– Сейчас, положим, время идет к полуночи. Но все равно, мне неведомо, есть ли какой-то особый этикет для воспитанной леди на такой случай. Но, думаю, курс по истории вряд ли включен в список рекомендуемых дисциплин.
Мягкое подтрунивание Алана смягчило ее смущение. Она вздернула подбородок и благопристойно сложила губы.
– Я всегда считала, что каждый должен использовать любую возможность учиться чему-либо, – нравоучительно произнесла девушка. – Учеба должна быть постоянным процессом, нельзя замыкаться на чем-то одном…
Испытав это средство раз, Алан прибегнул к нему снова. Долгий поцелуи прервал тираду.
– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты болтаешь слишком много? – спросил он, теребя губами ее ухо, отчего по позвоночнику девушки побежали приятные мурашки.
– Ты. Ты всегда жаловался, что я говорю больше, чем дюжина человек в придачу с Солом… – Девушка осеклась, почувствовав, как Алан напрягся при упоминании имени ее брата.
Он отстранился от нее, продолжая поддерживать за плечи, пока она не села на кровать. Вот дура, и надо было ей помянуть Сола! Как это ни смешно, но Алан, очевидно, считает, что став ее любовником, он предал многолетнюю дружбу с Солом. Глупо. Правда, мужчины почему-то придают такого рода вещам особое значение. Спорить тут бесполезно, но Трэлла все же сделала попытку переубедить упрямца.
– Это… ну то, что произошло между нами… не имеет никакого отношения к Солу.
– Боюсь, что он будет думать иначе, – жестко произнес Алан.
– Это его не касается.
– Сомневаюсь, что он согласится с тобой. – А может, мне наплевать, с чем он согласится, а с чем нет, – вспылила девушка, раздражаясь упрямой настойчивостью Алана, считавшего, что Сол имеет право вмешиваться в ее жизнь. – Я взрослая женщина и не обязана отчитываться перед братом за свои поступки.
Алан покачал головой, давая понять, что собеседница его не убедила.
– Мы поговорим об этом позже.
– С какой стати мы вообще должны говорить об этом?
– Я был прав. Ты действительно болтаешь слишком много. – Он приподнял ее с постели, громко поцеловал и отпустил. – Но я не имею ничего против, если каждый раз буду затыкать фонтан твоего красноречия таким образом.
Действительно, Алан нашел оригинальный, эффективный и не лишенный приятности способ закрыть неприятную тему. Разговор, конечно, еще не окончен. Рано или поздно им придется снова вернуться к беспокоящей его теме.
– Ты голодна?
Да, как ни странно, Трэлла была голодна. Мысли о еде показались ей такими приземленными по сравнению с тем, что она испытала недавно.
– Я бы съела что-нибудь, – вяло ответила девушка.
– Оставайся в постели. Я не посещал разных там кулинарных школ, поэтому просто открою мясные консервы.
Пока он возился с банкой, вытаскивая из нее ветчину, Трэлла подняла с пола мужскую рубашку, надела ее, закатав длинные рукава. Алан приготовил целую тарелку сандвичей.
Ели молча. Трэлле с трудом верилось, что последние несколько часов ее жизни не были сном. Но новое ощущение своего тела, которое испытывало непривычную томительную усталость одновременно с каким-то внутренним трепетом, убеждало в том, что она не грезит.
Когда покончили с едой, Алан убрал со стола, а Трэлла застелила постель. Она взбивала подушки и неожиданно почувствовала руки Алана на своих бедрах.
– Плохо без электричества – нечем заняться после наступления темноты.
Трэлла выпрямилась, прижав подушку к груди. Она ощутила тепло мужских рук через ткань рубашки и вдруг вспомнила, что та надета на голое тело.
– Зимой с электричеством веселей.…
– Ни телевизора, ни радио нет. – Угадав мысли девушки, Алан скользнул руками под полы рубашки.
– Мы могли бы… почитать. – Она чувствовала шершавые ладони на своей нежной коже.
– Могли бы, но я уже перечитал все, что нашел здесь. – Алан терся губами о ее ухо, вызывая приятную дрожь в теле.
– Но я… я не читала.
– К тому же мы не можем расходовать топливо без особой нужды. Еще неизвестно, сколько времени нам придется пробыть здесь. – Алан нежно покусывал мочку ее уха, и Трэлла ощутила, как внизу живота начинает разливаться жаркая нега.
– Да, мы можем пробыть здесь довольно долго, – промямлила девушка, едва дыша.
– Мне кажется, что нам все-таки надо найти какое-нибудь занятие.
– Есть идеи на этот счет?
– Одна-две, – ответил Алан, касаясь губами шеи девушки.
Трэлла запустила пальцы в волосы Алана и притянула голову к губам. Сердце застучало чаще и громче, дыхание сбилось и стало прерывистым, тело задрожало от возбуждения. Она удивленно взглянула на мужчину, когда его пальцы легли на ее руки. Он смотрел на нее своими великолепными голубыми глазами. Лицо напряженно застыло.
– Что случилось?
– Я забылся. – Алан с трудом выдавливал из себя слова. – Мы слишком торопимся. Я имею в виду – слишком для тебя. Не хочу причинять тебе боль.
Если учесть, что она уже сделала с ним первые интимные шаги и надеялась снова повторить их, то с ее стороны было просто смешно чувствовать себя неловко. Тем не менее девушка ощущала, как густой румянец заливает ей щеки. Очевидно, нужно время, чтобы привыкнуть к близости с мужчиной.
– Ты не сделаешь мне больно, – сказала она.
– Ты уверена?
– Послушай. – Трэлла высвободила руку и опустила к застежке на джинсах. – Давай делать это постепенно, и, если мне станет больно, я тут же закричу. – Легкий треск открывшейся молнии как бы подтвердил ее слова. Глаза Алана заволокло темной пеленой. Как это возможно, чтобы он так сильно, нестерпимо и так быстро снова захотел ее?
– Трэй…
– Тебе кто-нибудь говорил, что ты болтаешь слишком много? – Она обняла его за шею свободной рукой и притянула к себе.
Алан решил не спорить…
Они лежали на старенькой кровати. Изящное женское тело, полное приятной истомы, приникло к Алану. Она перебирала пальцами влажные завитки волос на его груди, наслаждаясь близостью с любимым мужчиной.
– Скажи, почему так случилось? – пророкотал голос Алана около ее уха. – И почему именно я?
– Это же естественно, – медленно произнесла она.
– Естественно? – Трэлла поняла, что от нее требуется не односложный ответ, а объяснение. – Ты до сих пор хранила невинность и вдруг отдалась мне, потому что сочла это естественным?
Да потому, что я люблю тебя, хотелось крикнуть ей. Но Алан еще не готов к такому ответу.
Момент для признания в любви еще не наступил, и вообще она не представляла, как сможет открыть ему свои чувства.
– Ты же знаешь меня, я действую под влиянием импульса, – сказала она непринужденно.
Алан нахмурился. Вряд ли названная причина, по которой она-де выбрала его в качестве первого любовника, достаточно убедительна. Она сочла это естественным и действует под влиянием импульса! Нет, это не устраивало Алана. А что бы удовлетворило его?
