в 1940 г., после изгнания гитлеровцев осталось 46, а из 7 тыс. вагонов — лишь 376. По подсчетам правления железных дорог Греции, общий ущерб, нанесенный оккупантами железнодорожному транспорту страны, достигал 7 млрд, довоенных драхм, т. е. 53,5 млн. долларов.
Весьма серьезным был ущерб и без того ограниченному автомобильному парку. Число уничтоженных или уведенных оккупантами автомашин составило 14 575, или 84,7 % всех имевшихся в стране в 1939 г. Наиболее же чувствительными для экономики страны были колоссальные потери торгового флота, поступления от которого составили в 1938 г. 17 % национального дохода. Картину этих потерь дает приведенная на стр. 63 таблица.
Накануне войны в торговом флоте страны работали 25 тыс. моряков, а в день освобождения (октябрь 1944 г.) — лишь 3 тыс.
Значительным был и ущерб, нанесенный промышленности. Правда, председатель правления Союза греческих промышленников Христофорос Кацамбас в своем выступлении 1 марта 1946 г. заявил, что в водовороте событий она чудом спаслась. Дело в том, что одни предприятия не подверглись бомбардировке англо-американской авиации, так как в них были заинтересованы предприниматели Запада, а многие заводы, владельцы которых имели давние связи с гитлеровцами, были взяты последними в годы оккупации под свое покровительство.
Однако и это не означало, что греческая промышленность «спаслась». Несмотря на незначительные повреждения ее основного оборудования, она резко сократила производство, что объяснялось общим расстройством экономики страны. Так, в 1945 г. уровень выпуска продукции по сравнению с довоенным 1939 г. составлял в машиностроении 20 %, в прядильно-ткацком производстве — 30, в мыловаренном — 60, в производстве каучука — 15, в кожевенном — 20, в бумажной промышленности — 35, в цементной — 12 %.
Чтобы в полной мере представить, насколько катастрофичным являлось такое падение производства, следует иметь в виду, что Греция до войны имела слабую промышленность. Даже тогда стоимость ее промышленной продукции составляла около 13 млп. фунтов стерлингов в год, т. е. менее 2 фунтов стерлингов на душу населения. Поэтому резкое уменьшение производства после войны было особенно болезненным для страны. Ко всему этому нужно добавить, что за время своего хозяйничанья оккупанты захватили 70 % готовой промышленной продукции Греции.
Не лучше было положение в сельском хозяйстве. Его неприглядную картину убедительно показывают нижеследующие сравнительные данные о производстве основных сельскохозяйственных продуктов:
За время войны во много раз сократились посевные площади. Если в 1940 г., например, хлопок высевался на 76 467 га, а табак на 69 471 га, то в 1944 г. — соответственно на 15 000 и 15 310 га. Если учесть, что Греция и до войны ввозила от одной трети до половины зерновых, а также, что немецкие оккупационные войска не имели интендантской службы и для удовлетворения своих потребностей грабили страну, то легко представить, что после их ухода Греция по существу оказалась без каких-либо ресурсов продовольствия.
То же самое можно сказать и о сельскохозяйственном оборудовании. Из 1508 тракторов, имевшихся в Греции до войны, уцелело лишь 150, да и те были в плохом состоянии. В распоряжении крестьян остались деревянные сохи. Была уничтожена и большая часть оросительных и мелиоративных сооружений. Все это привело не только к уменьшению площади обрабатываемых земель, но и к снижению урожайности.
Огромный ущерб был нанесен и животноводству, о чем свидетельствуют следующие данные о наличии поголовья скота и птицы (в тыс.):
Продукция рыбной промышленности составляла в 1944 г. 25 % к довоенной. Общий урон, нанесенный этой отрасли, по данным Национального банка Греции, составил 3,5 млрд, довоенных драхм.
Чтобы дать более полную картину разорения страны, необходимо обратиться и к другим сравнительным показателям ее экономической жизни. Здесь исследователь встречается с рядом затруднений, связанных с тем, что в довоенной Греции в условиях монархо-фашистской диктатуры не существовало подлинной статистической службы, способной дать достоверные сведения. Вследствие этого публиковавшиеся данные были противоречивы. Так, по данным высшего экономического совета страны, национальный доход Греции в 1939 г. составлял 62 млрд. драхм, а по оцонке ЮНРРЛ — 73 648 млн. драхм.
Не касаясь вопроса о том, какая из этих цифр соответствует действительности, отметим, что ни с одной из них не идут в сравнение показатели периода оккупации. Уже в 1941 г. национальный доход упал до 21 млрд, драхм, а в 1942 г. — до 7 млрд, драхм. В последующее время он, естественно, продолжал уменьшаться. Что же касается государственного бюджета, обремененного содержанием оккупационных войск, то его дефицит нарастав из года в год. Представление об этом дают следующие данные:
Львиную долю расходов бюджета составляли кредиты оккупантам и оплата содержания их войск, численность которых на территории Греции до выхода Италии из войны (сентябрь 1943 г.) достигала почти 300 тыс. человек. Истерзанная и обескровленная Греция выплатила на эти цели огромную сумму, превышавшую 7887 тыс. английских фунтов стерлингов, т. е. 50 % своего довоенного годового бюджета.
Велики были потери от сокращения внешней торговли. Вот официальные данные греческого банка за период с 1939 по 1944 г. (в тыс. драхм):
Катастрофический рост дефицита внешней торговли происходил не только вследствие уменьшения экспорта, но также и в результате грабительской политики оккупационных властей, скупавших за бесценок такие традиционные греческие товары, как табак, коринка, оливковое масло, шелк, хлопок, редкие металлы.
Приведенные выше данные показывают, что материальный ущерб, нанесенный Греции оккупантами, был колоссальным. По самым скромным подсчетам, принятым Парижской мирной конференцией в 1946 г., он исчисляется в 8222 млн. долл. В эту сумму входят стоимость разрушенных жилых и других строений — 2660 млн. долларов, ущерб, нанесенный сельскому хозяйству, — 2420 млн., морскому, автомобильному и железнодорожному транспорту, промышленному оборудованию, коммуникациям, портам и Коринфскому каналу, остальным сооружениям и прочим объектам — 1969 млн. Кроме того, оккупационные расходы составили 1173 млн. долларов.
Ущерб, нанесенный оккупантами, дополнялся тяжелыми последствиями царившей в стране инфляции. Чтобы представить ее чудовищный характер, достаточно сказать, что если до оккупации страны 31 марта 1941 г. в обращении находилось 19 371 млн. драхм, то к моменту денежной реформы 11 ноября 1944 г. — 6 700 000 000 млрд.
Рост дороговизны, продолжавшийся весь период оккупации, достиг небывалых размеров. Об этом можно судить по ценам на основные продукты питания. Так, 1 ока (1286 г) хлеба в октябре 1944 г. стоил 88 млрд. драхм, молока — 260 млрд., масла сливочного — 4600 млрд., масла оливкового — 1800 млрд., сахара — 1000 млрд., макарон — 740 млрд., мяса — 1600 млрд., риса — 920 млрд, драхм. За коробку спичек нужно было уплатить 500 млрд., за три яйца — 280 млрд., за пару обуви — 9300 млрд, драхм.
Поскольку эти астрономические цифры, порожденные инфляцией, все же не дают полного представления о росте стоимости жизни за период оккупации, целесообразно сопоставить довоенный уровень с ценами, существовавшими после денежной реформы 11 ноября 1944 г. Вот соответствующие
