски сражения существ моего или графа уровня сил могли обернуться огромными разрушениями для земли под нашими ногами. Так что не было ничего удивительно в том, что сражаться нам приходилось над пустотой, где даже сильнейшие атаки ни на что бы не повлияли.
— Где твоё оружие, парень? — произнёс граф, уже даже не пытаясь скрыть свои гнев и жажду крови.
И ощущение удушья, что я сейчас испытывал из-за его ауры, было, надо сказать, довольно заметным. Тридцатый ранг, равный пиковой десятой ступени Тейи, для нынешнего меня, тем более остававшегося в человеческом облике, был едва ли преодолимой преградой.
Тем не менее, пока что я не собирался принимать свою истинную форму.
Во-первых, чисто ради конспирации. Хотя мы и отправились сюда вдвоём, и я не собирался возвращаться обратно, не испробовав сердце графа на вкус, за нами вполне могли наблюдать с берега.
А во-вторых, это был своего рода вызов самому себе. Уж слишком давно я не сражался в человеческом теле, привыкнув к огромному истинному облику.
В Тейе, где Майигу были относительно нормой, с этим не было никаких проблем. Но в мире Драконьих Островов не было ни Майигу, ни даже монстров помимо драконов. Так что до поры до времени мне не стоило демонстрировать общественности, что на самом деле я — почти двадцатиметровый ящероподобный гуманоид, а вовсе не человек.
А значит и то, как сражаться в человеческом облике, мне стоило вспомнить.
Влив ману в руну изменения облика перчаток и сапог Лорго, я с силой стукнул кулаком по кулаку.
Всё, что мне теперь оставалось — это попробовать силу магов этого мира на вкус.
Как в переносном, так и в прямом смысле.
Глава 8
Мгновения не прошло, а в меня уже летели десятки и сотни огромных, размером с амбарные ворота, и невероятно тонких металлических лезвий.
Из-за того, что маги мира Драконьих островов использовали для создания заклинаний мировую ауру, унаследованную от драконов, такие банальные штуки, как законы физики, для них уже не существовали. И, в отличие от обладателей Дара металла или земли в Тейе, способных лишь контролировать существующие материалы, граф без труда порождал тонные стали лишь своей маной.
Определённо, это затрачивало огромное количество маны. Вот только маг на пике десятой ступени, дополнительно использовавший артефакт, по «наполнению» на несколько порядков превосходивший мои перчатки, мог себе это позволить.
Ещё во время столкновения с Горсом я понял, насколько местная артефакторика превосходит ту, с которой я был знаком в Тейе. Если не учитывать использование особых свойств материалов из тел Майигу, всё, что могли тамошние мастера сами внести в артефакт — это либо банальное укрепление, либо простейшие механизмы вроде бомбы или мины-ловушки.
И Боги Тейи в этом плане недалеко ушли. Лорго вписал в мои перчатки четыре руны, конденсировавшие мировую ауру, что заметно превосходило возможности смертных. Но по сути у этих рун тоже было очень простой функционал.
По сравнению с этим даже энергетические кастеты и дубинки, которые использовали телохранители Горса, были чудом инженерной мысли. А уж его магическая палочка, работавшая как усилитель и конденсатор используемых заклинаний, перед моими перчатками была будто персональный компьютер перед допотопными счётами.
Вот только в отличие от хрупкого компьютера, который ни в коем случае нельзя было ронять и заливать водой, счётами можно было хорошенько так огреть противника по голове и они бы продолжили прекрасно исполнять свои основные функции.
И эта аналогия была действительно очень хорошей. Потому что, хотя «софт» моего оружия был несравнимо хуже, чем у графа, моё «железо» было во столько же раз лучше.
Я не знал, какой именно материал граф создал своим заклинанием. Были ли эти листы, летящие в меня на скорости японских магнитных поездов, из стали, титана, или какого-нибудь экзотического магического металла.
Но мне и не нужно было знать. Уверен, даже в этом мире, намного опережающем Тейю как по средней и максимальной силе магов, так и по уровню развития артефакторики, сложно было найти материал, сравнимый по характеристикам с лучшим творением Лорго.
Так что, даже не задумавшись о том, могу ли я сделать, я бросился прямо в дождь металлических полотен, без всяких сомнений блокируя бритвенно острые и, несмотря на небольшую толщину, очень увесистые листы перчатками и сапогами.
Неожиданностей не последовало. Я прекрасно ощущал
