Моррис перевел:
— Фило, всплытие.
— Забиваю все каналы СОС, — сообщила Норма.
— Подстройся по скорости и иди параллельно цели, — приказал Фило, изучая «Южную Борозду» через перископ. Члены ее экипажа носились по палубе, показывая пальцем на подлодку и извергая из глоток вопли ужаса: «Ябба-Дабба-Ду, эй!» — Поднимай вертолеты. Норма, начинай вещание. Пора начинать представление.
На корме, где на лодке с межконтинентальными баллистическими ракетами была бы пусковая площадка, в зелено-розовом корпусе «Яббы-Даббы-Ду» открылись люки, из которых в воздух поднялся рой моделей вертолетов. По весу и размеру они были как крылатые охотничьи собаки, раскрашенные веселыми люминесцентными красками, а управлялись дистанционно с компьютера. Во многих были установлены телекамеры с хорошим разрешением — для предстоящей трансляции, — а четыре вертолетика поднимали специальный груз на сетке с быстродействующими зажимами: гигантский лимонный пирог десяти футов в диаметре. С меренгами.
Как только вертолетный флот поднялся в воздух, на пусковую палубу вывели еще одну стрекозу побольше. Изобретатель Моррис Каценштейн окрестил ее «Летающим зодиаком»: лопасти были велики ровно настолько, чтобы поднять одного прискорбно перемещенного сироту-аборигена. Когда Двадцать Девять Названий поднялся, Маршалл Али выбежал на наблюдательный мостик, поддерживая его гортанными криками:
— Брюс Ли! Чак Норрис! Сонни Боно![45]
Тем временем Норма Экланд подняла телескопическую тарелку-передатчик и наладила связь между «Яббой-Даббой-Ду» и Североамериканской компьютерной спутниковой сетью; обойдя с дюжину защитных барьеров, она заткнула вещание «Мыльной Телесети Тернера»[46]. Главному биллинговому компьютеру «Кон Эдисон» она приказала немедленно отключить в нью-йоркских телестудиях Тернера электричество за неуплату, а автоматическому оборудованию студий кабельного вещания велела принимать свою передачу; а также, совсем уж ради забавы, в каждую пиццерию Манхэттена отправила по факсу заявку на пиццу с двойными анчоусами с доставкой в офис Ганта в «Фениксе».
Утренние любители телешоу «Волчий закон» настроили свои телеприемники, чтобы узнать, совратит ли Донна Чэда, чтобы тот не рассказал, что знает о Таме, или же попросту столкнет его в резервуар на фабрике своей тетушки, где производят нервно-паралитический газ, — но вместо этого увидели всплеск помех, а потом на экране возник компьютерный пиратский логотип Дюфрена — гибрид экологического символа и магического знака амишей от сглаза. Синтезаторный духовой оркестр заиграл главную тему «Эстрады глобальной деревни», а вечно-юный голос Дика Кларка[47] произнес вступительные слова:
— А сейчас, в прямом эфире с планеты Земля, — очередной дневной налет наших защитников нетронутой природы! Это ваш пират и наш пират — ФИЛО ДЮФРЕН…
Звучат аплодисменты, записанные на чемпионате «Суперкубка» 2017 года, когда Бренда Бамфорд забила победный гол за «Нью-Йорк Джетс»[48]. На экране мелькнула «Ябба-Дабба-Ду», после чего Норма перешла к показу видеозаписей с видами вышеупомянутой нетронутой природы: широкие ледяные просторы, белоснежные антарктические пейзажи, гора Эребус, возвышающаяся на фоне кристального неба.
— Доброе утро, мир, — поприветствовал Фило, нацепив наушники и ларингофон. — С вами Фило Дюфрен, сегодня я выступаю от имени Седьмого континента. Хочу поделиться с вами, какие до меня дошли неприятные слухи: один президент, переизбранный уже на второй срок, решил, будто Америке не хватает нефти и минералов, и дал добро на разработки ресурсов Антарктики, несмотря на то что не имеет права выдавать подобное разрешение, пока Конгрессом не будет принят соответствующий закон и пока большая часть союза пятидесяти двух стран не поддержит эту затею. Сейчас у нас утро, не время для риторики, так что я пощажу вас и не буду толкать обычную пропаганду о том, что надо сохранить хоть немного дикой природы для внуков; и о возможности вооруженного конфликта в случае, если тем пятидесяти двум странам не понравится, что мы нарушили договор, я тоже ни слова не скажу… Не будем об этом, лучше посмотрите картинки, которые мы вам показываем: неужели вам не кажется, что в Антарктике красиво? Да, суровая природа. Бьюсь об заклад, там холодно. Но в таком вот виде эта земля куда милее, чем те места, над которыми уже потрудились подрывники и бурильщики. — Норма вставила кадры из съемок нефтяных катастроф на Аляске: мертвые птицы тонут в заливе Принца Уильяма[49], снедаемый любовью карибу убегает от Трансаляскинского трубопровода, прорванного при землетрясении 02 года, черный прилив после выброса в Бристольском заливе в 2020 году. — Я, кажется, знаю, о чем вы сейчас думаете, — продолжал Фило, когда Норма вернулась к первозданным видам Антарктики. — Разумеется, красиво, все любят пингвинов, вот бы они жили тут, среди нас, но… что может сделать обычный человек? Далее в программе мы предложим вам несколько советов на эту тему, но для начала я хотел бы сказать, что и меня охватывает такая беспомощность. Иногда по утрам я начинаю беспокоиться, что нашей планете слишком многое угрожает, и я даже понятия не имею, с чего начинать… Но бывает и по-другому, например, как сегодня: я просыпаюсь, смотрю на волны и вижу корабль, принадлежащий моему старому дружку Гарри Ганту, — долгий план «Южной Борозды», — и я говорю себе: «Фило, может, ты не знаешь, как спасти весь мир, но почему бы для начала не потопить эту чертову лодку? Сделай это ради пингвинов. Ради внуков Америки. И да благословит нас всех Господь».
Моррис щелкнул переключателем, и грузовые вертолеты сбросили пирог. Камеры зафиксировали его падение сверхзамедленной съемкой: кадр за кадром он пролетел по длинной дуге и плюхнулся на переднюю часть рулевой рубки ледокола.
— Это тебе, Гарри, — сказал Фило. Маршалл Али, сидящий в рубке, нацелился из водомета и начал поливать «Южную Борозду» взбитыми сливками.
Двадцать Девять Названий подлетел низко и быстро, чтобы его бортовой компьютерный прицел мог выбрать цель для Электрогарпуна «Зодиака». Он был счастлив оказаться в своей стихии, а также — от того, что его морская жертва во много раз превосходила его в размерах, — и лишь на одну постыдную секунду пожалел, что это не кит, а гарпун — не настоящее копье смерти с каменным наконечником. Пролетая над кормой ледокола, Двадцать Девять Названий выпустил гарпун, и толстый серый кабель связал его с основанием радиолокационной мачты «Южной Борозды». Гарпун вонзился в корабль, словно раскаленная игла в спину сома; находившаяся в стреле аппаратура залила вирусы в навигационную и контрольную систему корабля. Громадное судно вздрогнуло и стало сбавлять скорость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
