в присутствии Лайонела.
— А вы, как я вижу, привыкли быть осведомленным обо всем, что происходит в жизни регента Войцехи Милик? — с ироничной улыбкой подметил Император. Вот же наблюдательный стервец!
Я постаралась сделать вид, что оскорблена до глубины души, и попыталась испепелить Лайонела возмущенным взглядом. Однако он продолжал спокойно сидеть, вальяжно, как сытый кот, откинувшись на мягкую спинку дивана.
— Я пригласила вас не для того, чтобы выслушивать оскорбительные намеки, — процедила сквозь зубы, чтобы этот гад прочувствовал, насколько неуместен его комментарий. — Кто-то явно пытается помешать заключения договора, и, похоже, методы выбирает самые радикальные: если им удастся устранить меня или вас, сделка не состоится. Так что предлагаю не выжидать положенный срок: я намерена передать вам корону, как только в Даграс прибудут послы от стран Восточного Альянса. То есть, примерно через неделю.
Лайонел склонил голову на бок и внимательно оглядел меня с головы до ног. Он все еще казался раздраженным каждый раз, когда слышал мой голос и смотрел на меня, но кажется, уже переменил мнение на счет моей причастности к падению люстры. Уже хорошо.
— Несколько быстрее, чем мне бы хотелось. Ведь к моменту принятия короны мне необходимо будет объявить о свадьбе с одной из ваших подопечных, — Император задумчиво потер подбородок.
Я закатила глаза и отпила еще вина. Наверняка у него есть какие-то иные причины затягивать выполнение договора, но почему он озвучил самую идиотскую?
— Можете зажмуриться и ткнуть пальцем наугад, все три одинаковы, — равнодушно пожала плечами я, но почему-то при мысли о том, что у алтаря ярдом с ним будет стоять одна из дочерей Жерома, сердце неприятно кольнуло. — Впрочем, рекомендую присмотреться к старшей, Ханне. Она умна, спокойна, вряд ли доставит вам проблемы. Ну или к младшей, Жулите, если вам нравятся трепетные и восторженные молодые леди.
Лайонел покачал головой, на лице на миг отразилась странная печаль, и мне стало совсем тошно: ведь можно было вполне обойтись и без свадьбы. С другой стороны, он бросил меня перед лицом опасности, имею ведь я право на маленький реванш? Пусть мучается с дочерями моего братца и всеми теми интриганами, которые будут виться вокруг них, как мотыльки вокруг костра.
Император переглянулся с Пьером, и, похоже, они прекрасно поняли друг друга. Хитрец Ален явно знал больше, чем пытался показать, и Лайонел ему доверяет. Надо бы постараться хотя бы не портить отношения с этим шпионом — в том, что он шпион, у меня уже не осталось никаких сомнений.
— Что ж, быть может, вы и правы, ждать нет смысла, — наконец, кивнул Лайонел. — Я приму корону в тот день, который вы назначите.
Я облегченно выдохнула, поднесла к губам бокал и обнаружила, что на его дне остались всего несколько капель. Решив, что на сегодня мне этого будет достаточно, осушила посудину залпом и поставила на стол. Стекло тихо звякнуло о деревянную столешницу, в следующий момент отворилась дверь.
— Ваши Величества! — молодой Ташо элегантно поклонился, и за его спиной я заметила Жулиту, которая по своему обыкновению стояла, опустив взгляд. В коридоре толпились еще нескольких придворных дам, которых сопровождали горничные и гвардейцы. — Мы выяснили, кто обрушил люстру!
Я тут же вскочила с места и шагнула к гвардейцу.
— Где он?
Судя по шороху ковра, Император и все остальные, кто сидел со мной, тоже нетерпеливо поднялись.
— Прошу, идите за мной, — отвесив учтивый поклон, юноша повел нас по полутемному длинному коридору.
Замок не спал. То справа, то слева слышались голоса из-за неплотно прикрытых дверей. По углам попадались горничные и лакеи, которые замирали при нашем приближении, но с явным любопытством поглядывали на нас из-под опущенных ресниц. Слишком много глаз. И странное предчувствие опасности не оставляло меня до того момента, пока мы не спустились в подвал, и я не увидела одного из бывших советников Жерома. Он вызывающе вскинулся и поднял на меня взгляд серых глаз, стоило только переступить порог допросной.
Невысокий полноватый мужчина средних лет, ни лицом, ни умом не примечательный, с сединой в тусклых русых волосах и оплывшими чертами, он совершенно не походил на заговорщика.
— Ваше Величество, — северянин и один из моих гвардейцев, которые, видимо, сторожили предполагаемого преступника, выступили вперед. Слово, однако же, взял молодой Ташо.
— Все присутствующие здесь придворные дамы, а также Ее Высочество Жулита, — при упоминании имени принцессы голос парня стал на пол тона нежнее — недостаточно для явного намека, но вполне сойдет, чтобы произвести на юную красавицу впечатление. — Видели, как этот человек пробрался за портьеру, где находилась веревка и механизм подъема люстры.
— Это произошло во время танца, я только успела повернуться и едва заметила, как он пошел туда, — добавила Жулита поспешно.
— Потом, когда люстра уже обрушилась, этот господин вынырнул из-за портьеры. Я потому и не успела отступить назад, что смотрела на него. В его руках был кинжал, поэтому я побоялась кричать, — закончила историю так пышная дама, о юбки которой я споткнулась.
При воспоминании об ударе тяжелым металлом заныла рука. Я покосилась на свое предплечье и только сейчас заметила, что рукав на нем рваный и покрыт темными пятнами не то от горячего воска, не то от крови. Вот же твари подземелий, и никто из мужчин даже не сказал об этом! Император и его шпион могли посчитать, что это неприлично, но где у Рейка глаза были? Ладно, об этом потом.
— Проверьте его карманы, — скомандовал Император, заметив мою задумчивость.
Северянин тут же принялся выполнять приказ, будто только этого и ждал. Советник Жерома всем своим видом показывал крайнюю степень возмущения, но ничего поделать не мог: его руки и ноги удерживала плотная веревка.
Наконец, из внутреннего кармана его бархатного жилета, расшитого серебром, северянин вытащил прозрачный бутылек, наполовину заполненный чем-то маслянисто-желтым. Недолго думая, я выхватила из рук стража находку, откупорила и вылила пару капель на камзол подозреваемого. Ткань тут же потеряла цвет и спустя примерно минуту стала похожа на старое, полуистлевшее волокно.
—
