сесть. Вон, Янка Павлова уже скинула несколько килограммов, даже купила одежду на размер меньше, о чём, конечно, объявила едва ли не всей школе.
У Артура была тренировка, поэтому домой я возвращалась одна. Впрочем, довольно быстро меня догнала лучшая подруга.
– Тася, я должна тебе кое в чём признаться, – после долгого молчания вдруг заговорила Диана.
– Что же такое страшное ты хочешь мне рассказать? – рассмеялась я, увидев у подруги такое серьёзное лицо, которое не видела никогда, даже на уроке физики.
– Слушай, тогда, на вокзале… Это я была с Артуром. Он мне давно уже нравится. Я никому не говорила об этом. У нас были отношения, когда ты болела, но они закончились плохо…
– Что? – Я не верила своим ушам. – Ты предала меня?
– Я тебя не предавала, – возразила Диана. – Когда речь идёт о любви, поверь мне, никаких подруг не может быть. Ты же не будешь всю жизнь только с подружкой.
Показалось, что не хватает воздуха. Я не могла поверить тому, что услышала. Может, она врёт? Но откуда тогда знает, что я действительно приезжала на вокзал? Да и на дискотеке они были вместе.
– Ну и зачем ты мне всё это говоришь? – горько усмехнулась я, стараясь не показывать бурю эмоций, которая переполняла меня изнутри и готова была вот-вот вырваться наружу.
– Я только хотела тебя предупредить, что Артур – это не тот человек, который сделает тебя счастливой. Он… В общем, он не хороший человек.
– Потому что бросил тебя?! – повысила я тон. – Да уж не трудись меня предупреждать. Я в твою дружбу больше не верю. Если у тебя с ним что-то не сложилось, это не значит, что и у меня будет так же! И неужели ты правда думаешь, что после твоего предательства я поверю тебе?
– Я просто хотела тебя предупредить, – вдруг холодно ответила Диана. – Моя совесть чиста.
И, не дожидаясь возражений, она развернулась и ушла в противоположную сторону.
У меня даже не было слов, чтобы что-то крикнуть ей вслед. Затряслись руки, я почувствовала, как задрожал подбородок. Кажется, я сейчас расплачусь от обиды и злости. Как она могла?! С моим парнем?! Конечно, он не удержался. Мы ещё только начали общаться, он наверняка не был уверен в своих чувствах. А тут такая возможность!
В тот день я лишилась лучшей подруги. Но не лишилась надежды вернуть своего парня. В конце концов, он бросил её! А значит, я ему дороже!
Я поплелась домой, рискуя расплакаться прямо по дороге. Впрочем, я успешно наверстала упущенное дома. Пользуясь тем, что родители на работе, я на всякий случай закрылась в комнате и дала волю слезам.
Как она могла? Мы ведь дружили с пятого класса! Ей первой я призналась о том, что мне понравился Артур. Ей я доверяла секреты. А она? Что доверила мне она?
Диана никогда не делилась со мной чем-то личным. То, что её мама злоупотребляла спиртным, я знала, потому что сама видела. И слышала, как она кричит на Диану. Но сама она никогда не рассказывала подробностей. В отличие от меня. Конечно, я дала ей все козыри в руки: рассказывала всё, что нравится Артуру, чем он интересуется, что любит. А ей оставалось только показать себя идеальной для него девушкой.
Как он мог?
Знакомая мелодия уведомила о новом сообщении. Я вытерла слёзы и достала из рюкзака телефон. Сообщение от незнакомого номера:
«Привет. Заеду за тобой в шесть. Удивлю ужином. Костя».
– Откуда он знает мой номер? – спросила сама себя вслух. И тут же вспомнила о том, что оставляла его Валентине Матвеевне на всякий случай. Мало ли… Старушка одна живёт, вдруг понадобится помощь, а я тут близко совсем.
Отложила телефон в сторону. Не пойду я ни на какой ужин. Я только что узнала, что мой парень изменил мне с моей подругой. Какой может быть ужин?
Но через несколько минут задумалась. Парень ли он мне? Да, мы погуляли пару раз. Но делает ли это нас парой? Диана, конечно, предательница. А Артур?
– А если мы не пара, то пойду-ка я на ужин! – вдруг, к своему собственному удивлению, решила я, не теряя надежды на то, что нас всё-таки кто-нибудь увидит и передаст Артуру, чем вызовет его ревность.
Взглянув на часы, я вскочила и направилась в ванную. О, лучше бы он написал мне полчаса назад. Мои рыдания оставили неизгладимый на сегодня след на лице. Как минимум, нужно смыть косметику и нанести новый макияж. Спасибо, конечно, что Костя написал за два часа, а не за пятнадцать минут. Или что вообще уже ждёт меня внизу.
С макияжем я справилась довольно быстро. Пришлось нанести тональный крем и в очередной раз пообещать себе перестать есть фастфуд, который тут же проявляется на лице очередной россыпью прыщей. Мысль о том, что домашние десерты не менее вкусны, но явно менее вредны, всё чаще посещала голову. Вот бы придумать что-то этакое, что можно быстро готовить и брать с собой. Или не придумать, а хотя бы научиться готовить всё что угодно…
Пока я выбирала, что надеть, время уверенно приближалось к назначенному. Раз мы будем ужинать, то, видимо, нужно что-то красивое. Вряд ли с Костей мы пойдём в ресторан быстрого питания. Но и слишком наряжаться не стоит, вдруг это будет место попроще?
На телефон поступило новое сообщение:
«Жду тебя внизу».
Я запаниковала. Какое «жду»? Я ещё стою в трусах и выбираю платье. Наскоро взяв первое попавшееся, я нацепила его, на ходу накинула джинсовую куртку. Обу-вшись, я оглядела себя в зеркало, и то, что увидела, мне вполне понравилось.
Костя стоял у машины. Я вышла из подъезда и поняла, что волнуюсь. Хорошо, что всё так сложилось быстро. Если бы я одетая ждала его звонка, то это стоило бы мне куда больших нервов.
– Привет, – улыбнулась я.
Костя, прямо как в фильмах, открыл передо мной дверь машины. Я воспользоваласаь приглашением.
– Прекрасно выглядишь, – улыбнулся он перед тем, как захлопнуть дверь. Потом обошёл машину и сел за руль.
Ехали мы молча. Правда, всего минут пять, которые поначалу показались вечностью. Потом Костя припарковался, вышел из машины, открыл дверь и предложил мне руку. Как же это было непривычно! Я снова почувствовала себя какой-то принцессой из сказки. Было приятно и волнительно одновременно.
– Я обещал тебя удивить? – загадочно спросил Костя.
– Вообще, да… Но если ты передумал, ничего страшного, – защебетала я, заглушая стук сердца.
– Нет, не передумал. Обещал – значит, удивлю, – как-то по-доброму рассмеялся он
