пылки я услышал слишком поздно, чтобы что-то предпринять — сознание погрузилось во тьму.
Глава 6
«В гостях хорошо… но на свободе лучше»
Состояние после пробуждения напоминало таковое после долгой и не менее хорошей попойки: голова раскалывалась; во рту было сухо, как в Сахаре; присутствовало желание убивать, топить мир в крови и с чувством бить морды всем и каждому. Нужно отметить, что последнее на данный момент превалировало и было направленно непосредственно на тех, кто моему состоянию поспособствовал…
Тем не менее, с трудом разлепив глаза, я перенёсся в большую клетку, использующуюся, по идее, для содержания диких зверей. Несмотря на то, что света не наблюдалось — лишь естественный свет луны, льющийся в маленькую щёлочку, названную по ошибке окном — осмотреться я смог.
Вокруг клетки натурально высились серые и холодные стены, от которых тянуло не только сыростью и безысходностью, но и старостью. К счастью, под задницей находился не каменный пол, а вполне себе обыкновенные и грязные шкуры. Впрочем, они явно не сильно помогали, ведь даже сквозь штаны, кои индейцы всё-таки оставили — одарив ещё и связанными руками — я ощущал холод камня.
Ну, что можно сказать? Такого опыта у меня ещё определённо не было…
Что интересно, в плену я оказался не один — клетка была достаточно большой, чтобы поместить в себе с добрых пять человек, так же имеющие лишь штаны и «подарок»… Поэтому удивляться голой женской груди я не стал. Да, камера оказалась смешанной, и со мной сидели женщины. Девушка и женщина, если уж вдаваться в подробности.
Будь ситуация другой — с удовольствием бы осмотрел представшую картину более детально, но необходимость узнать, где мы и что с нами намереваются делать, всё же превалировала… хотя, «что», как раз понятно, интересует больше «когда».
И да, пожалуй, стоит перестать удивляться своему спокойствию — я уже, можно сказать, перенёс такое, что даже к некому подвид тюрьмы и своё пребывание в ней отношусь философски. Надеюсь, «отходняк» в виде истерики не наступит… меня вполне такое спокойствие устраивает.
— Я наверняка буду не первым, кто задаст этот вопрос, но всё же, кто-нибудь знает, где мы?.. — на лицо непроизвольно выползла ухмылка.
Впрочем, сокамерники оказались не шибко разговорчивыми, и меня проигнорировали. Лишь опасливо косились в мою сторону — точнее, на мои уши и хвост… Н-да, кажется, я невольно нашёл ответ на свой вопрос о здешней «гендерной толерантности». Ладно, будем работать с тем, что есть, как говорится…
— Что никто даже «привет» не скажет дружелюбному лису?.. — праведно-возмущённо продолжил я тормошить народ.
Несколько секунд царила мёртвая тишина, после чего самый храбрый из присутствующих подал голос. И им оказалась девушка…
— Здравствуйте…
— И тебе не хворать, — улыбнулся я, тут же переведя взгляд на собеседницу. — Меня Алексеем звать — можно Алексом, а тебя?..
— Дайна… — неуверенно отозвался девушка.
В груди что-то неприятно шевельнулось после этого имени, но пришлось откладывать свои чувства на потом и продолжать «точить лясы».
— Приятно познакомиться, — кивнул я, продолжая улыбаться. — Так вот, Дайна, ты знаешь, кто нас так настойчиво пригласил в гости? Или, быть может, есть какие-то догадки?
Собеседница как-то разом погрустнела — даже в такой темноте разобрал — и едва слышно ответила:
— Нас схватили каннибалы…
— О как… И как долго вы тут отдыхаете?.. — окинул я выразительным взглядом камеру. — И сколько здесь прохлаждаюсь я?
— Два дня, — донёсся знакомый голос из соседней клетки. — Тебя принесли вчера.
Прищурившись и посмотрев на говорившего мужчину, сгорбившегося в углу своей маленькой тюрьмы, я нахмурил брови и через минуту всё же не удержался от вопроса:
— Мужик, а не ты ли со мной на тракте с неделю тому назад разговаривал?
— Я, — коротко ответил он и замолчал.
— Мне даже интересно стало, а как… вот это всё случилось? — красноречиво обвёл я взглядом окружение и посмотрел на, по сути, рыцаря. — Насколько могу судить, сталь всё же крепче дерева…
— «Деревянных» было слишком много. Внезапно напали, — лаконично ответил тот и опустил голову, мол, разговор окончен.
Я даже опешил на мгновение — настолько резко он оборвал диалог. Так что, собственно говоря, не удивительно, что мой вопросительный взгляд упёрся в остальных «сокамерников» в надежде получить ответы на немые вопросы.
Вот только никто более не захотел говорить: все словно воды в рот набрали. Прямо-таки военная тайна из разряда «перед прочтением — сжечь и съесть». Правда, потом меня посетила мысль, что моего интересующего взгляда попросту не видят: это у меня зенки оказались непростыми, а, помнится, люди в темноте видят хреново…
Однако информация от рыцаря оказалась полезной. Всё-таки знать, что индейцы могут запинать целый конный отряд, снаряжённый отнюдь не только пожеланиями доброго пути, лучше, чем этого не знать. Хотя, стоит сделать поправку на внезапность, наличие яда и превосходства в количестве у противника…
Тем не менее, утратив всякую надежду на продолжение увядшего разговора, я всё же решил заняться более полезным делом и подумать, как освобождаться и «героически превозмогать» невзгоды! Правда, не буду спорить, ощущение взглядов, похожих на «изыди, Дьяволь!» значительно повлияли на желание поскорее покинуть замкнутое пространство.
Не факт, что они были, конечно, но… В конце концов, это ведь те самые рыцари-наёмники, что меня на мечи насадить хотели! И не важно, что они этого не сделали — у них просто повода не было, да!..
В очередной раз прислушавшись, да ничего не услышав, я принялся самозабвенно ковыряться в узлах, что навязали местные индейцы.
Впрочем, несмотря на мнимое спокойствие, тихая обстановка за стенами не могла оставить равнодушным. Всё-таки за всё то время, что я провёл в этом мире, к новым чувствам получилось более-менее привыкнуть. И причины, почему ушки могут не слышать происходящего за стеной, у меня имеется всего две: либо за стенами действительно никого нет, либо пресловутая ворожба, сиречь магия, в этом деле принимает отнюдь не пассивное участие.
Из мрачных мыслей вырвала не менее мрачная ситуация — как ты ни старайся, а освободить руки без посторонней помощи не получится. Банально кисти под такими углами не выворачиваются… Попытки порвать верёвки с помощью своих физических сил — кои относительно моего прошлого были отнюдь не маленькими — ни к чему удачному также не привели.
В общем и целом, о магии я вспомнил да-а-алеко не сразу. А
