19
— …Так вот, я поднимаюсь в воздух, а правый поляризатор начинает сбоить. Еще немного — и я бы опрокинулся… Хорошенькое получилось бы представление — кувыркнувшееся в бассейн Воплощение! — взахлеб рассказывал спустя полчаса Луи. Слишком открытая «показательная» одежда заставила его намерзнуться, и сейчас он кутался в предложенный фокусницей клетчатый плед и потягивал подогретый крюшон.
— Мне тоже всегда так казалось во время представлений, — возразила Гермина, — зато, представь себе, как это смотрелось со стороны!
— Дешевка. Фокусы, — Луи недовольно поморщился.
— Ничего, ребята, все в порядке! — заверил их Хэнк. — Вы лучше представьте себя на месте зрителей: сперва загадочные исчезновения, затем — монстры и куча трупов, сражение за последний бастион… Подумайте, какие чувства им пришлось испытать! От мучительного ожидания, испытания неизвестностью — до героики, гордости собой. Они раскрылись до конца на этой баррикаде, они поняли себя — все их истинные качества вылезли наружу, все внутренние противоречия устранились, враги стали врагами, друзья — друзьями… Как полна и насыщенна была их жизнь в тот момент, когда они готовы были грудью защищать своих жен и детей! — Он говорил вдохновенно, и Воплощение, и Гермина, и сидящий верхом на табурете робототехник невольно поддались магии описываемой им картины. — Каждый человек существует для какого-то одного мига — и мы подарили им этот миг. Теперь представьте дальше: все средства защиты исчерпаны, — кстати, их выдумка со срочным изготовлением самодельных бомб поистине замечательна! — остается ожидание смерти. Ничего не изменить, силы затрачены зря, зубастая смерть смеется на ними, обещая превратить их в ничто… Можно ли назвать дешевкой их чувства?!. И тут происходит чудо. Ура!!! Все позади! Зло побеждено, напряжение снято… Брось, Луи, это не ты играл Воплощение, это зрители сыграли тебя. Они твои — понимаешь? После того, что произошло, им и в голову не придет думать о том, при помощи каких технических средств ты поднимался в воздух. Ты — видение. Ты — чудо, спасшее их от гибели. Они могут только поклоняться…
— Ну все же я попросил бы в следующий раз получше проверять поляризаторы. Мне совсем не улыбается сломать шею перед публикой, даже самой благодарной, — капризно покривил губы артист. — Да и от музыки вашей башка трещит!
— Без музыки нельзя — она создает дополнительный психологический эффект…
— И о чем это мы? — вмешалась вдруг Гермина. — Главное, что дело сделано, сценарий апробирован, мы все здесь, монстры — тоже… Давайте выпьем за наш успех. А что будет дальше — пусть решит судьба!
— Правильно, давайте выпьем! Только не это, а что-нибудь покрепче! — оживился закутанный в плед Луи.
— Ну что ж, можно и выпить, — кивнул Хэнк, присаживаясь поближе к столу. — Следующее представление будет где-то через недельку…
— Или раньше, если жители Миноры-7 в течение двух суток попросятся войти в состав Тритис, — заметила Гермина.
— Спорим, что они запросятся к нам сегодня же? — с некоторым вызовом спросил Луи.
— Спорим, что через неделю?
— Через два дня. По рукам?
— По рукам… А теперь — выпьем!!!
20
В центре информационной службы делать Эдварду было нечего. Он и не сомневался в этом, направляясь туда. Узнать имена сотрудников, проинформированных о попытке Зоффа предать огласке дело о монстрах, не составляло особого труда.
Гораздо больший интерес, с точки зрения Эдварда, представляла форма сообщения. Вопреки его ожиданиям, Зофф не торопился обвинять Компанию во всех смертных грехах — речь шла только о том, что эта информация была утаена. В сообщение входил отрывок из отчета Рипли, запись о ее выступлении перед комиссией. Несколько раз была продублирована сакраментальная фраза о том, что если одно такое существо спустится на Землю…
«Странно все это, — думал Эдвард, пробегая глазами отпечатанный текст (он всегда предпочитал работать с „осязаемыми“ документами, а не с голосами, которые может услышать любой вошедший). — Это выглядит так, будто человек, имея на руках козыри, намеренно их не использует. Так делается в том случае, если козырь этот еще нужен для большой игры. Зофф знает, что по нашей вине погибли колонисты на LB-426, знает, ради чего все это было затеяно… Знает — и молчит, хотя такое разоблачение было бы для нас сильным ударом. Так… еще предстоит долгое разбирательство, как эти документы попали к нему. Конечно, проще всего списать все на покойную Бренду — она, кстати, принимала участие в заседании комиссии по делу Элен Скотт Рипли, или как там ее полное имя… Много хлопот причинила покойница… Все равно мне сложно поверить, что Зофф не знает о дальнейшем развитии событий. Обвинение в умышленном убийстве колонистов ради приобретения нового оружия — это же динамит в сегодняшней обстановке, тем более, что само возникновение Тритис вызвало массу недовольства: мол, Президент не справляется со своими обязанностями… Если бы кто-то начал сейчас, опираясь на эти факты, уголовное дело — раскол оказался бы для нас фатальным. Так почему же Зофф молчит об остальном? Почему выдает только часть? На пробу, чтобы проверить, как мы отреагируем? Чтобы создать какой-нибудь ложный след и отвлечь от дела с проектом „Гроу-апп“? Все может быть… Или он по какой-то причине не заинтересован, чтобы общественность знала о таком оружии вообще?.. И что же тогда получается? Что содержится в этом сообщении для масс? Какое-то инопланетное чудовище уничтожает земной корабль… Не оружие — пришелец… Не оружие!!!» Варковски буквально слетел с кресла. Так вот, значит, под какой маркой будет проводиться агрессия! В последнем выводе можно было не сомневаться.
Почти бегом Эдвард бросился к коммутатору.
— Немедленно соедините меня с Главой Компании! У меня сообщение чрезвычайной важности!!!
— Сейчас, подождите одну минуточку, — ответил вежливый женский голос.
Некоторое время Варковски молча сидел, чувствуя, как внутри у него все колотится от возбуждения.
«Планеты будет завоевывать не Зофф — инопланетные пришельцы… Да этот пьяница просто гений!» — Алло? К сожалению, мистер Лейнарди покинул свою резиденцию и находится сейчас в пути. Маршрут неизвестен, так что связь невозможна…
— Тогда дайте мне Эпсилон-Кси-21…
— Торговую базу?
— Нет, сумасшедший дом!.. И побыстрее, пожалуйста! — сердито прикрикнул на связистку Эдвард.
«Не хватало только, чтобы между двумя этими вызовами увидели связь и пошли слухи о Главе Компании…» — поморщился он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
