агентство «Шведское варенье».
– Как интересно, – проговорила Михайловская, не выказывая при этом ни удивления, ни особого любопытства. – Зачем же вы пожаловали к нам? – спросила она скорее для порядка, чем из интереса.
– Я расследую дело о зверском убийстве ребёнка, – ответила Андриана.
– Ребёнка? – только теперь Михайловская насторожилась.
– Да. Правда, убийство произошло не в Семёновске, а в столице губернии.
Андриане Карлсоновне показалось, что вся до этого как бы поджавшаяся Михайловская слегка расслабилась.
– И кто же его убил? – спросила она.
– Это мы как раз и хотим узнать.
– Кто мы? – спросила Елизавета Павловна.
– Этим делом занимаюсь не только я, но и полиция, – ответила сыщица.
– Надо думать, – обронила Михайловская. – Но я всё-таки не понимаю, почему вы приехали в Семёновск и тем более зачем пожаловали в наш детский садик.
– Я сейчас всё объясню.
– Садитесь, – наконец-то предложила хозяйка кабинета.
– Спасибо, – проговорила сыщица и присела. – Дело в том, Елизавета Павловна, что мать ребёнка, Светлана Владимировна, тогда она носила фамилию Шурыгина, несколько лет назад участвовала в конкурсе красоты именно в Семёновске.
– И что же?
– А то, что корона досталась ей.
– Но…
– Однако достаться она должна была другой претендентке.
– Кому же?
– Елене Гришечкиной!
– Нашей Леночке? – искренне удивилась Михайловская.
– Да, вашей Леночке, – подтвердила Андриана.
– Но я ничего об этом не знала, – развела руками заведующая.
– Немудрено, – улыбнулась Андриана Карлсоновна. – Во-первых, как я смею предположить, вы не интересуетесь конкурсами красоты, а во‑вторых, Гришечкина в то время ещё не работала в вашем садике.
– Да, это в некотором роде объясняет, почему я не в курсе. Но все-таки, почему вы заинтересовались Леной? Вы же сами сказали, что конкурс проходил не вчера и даже не в прошлом году.
– Совершенно верно.
– Тогда я не вижу связи… – недоумённо проговорила женщина.
– Связь может быть в том, что проигравшая девушка, затаив обиду, решила отложить месть до более подходящего случая, – проговорила Андриана без особой уверенности в голосе.
– Это вы о нашей Лене? – усмехнулась Михайловская. – Вам лучше самой посмотреть на неё и поговорить с ней.
– Минуточку! – попросила Андриана Карлсоновна. – Как бы вы, Елизавета Павловна, сами, как человек и как руководитель, могли бы охарактеризовать Гришечкину?
Михайловская задумалась на несколько секунд и ответила:
– Как руководитель, я нахожу Елену Константиновну ответственным и старательным сотрудником. Она любит детей, дети любят её, и от родителей ни разу не поступало жалоб на Гришечкину. Наоборот, только похвалы.
– Понятно, – пробормотала Андриана Карлсоновна себе под нос.
А Елизавета Павловна добавила:
– Как человек скажу, что Леночка отзывчивая, добрая девушка. И я не замечала в ней и капельки тщеславия. А в том, что она участвовала в местном конкурсе красоты, я не вижу ничего плохого.
– Я тоже, – слегка покривила душой Андриана Карлсоновна и спросила: – Где бы я могла поговорить с Гришечкиной?
– Да хоть в моём кабинете, – предложила заведующая.
– Лучше бы где-то в другом месте, – проговорила Андриана как можно дружелюбнее.
– Хорошо, – кивнула кудрявой головой Михайловская. – Я дам вам ключи от музыкального зала. Там сейчас никого нет. Подождите минуточку, – сказала заведующая садиком и стала нажимать кнопки на стоящем на её столе телефоне.
Андриане показалась, что она звонит Гришечкиной. Так и есть.
– Елена Константиновна, – проговорила в трубку Елизавета Павловна, – оставьте группу на Ирочку и зайдите ко мне.
Что ответила Гришечкина начальству, сыщица не слышала, но по лицу Михайловской поняла, что Елена сейчас придёт. И действительно, не прошло и пяти минут, как в дверь постучали, и девичий голос спросил:
– Можно, Елизавета Павловна?
– Да, да, Леночка, заходи.
Вскоре Андриана увидела красавицу Гришечкину воочию. И она показалась ей настоящей Еленой Прекрасной.
Про себя сыщица подумала, что Артамонову пришлось раскошелиться как следует, для того чтобы Светлана Шурыгина в глазах жюри обошла такую красавицу. И, видать, Гаврила Яковлевич не поскупился, так любовь ему застила глаза. Ох, не зря говорят в народе: «Полюбишь козла, не надо ясного сокола!» Справедливости ради Андриана признавала, что Светлана Шурыгина выглядела на своих изображениях далеко не козой. Но всё-таки до Елены Гришечкиной ей как от земли до неба.
Между тем Елизавета Павловна обратилась к Гришечкиной:
– Вот, Елена Владимировна, познакомьтесь, – она указала на Андриану, – это приехала по вашу душу аж из губернской столицы детектив Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль. – Михайловская натянуто улыбнулась.
– Детектив по мою душу? – Лицо Гришечкиной вытянулось. – Вы шутите, Елизавета Павловна? – Девушка повернулась к Михайловской,
– Какие уж тут могут быть шутки, – ответила та с лёгким вздохом. – Забирайте ключи от музыкального зала, и там вам Андриана Карлсоновна всё объяснит.
– Я уже, наверное, не буду больше вас беспокоить, – обратилась Андриана к заведующей, – так что, Елизавета Павловна, до свидания.
– До свидания, Андриана Карлсоновна, – ответила та.
Детектив и воспитатель, выйдя из её кабинета, отправились в пустеющий музыкальный зал.
Войдя в него, Андриана подивилась тому, что в провинциальном детском садике был не только рояль, аккордеон, скрипка, балалайка, но даже и виолончель.
– О чём вы хотели со мной поговорить? – спросила Гришечкина, когда они расположились на двух мягких стульях.
Андриана не расслышала в её голосе особого волнения, только разве немного удивления и любопытства.
– Вы знали Светлану Владимировну Шурыгину?
– Свету?
– Да, которая отобрала у вас корону мисс вашего города, – проговорила сыщица несколько жёстче, чем хотела.
– Если вы имеете в виду, знала ли я Шурыгину вообще, то, конечно, знала. Но я никогда не была с ней близко знакома и тем более не общалась в тесной компании. И почему вы меня вообще о ней спрашиваете? Она давно уехала из Семёновска, – сухо проговорила Елена.
– Да, она уехала и живёт в губернской столице. А спрашиваю я вас о ней, потому что у неё убили ребёнка.
– Убили ребёнка? – изумлённо повторила Гришечкина. – То есть как убили?
– Убили и всё! – ответила Андриана.
Она не хотела расписывать перед девушкой способ, каким именно убили малыша.
– Я… я ей сочувствую, – заикаясь, проговорила Елена. – Но не понимаю, что вы хотите от меня?
– Говорят, что вы ей угрожали.
– Глупости! – сразу же отмела её обвинения Гришечкина.
– Вы не обещали облить её серной кислотой?
– Представьте себе, нет.
– Но в интернете написано… – начала было Андриана.
– Вы ещё прочитайте то, что на заборе написано! – резко прервала её девушка.
В глубине души Андриана понимала, что она права, но тем не менее спросила:
– Вы же не будете отрицать, что были обижены на неё?
– Хотите знать правду? – спросила Гришечкина.
– Конечно хочу.
– Я была взбешена!
– Ну, вот видите!
– Только злилась я не на Светку Шурыгину. Что с неё взять? Недалёкого ума девица, которая готова была пробиться хоть куда-то любым способом.
– На
