И тем более было совершенно нелогично освещать редким, так называемым туристам с верхних уровней города, творящееся внизу. Они ведь потом-то и заснуть спокойно не смогут — у них перед глазами так и будут стоять задыхающиеся люди с язвами по всему телу и клочьями облезающей кожи.
Конечно, кто-то не поймет, спросит как такое возможно: ведь у стен по идее должен быть более очищенный воздух, чем в центре города. Ведь именно в стены вмонтированы гигантские насосы с дорогостоящими фильтрами, которые беспрестанно выкачивают из города ядовитые испарения, скапливающиеся у земли и клубящиеся там подобно туманной дымке.
Возможно даже, они будут правы, если не учитывать тот факт, что из сотни насосов постоянно работает что-то около десятка. Да к тому же, эти насосы медленно перегоняют воздушные массы с центра города на его периферию, что в конечном итоге повышает концентрацию яда у стен, до сверхдопустимого предела.
И вновь было непонятно почему бы вместо освещения всей этой мерзости внизу, не направить энергию питающую прожекторы для работы еще одного-двух насосов.
А еще более неясным оставался вопрос, о том, зачем освещать никогда не меняющуюся молочную пустоту за стенами города?..
Такси, наконец, поднялось выше уровня гребня городских стен и Сэту видел освещаемый гигантскими прожекторными лучами океан: густой и вязкий как кисель, белый и волнистый, словно только что разлитое молоко. Этот океан сплошь обволакивал тридцатиметровые стены, понукаемые самыми слабыми порывами ветра, его волны бились о неё, будто обуреваемые страстным желанием перескочить вставшую на пути преграду и затопить город трехметровым потоком.
Сэт на секунду представил, что случится, если эта взвесь химических ядов найдет дорогу в стене-плотине и просочится в город. Представил и, невзирая на весь свой цинизм, по-настоящему ужаснулся последствиям. Все находящиеся в этот момент на нижнем уровне мгновенно погибнут — их тела будто бы сварятся в серной кислоте. Тем же несчастным, кто в этот момент находился на уровне вторых-третьих этажей повезет еще меньше — с жестокими ожогами дыхательных путей и покровов кожи будут умирать в больницах несколько дней. Оставшиеся до пятого этажа включительно будут всю жизнь страдать от онкологических заболеваний — как впрочем, с большой вероятностью и все те, кто находятся еще выше…
Нет. Все же он ошибался. Правительство никого не посылает туда. Ни что и никто не сможет добывать ресурсы в тумане вне стен города. Стоило лишь чему либо живому войти в него, как оно сгинет в ту же секунду. И разумеется, даже в самых лучших защитных костюмах не протянуть там долго — менять дыхательные фильтры придется каждые пару минут — а они стоят баснословно дорого.
— Ты удовлетворен, Саймон Сэт? — прервала его размышления Сандра. — Может мы, наконец, отправимся в клуб?
— Да конечно, — опомнился он. — Таксист, следуй в "Аврору".
— Так о чем ты думал, Саймон Сэт, — спросила она, спустя какое-то время. — О чем ты думаешь сейчас?
— Ты ведь знаешь, — сообщил он. — Я думаю о том, что не в силах изменить этот мир.
— Почему нет? — поинтересовалась она.
Он покачал головой:
— Город — это сложная сбалансированная система, и чтобы её изменить, при этом не разрушив, надо переделать законы самого мироздания — но это не в моих силах, я вовсе не великий волшебник.
— Волшебник?
— В детстве мать читала мне книги о могущественных магах и чародеях. Они могли менять привычный ход вещей лишь мановением пальца. Я вырос и понял, что это всего лишь сказки, но иногда, я так хочу, чтобы существовала настоящая магия — ведь только она способна изменить этот мир.
Она удивленно распахнула глаза:
— Ты веришь в магию, Саймон Сэт? Но ведь это глупо.
— Знаю… Знаю, что её не существует, но иногда так хочется верить…
Она понимающе улыбнулась и мягко произнесла:
— Магии не существует. Саймон Сэт. Ни магии, ни монстров.
Сэт улыбнулся, хотел что-то ответить, но его перебил невидимый водитель такси.
— Пункт назначения достигнут, — сообщил женский голос. — Мы прибыли на парковочную зону ночного клуба "Аврора". Спасибо что воспользовались услугами нашей компании, пожалуйста, не забывайте в салоне свои…
Глава 4 Голос
В тоже мгновение он оказался в темноте, на холме усеянным крошками лопнувшего льда, среди крестов с прикованными к ним обледеневшими мертвецами. Рядом с ним вооруженная Сандра продолжала бороться с подступающим безумием.
И тогда он засмеялся. Дико. Будто сам обезумел на несколько мгновений.
Что с ним? Истерика? Нет — нечто другое.
— Что смешного? — зарычала, наконец забывшая о гложущих противоречиях, Сандра. — Ты смеешься надо мной?
— Ты говорила, что монстров не существует! — произнес он сквозь слезы смеха. — "Ни магии, ни монстров" — так ты говорила! Тогда что это сейчас было? Да и где мы сейчас? А? А я ведь тоже дурак! Я ведь хотел! Помнишь?.. Хотел! Хотел, чтобы магия существовала. Желал чтобы существовал иной мир вдали от этих злачных городских башен и мерзких трущоб под ними… Да, я дурак — не спорю… Где мы, Сандра? Как мы вообще сюда попали?
— Значит, ты все вспомнил? — спросила она настороженно. Сэт заметил, что ее левая рука словно невзначай потянулась к кобуре, а правая крепче стиснула рукоять своего пистолета. Неужели она собирается стрелять с двух рук?
Ответ Сэта был очевиден, да и, по сути, правдив:
— Нет. Я не вижу целостной картины. Лишь несколько жалких отрывков в океане слепых пятен. Проклятье, ничего не могу понять.
Она выдохнула, но без всякого облегчения, скорее как человек обреченный выполнять трудную, нескончаемую работу.
— Нам надо двигаться, — произнесла она после длинной паузы. — Это место…
— Проклято? — попытался угадать Сэт.
— Опасно, — докончила она.
Сэт кисло ухмыльнулся и поплелся следом за вконец разбитой и опустошенной Сандрой. Теперь, когда вспышка безумной истерии осталась в прошлом, Саймон приободрился: сейчас, когда психические силы девушки полностью иссякли, а физические были на пределе, он уже не боялся за свою жизнь — чувствовал, что она больше не представляла опасности.
В нынешнем её состоянии он без труда мог бы её раздавить…
— Боже, откуда у меня такие мысли? — произнес он вслух, но девушка, кажется, не услышала — по крайней мере, даже не повернула в его сторону головы.
Только оставив проклятое кладбище вместе с его нечестивыми обелисками и памятниками далеко за спиной, Сэт обнаружил насколько сильно замерз. Его руки дрожали, а зубы клацали так, что он удивлялся, как мог не замечать этого столь долго.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
