Иногда говорят, что Катынское дело не упомянуто в приговоре Трибунала, а, значит, Трибунал признал виновность СССР. Ничего это не значит не только по вышесказанным причинам, но и потому, что осужденные Трибуналом не имели к этому делу никакого отношения – зачем упоминать о Катынском деле в приговоре им, если вины хватило, чтобы их и так повесить?
Совсем по-другому выглядит рассмотрение Катынского дела в Конституционном суде. Резник правильно говорит, что Конституционный суд не имел права рассматривать дело об убийстве. Заслушать свидетелей, рассмотреть документальные и вещественные доказательства должен был обычный уголовный суд, а в Конституционном доказательствами были бы приговоры этих обычных судов. Но откуда им было взяться? Никто и никогда не судил КПСС в обычном суде.
И судьи Конституционного суда, эти предавшие КПСС бывшие ее члены, чтобы выслужиться перед режимом взялись рассматривать дела, подведомственные обычным судам. Защита КПСС протестовала, но что толку? С другой стороны, судьи Конституционного суда – это те же судьи, разве что их 17 и они куда более авторитетны, чем какая-нибудь соплячка районного суда. Вот судьи Конституционного суда с целью обвинения КПСС в неконституционности и рассматривали разные депортации «невинных народов», «незаконные репрессии», совали каждое лыко в строку, в том числе рассмотрели и документы по Катынскому делу. И если Конституционный суд не упомянул о Катынском деле в своем постановлении, то только потому, что установил подложность всех этих фальшивок из «закрытого пакета №1». Поэтому вывод Конституционного суда о непризнании вины КПСС в Катынском деле законен, поскольку обвинение не представило в суд никаких иных доказательств, кроме этих пресловутых документов, а их подложность в Конституционном суде просто вопила.
Вернемся к Басманному суду. После прений были реплики, и я в своей реплике обратил или постарался обратить внимание судьи на два вопроса.
Вот Г. Резник говорит: «Они решили использовать судебное заседание, это цель, для того чтобы свою позицию, которая в исторической науке считается маргинальной, поскольку они неоднократно с ней выступали, они излагали её в книгах, в статьях, она не принимается подавляющей частью историков, не является не только ни какой-то точкой зрения, которая, наряду с другими, обсуждается, она определённо маргинальна, она не разделяется их коллегами». Тут Резник использует понятие «маргинальный» с позиции «сам дурак», поскольку это определение им дал я в своем выступлении в прениях. И мое определение им научно, поскольку маргиналы - это лица, социальные группы, находящиеся вне характерных для данного общества рамок социальных отношений, норм, традиций.
Ну как эти резники с их беспринципным служением деньгам соответствуют нормам и традициям народов России? И «коллег-историков», которые разделяют мнение, что «документы Политбюро» о расстреле поляков подлинные, на пальцах одной руки можно пересчитать. Это они маргиналы. Остальные «коллеги-историки» затаились и молчат - ввиду того, что клевету о расстреле поляков русскими взяли на вооружение президенты России.
Вот сравните. Примерно в одно время со мною начал издеваться над бескультурьем «серьезных историков» академик Фоменко со своей «новой хронологией». Тысячи «серьезных историков» бросилось его опровергать, отделение истории РАН пошло на позор общего собрания для опровержения этой «новой хренологии», хотя она никому ничего не давала и не отнимала. А Катынское дело касается всех даже с меркантильной стороны. И тем не менее по Катынскому делу глухое молчание - «серьезные историки», с одной стороны, молчат и не спешат подтвердить подлинность фальшивок, с другой стороны, и тех, кто разоблачает эти фальшивки, «серьезные историки» тоже не поддерживают. Одну причину я назвал выше – трусость. Боятся они вякать не то, что вещает власть. Вторая причина – низкая культура «серьезных историков», не дающая им проводить собственные исследования, предмет которых входит в непонятные им области. А непонятно им все, начиная со школьной геометрии, кончая правилами делопроизводства.
Мне могут сказать, что «серьёзные историки» книг по разоблачению фальшивок Катынского дела не читают, так как этих книг мало, а читают они книги фальсификаторов, поэтому про разоблачение подделок документов Политбюро просто ничего не знают. Как бы не так!
Мой «Катынский детектив» - первая книга по разоблачению фальшивок - вышел еще в 1995 году тиражом 10 тысяч экземпляров. «Антироссийская подлость» вышла в 2003 году тиражом 15 тысяч экземпляров, книга Шведа и Стрыгина «Тайны Катыни» вышла тиражом 4 тысячи. Итого – 29 тысяч.
А у фальсификаторов такие числа. Сборник «Катынь. Пленники необъявленной войны», составители Н.С. Лебедева, В. Матерский, вышел только через 4 года после моей первой книги в 1999 году тиражом 2 тысячи; сборник «Катынь. Март 1990 г.-сентябрь 2000 г.», составители Н.С. Лебедева, В. Матерский, вышел в 2001 году тиражом 2 тысячи; «Катынский синдром в советско-польских и российско-польских отношениях» И.С. Яжборовской, А.Ю. Яблокова, В.С. Парсадановой вышел в 2001 году тиражом 1,5 тысячи; «Бог сохранял архивы России» В.П. Козлова вышел в 2009 году тиражом 0,5 тысячи. Итого – 6 тысяч.
Сравните: 6 тысяч и 29 тысяч. Какую версию «серьезные историки» знают лучше? Версию подлинности или версию фальшивости? И кто является маргиналом в российской исторической науке?
И наконец я обратил внимание суда, что припутав к делу Ахматову, Солженицына, каких-то пьяных матросов из 1917 года и еще много чего другого, ответчики начисто проигнорировали не только доводы истцов, но и предмет иска. Конечно, им крыть было нечем, но даже в таком случае мало-мальски сообразительным людям бывает, что сказать.
Вот есть такой малочтимый мною автор – Марк Солонин. Окончил авиационный институт, правда, трудовую карьеру в России закончил кочегаром котельной, потом уехал в Израиль, там покантовался, по слухам, до получения пенсии, вернулся и теперь пишет книги по советской истории. Своих мыслей мало, да и те во многом сомнительны, но не унывает и ворует их у всех, кто под руку подвернется.
К примеру, еще в девяностых я рассказывал в «Дуэли», как некий Назаров принес мне из архивов толстую папку фальшивок, я отказался их публиковать, а когда Назаров начал их публикацию в других изданиях, то пришлось разоблачать эти фальшивки и в «Дуэли». Солонин своими словами в книге «Фальшивая история Великой войны», которую издательство «Яуза» выпустило в серии «Мозгоимение!», эти мои разоблачения повторяет. Мало этого, потом эти назаровские фальшивки разоблачал Марк Дейч из «МК». Солонин и его разоблачения в своей книге повторяет. Понятно, что у меня, хохла, украсть Солонину сам Б-г велел, но у еврея-то воровать нехорошо!
Так вот этот М. Солонин, в упомянутой книге пытался критиковать мою книгу «Антироссийская подлость». Немного об этом, чтобы сравнить его с Резником и Бинецким.
В книге «Антироссийская подлость» я дал до последней запятой полную версию клеветников на СССР в двух вариантах – польском и Главной военной прокуратуры. Солонин прочитал их и в своей книге повторил как святую истину, выдав за свои исследования. Но я тщательно разобрал каждый эпизод, каждый факт этой геббельсовской брехни, а вот Солонин из этого моего исследования ничего не дал, просто в некоторых эпизодах вырывал мои слова из контекста того - в этом и заключается его «критика». Негодяй даже не сообщил, что вступление книги посвящено требованию открытого суда по этому делу. Мог бы Резник использовать этот метод? Мог, да уж очень ленив читать что-либо.
Приведу пару примеров этой «критики» моих исследований Солониным.
Как я уже написал, Солонин в первых главах своей книги, выдавая за свои доказательства мысли из чужих работ, доказывает читателям, что документы, найденные Назаровым в архиве, являются фальшивкой. Я в своей книге «Антироссийская подлость» тоже доказываю читателям, что некие документы, «найденные в архиве» и якобы доказывающие, что поляков расстрелял НКВД, являются крайне глупой фальшивкой. Но смотрите, что Солонин от меня требует.
«Друзья мои, запомните главное — никто не обязан смотреть Мухину в глаза и доказывать ему свою «неверблюдность». Есть государственные архивы, которые приняли на хранение документы. Есть эксперты-криминалисты, которые провели почерковедческую экспертизу. Точка. Мнение инженера-металлурга Ю.И. Мухина (который ни одного дня не провел в архиве и не держал в руках подлинники отвергаемых им документов) о том, как должна выглядеть настоящая подпись Сталина, никому не интересно. Подлог хранящихся в государственном архиве документов — это уголовное преступление.
Не менее тяжким преступлением является и фальсификация результатов экспертизы документов. Бремя доказательства вины подозреваемого лежит на обвинителе. Если у г-на Мухина и примкнувших к нему «катыно-патриотов» появились подозрения, то они могут пустить шапку по кругу, собрать деньги (благо сейчас Россия пухнет от нефтедолларов) и пригласить других, квалифицированных и авторитетных экспертов. Желательно из стран, не связанных с многовековыми польско-российскими разборками — из Бразилии, Швейцарии, Норвегии... И вот если по результатам повторной экспертизы появятся основания для возбуждения уголовного дела — обратиться в суд. Можно будет и книжку написать. Но сначала — независимая профессиональная экспертиза, а митинговые завывания (если уж без них никак нельзя обойтись) — потом».
