Читаем без скачивания Тупик во все стороны - Алекс Норк

— Серьезное чтение, вы хотите сказать?

— Уже догадываешься. Получила его Линч в пятницу вечером. Материал развернут на середине.

— Вы опять к пепельнице, почему ни разу не закурила? Она могла первую половину прочитать еще в пятницу.

— Не могла. При чтении Линч делала пометки для уточнения потом в порядке консультаций. Данфорд сказал, шесть-семь вопросов у нее всегда возникало. Ни одной пометки, Макс. Ни одной.

— Прошла первую половину без единого вопроса?.. Постойте, тогда причем здесь пятница?

— Верно, значит, она вообще этот материал не читала.

Макс упер глаза в воздух… И покивал сам себе головой:

— Кто-то просто раскрыл его на середине.

— Убийца.

— Но зачем?!

— Допивай пиво, я сейчас сделаю крепкий кофе.

Макс не захотел прерывать разговор и потащил тарелки на кухню.

— Вы кофе варите, а я мою.

Блейк не признавал растворимый и никогда не держал его в доме. Помнится, когда Макс появился у них еще стажером и вскоре оказался у Блейка в доме, вылупил глаза на ручную кофемолку и спросил «зачем». Блейк объяснил, что электрическая не контролирует измельчения, а рука чувствует нужный предел. Тот снова не понял — «зачем, если можно сразу из банки». Сирота и детдомовец. А полицейская жилка у него природная, Блейк быстро это понял.

— Ну, зачем, патрон, убийце понадобился этот трюк?

— А давай пересчитаем все другие «зачем».

— Вы начнете?

— О’кей. Зачем Керэлл Адамс устроила эту ночную шутку с Шираком? Если бы такое сотворила Джойс с ее темпераментом и постоянным алкогольным подогревом, ну, я бы понял.

— Зачем кому-то было посылать письмо-компромат на Керэлл? А если она сделала это сама, то в чем смысл?

— Зачем Чилвер подчеркнуто, по имени, сегодня поздоровался со мной в «Леопарде»?

— Да? И зачем ему было планировать убийство с помощью старого и ненадежного пистолета?

— Зачем Лео Гринвей изображает, будто ему не известно прошлое Чилвера? Он знает меня по газетам, а три с половиной года назад в главных газетах города были шумные публикации по Чилверу. С фотографиями, между прочим.

— Зачем Гринвею связываться с Чилвером и камнем, который и так на одну треть его. Что там особенного прибавится после дележки с Чилвером?

— Зачем Шираку, если он связан с Чилвером, рассказывать нам о том, что Линч недавно показывала Чилверу камень?

— Зачем Линч так поздно сидела у себя в кабинете, если, оказывается, она не работала с материалами?

— Зачем Джойс, рискуя, так спешила оказаться на месте событий?

— Зачем и Гринвей поспешил за ней, точно так же рискуя?

— Зачем Линч, которая держала на ночь пистолет в тумбочке, не позаботилась о большей безопасности дома? Она легко могла приобрести и зарегистрировать на Ширака, например, короткоствольный карабин.

— И зачем, все-таки, преступнику создавать видимость работы Линч над материалами?

У Блейка было еще одно «зачем», но мобильник Макса издал сигналы, и тот стал поспешно вытирать руки.

Сначала Макс, выслушав, вяло сказал «ну-да», потом встрепенулся.

И уже выключая аппарат, взволновано посмотрел на Блейка:

– Патрон, дактилоскопия обнаружила отпечаток на щечке пистолета. Они утверждают – это большой палец женской руки.

Конечно, можно было бы прямо завтра с утра получить у прокурора санкцию и снять отпечатки у дам. Но стоит ли указывать преступнику, что круг замыкается. А главное, существует надежный стандартный способ: людям дают подержать фотографию — «не узнаете ли этого человека?». Точнее, каждому дают подержать свой экземпляр. Макс прекрасно проделывает такие фокусы.

Решили не откладывать. Вечер только в начале. Макс заедет в управление, где за полчаса подготовят нужные фотки, и в еще не сонное время доберется в усадьбу. Фотки, естественно, нужно показать всем четверым.

Макс сразу и раззадорился.

— На кого ставите, патрон?! Ставка — поход в ресторан.

Блейк сначала хотел отпихнуться от этой глупости… но вдруг что-то взыграло внутри.

— А ты на кого?

— Ставлю, что это Керэлл. … Два к одному хотите?

— Два раза меня поведешь в ресторан?

— Если проиграю.

— Нет, давай так. Во-первых, спорим не на палец, а на убийцу. Ты по-прежнему ставишь на Керэлл?

Тот чуть поколебался.

— Ставлю.

— Если выиграешь, я тебя веду в ресторан. Проиграешь, прочтешь за неделю указанную мною книгу.

— Это как, я играю против всех остальных?

— В большом проигрыше все равно не окажешься.

Максу не очень понравилось, но ударили по рукам.

Тот вспомнил уже в дверях:

– Да, они ведь сделали пробную серию выстрелов и сравнили с найденной гильзой. Тот же самый боек.

Блейк, оставшись один, сам хотел почитать, но не вышло. Стали снова цеплять детали.

Он, конечно же, поставил против этой Керэлл «на авось». Вот еще одна мелочь — вдруг пролила акварельную краску на третьем этаже на дубовый пол. В коридоре ковер, значит, на площадке третьего этажа, где лестница.

Очень не хотела покидать дом в тот день? Похоже.

Что там сказала кухарка?.. Машина подъехала, Лео заспешил внутрь, сказав, что отгонит автомобиль позже.

Ну, заспешил внутрь через час после хорошего обеда, это понятно.

Или нужен был предлог, чтобы потом выйти из дома?

Выйти на прогулку человек может и просто так, это не подозрительно.

Но только если он имел обыкновение это делать.

И опять вспомнилась та история с парнем, который методично перебирал комбинации с таким же или очень похожим сейфом.

Предположим, что Линч смещала ручки от цифрового кода на три-четыре знака в ту или другую сторону. Блейк уже привстал, чтобы проделать вычисления на бумаге, но вернул себя в кресло – для тренировки надо сделать в уме.

Если по четыре — восемь в каждом окне — итоговое число комбинаций получается простым перемножением.

Не так уж сложно, получилось… четыре тысячи девяносто шесть комбинаций.

Четыре тысячи. На набор одной комбинации требуется пять секунд. Пусть больше — десять комбинаций в минуту. Это уже шестьсот в час. Имея возможность проделывать все в ночное время, преступник мог… Блейк даже вздрогнул, выйти на код за неделю?

Он еще раз все прикинул.

Нет, не так все просто.

Подбирать код нужно исходя из некоторой серединки. Как ее определить?

Блейк представил себя около сейфа…

Конечно, позиции «ухода» от шифра должны достаточно часто себя повторять. И этим обнаружится отправная точка подбора.

Преступник, разумеется, тоже мысленно моделировал ситуацию. Вот, например, рука сама тянется к верхней левой ручке и поворачивает ее против часовой стрелки. Правая верхняя — поворот по часовой. Левая нижняя — снова против.

Блейк еще раз прикинул…

Даже если действовать, что называется, в лоб, и набирать лишь три-четыре комбинации в минуту, дело потребует двух-трех месяцев систематической работы. А у каждого из них времени было куда больше.

Только не совсем понятна логика самой Линч.

Хотя… она могла несколько раз в день открывать сейф, тогда камень был под таким контролем, когда его слишком быстро хватятся.

Однако, что камень могут забрать вместе с ее жизнью, она определенно не рассматривала. То есть Линч в грош не ставила свое окружение как людей, способных на что-либо всерьез покуситься.

Но надо было отдохнуть, и Блейк направился к книжному стеллажу. Тут скользнула мысль: а ведь они с Максом допустили тогда грубую оперативную ошибку, не поговорив со старой горничной. Завтра нужно ему самому это сделать.

В соседней комнате Блейк задумался, глядя на во всю стену книжный стеллаж.

Он всегда расставлял книжки не по алфавиту, не по темам или как-то еще, а по цвету. И время от времени переустанавливал эту пестроту. Иначе, ему почему-то казалось, книги мертвеют.

Что-то было прочитано и перечитано, а что-то совсем еще нет. Он уже протянул руку к томику Колдуэлла с добрыми и смешными рассказиками о далекой уже жизни людей на американском юге, но передумал, услышав внутри подсказку. Ширак пропускал букву в фамилии Чилвера. Конечно же, замечательный писатель Джон Чивер, недооцененный, наверное. А его художественная ткань так обволакивает, что сразу включаешься в чужие жизни, а скоро уже кажется, что они и твои собственные.

Он не так давно смотрел на часы — было половина десятого, а сейчас вдруг уже четверть одиннадцатого. И хочется чаю. Только никак не хочется прерывать чтение. Но минут через десять он все-таки встанет.

Однако пришлось почти тут же.

Блейк прошел в другую комнату и снял телефонную трубку.

– Патрон, – хрипловато произнес Макс, – отпечаток пальца идентифицирован. Он принадлежит, – Макс коротко вздохнул, – Джойс Хьют.