Соответствующая огромность жизни в ее телесности появляется уже с первых страниц. Приведенные там данные надежны. Ибо в конце концов можно сомневаться, являются ли данные раздела, посвященного умиранию, точными. Они основываются, однако, на средних значениях. Трудно поверить, чтобы таксономия (систематика) и каузалистика (кауза -- причина) кончин были схвачены с абсолютной точностью. Впрочем, добросовестные авторы вовсе не скрывают от нас наличие возможного статистического разброса. Уже введение достаточно подробно описывает методы, использованные для вычислений, и даже содержит упоминания об использованных для этого компьютерных программах. Эти методы не исключают так называемого стандартного разброса, но он не имеет никакого значения для того, кто читает, ибо, какая, собственно разница, умирает ли за минуту семь тысяч восемьсот новорожденных или восемь тысяч сто? Впрочем, этот разброс незначителен из-за так называемого эффекта взаимного сглаживания. Правда количество родов (раз о них уже говорилось) неодинаково в разные времена года и суток, но на Земле все времена дня, ночи и года сосуществуют одновременно, следовательно количество послеродовых смертей остается постоянным. Однако есть рубрики, данные которых получены путем косвенных умозаключений, так как, например, ни государственная полиция, ни частные убийцы, профессионалы или любители (исключая идейных), не оглашают данные об эффективности своей работы. Там ошибка в значениях действительно может быть большой.
Статистика же первого раздела надежна. Она сообщает, сколько существует людей, а тем самым живых человеческих тел в каждую минуту, выбранную из 525 600 минут каждого года. Сколько существует тел, а это значит: сколько мышц, костей желчи, крови, слюны, внутримозговой жидкости, кала и так далее. Как известно, когда ряд величин слишком велик для представления, популяризатор прибегает к образным сравнениям, также поступают и Джонсоны. Итак, если все человечество собрать и сложить в кучу в одном месте, то оно заняло бы триста миллиардов литров, или без малого треть кубического километра. Вроде бы много. Однако, Мировой океан содержит миллиард двести восемьдесят миллионов кубических километров воды, таким образом если все человечество, эти пять миллиардов тел, бросить в океан, то его уровень не поднялся бы даже на одну сотую миллиметра. После одного такого всплеска Земля стала бы навсегда безлюдной. Такие игры со статистикой можно справедливо признать довольно дешевыми. Они будто бы должны служить рефлексии о том, что мы, которые размахом наших действий отравили воздух, почву, моря, превратили джунгли в пустыни, уничтожили миллиарды видов животных и растений, живших раньше в течение сотен миллионов лет, достигли других планет и, даже, изменили альбедо Земли, демонстрируя таким образом наше присутствие космическим наблюдателям, могли бы исчезнуть так легко и бесследно. Меня, однако, это не поразило, также как и вычисление, что из человечества можно было бы выделить 24,9 миллиарда литров крови, и это не было бы ни красное море, ни, даже, озеро.
Далее под позаимствованным у Элиота мотивом, что существование это "birth, copulation and dead (рождение, совокупление и смерть)" идут новые цифры. За каждую минуту совокупляются 34,2 миллиона мужчин и женщин. До оплодотворения доходит только в 5,7 процентах сношений, но общий эякулят в объеме 45 000 литров в минуту содержит миллиард девятьсот девяносто миллионов (с точностью до последнего знака) живых сперматозоидов. Такое же количество женских яйцеклеток могло бы подвергнуться оплодотворению шестьдесят раз за каждый час при минимальной пропорции один сперматозоид на одну яйцеклетку, и тогда, в этом невероятном случае, в каждую секунду были бы зачаты три миллиона детей. Эти данные являются, однако, тоже только статистической манипуляцией.
Порнография и современный стиль жизни приучили нас к картинам половой жизни. Кто бы подумал, что уже ничего нельзя в ней обнажить, ничего такого показать, что могло бы стать поразительной новостью. Всеохватывающая статистика и тут преподносит нам неожиданность. Самый невинный из приведенных забавных примеров: поскольку струя спермы, эти 43 тонны, впрыскиваемые каждую минуту в женские гениталии, это 430 000 гектолитров, которые таблица сопоставляет с 37 850 гектолитрами кипятка, которыми выстреливает при каждом извержении самый большой гейзер мира (в Йелоустоунском национальном парке). Гейзер спермы в 11,3 раза обильнее и работает безо всяких перерывов. Образ не является непристойным. Человек может испытывать сексуальное возбуждение только в определенных масштабах. Половые акты, демонстрируемые при большом уменьшении или увеличении, не вызывают полового возбуждения. Данное возбуждение, будучи врожденной реакцией, возникает рефлекторно в соответствующих центрах мозга и не появится при условиях, выходящих за пределы визуальной нормы. Акты, увиденные при уменьшении будут безразличны, так как показывают существ, имеющих размеры муравьев. При увеличении они будут вызывать отвращение, так как самая гладкая кожа самой красивой женщины выглядит тогда как беловатая поверхность, из которой торчат волосы, толстые как колья, а из отверстий сальных желез выделяется липкая блестящая мазь. Неожиданность, о которой я вспомнил, имеет другую причину. Человечество перекачивает сердцами 53,4 миллиарда литров крови в минуту, и эта красная река не вызывает удивления, она тоже должна течь, поддерживая жизнь. В то же время мужские органы выделяют 43 тонны семени, но дело в том, что, хотя каждая эякуляция также является привычным физиологическим актом, для отдельного индивида он будет нерегулярным, интимным, не слишком частым и даже необязательным. Кроме того существуют миллионы стариков, детей, людей живущих в добровольно избранном или навязанном целибате, больных и так далее. И, однако, эта белая струя бежит с тем же постоянством, что и красная река. Нерегулярность исчезает, когда статистика охватывает всю Землю, и это поражает. Люди садятся за накрытые столы, ищут отходы в мусорных баках, молятся в соборах, мечетях, костелах, летят самолетами, едут в машинах, находятся в подводных лодках с атомными ракетами, заседают в парламентах, похоронные процессии проходят по кладбищам, взрываются бомбы, врачи склоняются над операционными столами, тысячи преподавателей одновременно поднимаются на кафедры, театральные занавесы поднимаются и опускаются, паводки заливают поля и дома, ведутся войны, трактора сталкивают на полях сражений трупы, одетые в мундиры, во рвы, гремит гром, сверкает молния, наступает ночь, день, рассвет, сумерки, что бы ни происходило, оплодотворяющая струя спермы бежит без остановки, и закон больших чисел гарантирует, что она так же постоянна, как величина падающей на Землю солнечной энергии. Одновременно что-то есть в этом механическое, непоколебимое и животное. Непонятно, как смириться с образом человечества, которое так непоколебимо совокупляется посреди всяких катаклизмов, которые оно переживает и которые само себе создало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
