— Варковски! Черт бы вас побрал!!! — неожиданно взревел Глава Компании. — Что вы несете?
— К сожалению, я не мог установить эти факты раньше, так как определенный период времени находился вне игры… — Эдвард с ужасом прислушивался к глухому металлу чужого голоса, доносившегося изнутри, но уже ничего не мог поделать, чтобы обуздать взбесившийся «механизм».
— Вы что, издеваетесь? Вы можете говорить нормальным человеческим языком?
Эдвард прикусил язык на полуслове.
«Безумие… Это и есть безумие… Я не отдаю себе отчета в том, что со мной происходит… а безумие — это мой конец!» — Вы что, нездоровы? — продолжал кипятиться босс. Он даже не осозновал, что именно его так разозлило, — возможно, и его нервы начали сдавать после обрушивающихся одно за другим потрясений.
— Простите, босс, — вежливо кивнул Варковски. — После того как вы сказали мне, что я теряю форму, я счел нужным вновь подтянуться.
— Могли бы сделать это и без дурацкой комедии, — вздохнул Лейнарди. — Нашли время разыгрывать из себя робота! Какие еще новости?
— Думаю, их можно отложить. Они не столь серьезны…
— Черт побери, вы долго еще будете решать за меня, что важно и что нет? Вот что, Варковски, похоже., мне придется подыскать вам замену… Так что там у вас? У меня десять гор на плечах, и если хоть одна из них свалится, я вздохну с облегчением. Если же вы хотите подцепить туда еще один холмик — боюсь, что при такой перегрузке я его попросту не замечу. Так что там у вас?
— Цецилия Крейг. Она жаждет увидеть меня в роли свата. В настоящий момент считайте, что я передаю вам ее брачное предложение.
— Ну и прекрасно. Хоть на одну проблему убавится. Каковы ее условия?
— Она готова изложить их при личной встрече с вами.
— Хорошо, найду минутку… Главное — побыстрее, чтобы это не заняло слишком много времени.
Было похоже, что Глава Компании не врал, говоря, что любая гора, упавшая с его плеч, сможет его только обрадовать. Даже если взамен придется сунуть голову в ошейник.
«Впрочем, — заметил Эдвард, — ошейники не создаются для таких голов и шей».
— Ей так и передать?
— Да. Да! Черт вас всех возьми!!! Передайте ей, что я прилетаю сегодня же, но пусть не рассчитывает устраивать из свадьбы представление. Можно сказать, что сейчас мы находимся на военном положении.
— Она на этом и не настаивала.
— Прекрасно, подготовьте к встрече ближайший отель… Тьфу, здесь их, кажется, нет? Тогда ближайший ресторан. Назначьте кого-нибудь ответственным за это дело — у вас лично есть дела и поважнее. Меня интересует, что произошло на Миноре-7. Уже несколько часов связь с этой планетой утрачена, техники сейчас разбираются с этим, а от вас я ожидаю, чтобы вы оценили, может ли эта планета представлять интерес для Тритис. Кроме того, пока вы бездельничали на этом курорте, начальником информационной службы была предотвращена попытка внедрить в общепланетную сеть сообщение по делу Рипли. Только слухов о монстрах и нашей роли в этом деле сейчас и не хватало. Зофф делает все возможное, чтобы дискредитировать нашу Компанию, а заодно и законное правительство, якобы прикрывающее преступления и так далее. Хуже, что теперь в курсе оказалось сразу большое количество народу, — а предпринимать что-либо против работников информационной сети мы сейчас не можем… Знаете что, лучше начните сразу с этого дела. Я отключаюсь — у меня встреча с Президентом.
— До свидания. Успеха вам, — машинально пожелал Варковски и повернулся к начальнику отдела. — Ну что, Цецилии позвоните вы?
— Думаю, это будет не очень корректно, — возразил тот. — Я лучше вызову главного врача.
— Что? — Варковски не сумел скрыть своего удивления. Только врача ему сейчас и не хватало!
— Все мероприятия в любой из зон Эпсилон-Кси могут проводиться только с разрешения медиков, — пояснил начальник отдела. — Пусть он займется организацией встречи… Кроме того, похоже, сейчас к нам кто-то пытается дозвониться по внешней связи.
— Ну так включите, — раздраженно махнул рукой Варковски.
Ему не нравилось его собственное психическое состояние.
«Может, мне стоит проконсультироваться с врачом? — подумал он. — Разумеется, при условии соблюдения тайны… Только знаю я цену всем этим тайнам: только мертвые молчат, да и то далеко не всегда…» Тем временем загорелся и второй экран, показывая на этот раз довольно четкое изображение испуганного человека с курносым носом и стрижкой «ежиком».
— А, это вы! Да, мы вас слушаем! — незаметно умехнулся начальник отдела и сделал подзывающий жест Эдварду, шепнув ему: — Это тот человек, с которым вы хотели повидаться при случае.
— Они покушались на меня, — втянул голову в плечи сумасшедший. — Наверняка это сделал врач. Они как-то догадались, что я знаю об их планах ограбления миссис Крейг, и решили меня устранить. Прямо перед моим домом они бросили бомбу, но я успел спихнуть ее в фонтан. Помните, вы обещали защитить меня в случае чего? Мне срочно нужна ваша помощь!
— Хорошо, — с совершенно серьезным видом проговорил начальник отдела. — Мы сейчас вышлем вам охрану. Вы ничего не хотите больше спросить? — обратился он уже к Варковски.
Тот отрицательно покачал головой.
— И вы что, действительно кого-то туда пошлете? — удивился Эдвард, когда канал связи был отключен.
— Да, — все так же серьезно ответил начальник отдела. — Вот сейчас позвоню санитару… Для таких чокнутых, как он, главное — чтобы кто-то пришел. А уж своей информацией он будет делиться, пока мы сами его не отвадим. К тому же, как вы сами говорили, на этот раз в его выдумках может оказаться доля правды. Вы даже не представляете, до чего удобно работать с сумасшедшими, если научиться отличать явный бред от подлинной информации. Они лезут во все щели, они шпионят друг за другом, они… Ладно, я, кажется, заболтался. С другой стороны, когда с ними пообщаешься подольше — и самому порой начинает казаться, что так недолго и с ума сойти. Как знать, может, мы сами и выдумали этот бестолковый мир…
Начальник отдела заставил себя замолчать — словно спохватился, что откровенничает сейчас не перед тем, кем надо.
Варковски посмотрел на него едва ли не с благодарностью. Выходило, что его личные дела были не так-то плохи.
«И вот что еще странно, — подумал он погодя, набирая номер Цецилии Крейг. — Почему-то никто из нас не обеспокоился, что со взрывом станции Бишопа мы утратили то самое сверхоружие, ради которого было принесено столько жертв, поднято столько шума… Нет, право же, наш мир безумен… И это теперь, когда впервые угроза войны стала реальной!» Впрочем, он был неправ. Просто, когда стало понятно, что утрата оказалась невосполнимой, глупо было тратить на нее последние, так необходимые для борьбы и защиты, нервы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
