попыткой уйти в оборону. К своему удивлению, Сандра обнаружила, что ее так долго накапливаемый гнев стал потихоньку испаряться по мере того, как росли уверенность в себе и умение эффективно донести свое мнение в тех вопросах, которые ее не устраивали. Неожиданно для нее самой родители Ларри отреагировали положительно и тепло, поблагодарив за прямоту. Это был первый шаг Сандры к улаживанию разногласий со свекрами, а заодно – к выстраиванию более четких и открытых отношений с каждым из них.
Ларри, которого пугала эта необычная для жены уверенность в себе, поначалу воспринял саму мысль о письме негативно. В свойственном ему стиле он привел с десяток логичных доводов в защиту собственной позиции. Однако Сандра была твердо намерена изменить положение вещей и выдержала контратаку – ведь опыт подсказывал ей, что спор ни к чему не приведет. Она объяснила Ларри, что его мнение важно для нее и все же ей необходимо принять самостоятельное решение о том, как и когда следует разобраться с волнующими ее проблемами. Ларри заметил, что Сандра начала решать разногласия с его родителями непосредственно, не критикуя и не обвиняя их. За этим последовал вполне предсказуемый шаг с его стороны: на поверхность всплыли его собственные неулаженные проблемы с родителями. Сандра больше не жаловалась Ларри, но справлялась самостоятельно. Он же ощутил необходимость самому решить разногласия с ними.
Когда женщина выплескивает свой гнев неэффективно (вот как в примере Сандры, которая жаловалась мужу на его родителей, будучи не в силах что-либо изменить) или выражает свое мнение чересчур эмоционально, мужчина не чувствует угрозы. Напротив, она помогает ему сохранять свое спокойствие и хладнокровие, хотя сама производит впечатление незрелой, иррациональной личности. Если же женщина четко обозначает свою позицию и направляет гнев на достижение чего-то нового, другого – вот тогда происходят перемены. Если она перестанет «делать чужую работу» и начнет думать о себе, действовать за себя, мужчина, который до этого работал «вполсилы», признает это и начнет двигаться в верном направлении.
Игра в обвинения «кто первый начал»
Сандра и Ларри потратили огромное количество времени и сил на взаимные обвинения в бесконечных ссорах. Как и многие из нас, они вечно искали крайнего, того, кто «первый начал». Подобный поиск «начала» – распространенная тактика в играх супружеских пар. Взять хотя бы взаимодействие ворчливой жены и отстраненного, замкнутого мужа. Чем больше он замыкается в себе, тем больше она ворчит, чем больше она ворчит, тем сильнее он замыкается – и так по кругу… Так чья же в том вина?
– Знаю! – скажет кто-то из наблюдателей. – Это она виновата! Пилит и цепляется по мелочам – естественно, бедняга замкнется в себе.
– Нет! – возразит ему другой, – Вы ошибаетесь. Это он виноват: закопался по уши в работе, забил на семью – вот жена и недовольна.
Это и есть та самая игра «кто первый начал» – поиски, с чего все началось, с целью объявить виноватого в поведении обоих. Но мы-то знаем, что это взаимодействие – танец, в котором участвуют оба, и поведение одного из партнеров провоцирует и подпитывает второго. У этого «танца» нет начала и конца, и неважно, кто начал первым. Гораздо важнее понять, как разорвать порочный круг.
Тут не лишним будет установить, какую роль мы сами играем в сложившейся ситуации – насколько провоцируем и поддерживаем поведение другой стороны. Даже если мы уверены в том, что вина на 97 % лежит на партнере, остается еще три процента, с которыми предстоит разобраться нам самим. Поэтому главный вопрос звучит следующим образом: «Как мне изменить свое поведение в этом танце?»
Это не значит, что мы не вправе злиться на другого человека или что существующие в нашем обществе гендерные роли и установки на самом деле не порождают подобного рода «танцы». Безусловно, так и есть. Я лишь хочу сказать, что не в наших силах изменить и переделать того, кто меняться не хочет. Наши попытки осуществить желаемое лишь препятствуют переменам. В этом и состоит главный парадокс «хороводов», в которых мы все участвуем.
Кто ты в древнем танце: эмоциональный преследователь – отстраняющийся
Эмоциональные преследователи – это те, кто снижает уровень своей тревожности, делясь с другими чувствами и стремясь к близкому эмоциональному контакту. Отстраняющиеся, в свою очередь, справляются через философствования и эмоциональную дистанцию. Пример Сандры и Ларри – очередное подтверждение того, что в большинстве случаев именно женщина является эмоциональным преследователем, а мужчина – дистанцирующимся.
Когда страсти утихают, преследователь и дистанцирующийся кажутся идеальной парой, в которой один дополняет другого. Она – непосредственная, живая и эмоционально открытая. Он – сдержанный, спокойный и рассудительный. Если же обстановка накаляется, каждый из них впадает в крайность согласно своему психологическому типу. И вот тут-то начинаются настоящие проблемы. Что происходит, когда такая пара подвергается неизбежным ударам судьбы – будь то болезнь, трудности воспитания детей, финансовые тревоги или вероятность повышения по службе?
В чем бы ни состояла суть проблемы, два этих психотипа внезапно вступают в противоречие. Она реагирует быстро, стремясь наладить контакт, ищет спасение в единстве и общности. Он же действует логически и рационально, что для нее совершенно неприемлемо. Поэтому она начинает давить, требуя высказать свои мысли и чувства – а он отдаляется. Чем больше он отдаляется, тем настойчивее она преследует, но чем настойчивее преследование, тем больше дистанция. Она обвиняет его в холодности, неотзывчивости и бесчеловечности. Он заявляет, что партнерша на него давит, излишне контролирует и вообще истеричка.
Каков наиболее распространенный исход подобного сценария? Когда этот танец с преследованием и отстранением достигает предела, у женщины наступает состояние, которое специалисты называют «реактивной дистанцией». Чувствуя себя отвергнутой и сытой по горло сложившейся ситуацией, она оставляет погоню и уходит по своим делам. Мужчина, который теперь получил гораздо больше личного пространства, чем ему нужно для комфортного самочувствия, постепенно подходит ближе к ней в надежде наладить контакт. Но – поздно. «Где ты был, когда я так в тебе нуждалась?» – сердито спрашивает она. В этот момент дистанцирующийся и преследователь могут даже ненадолго поменяться местами.
Эмоциональные преследователи защищают дистанцирующихся. Избавляя от необходимости выражать потребность, привязанность, желание близости и демонстрируя все эти чувства за двоих, они дают дистанцирующимся возможность избежать столкновения с собственным желанием связи и неуверенностью в себе. Пока один преследует, другой волен испытывать холодную независимость и потребность в пространстве.
Учитывая разное воспитание, женщины далеко не всегда являются преследователем. Это лишний пример осуществления эмоциональной деятельности за себя и за партнера. Когда преследовательница начинает отступать
