– По-твоему, мы все должны молчать, делать вид, что в мире ничего не происходит? Да и с чего ты взял, что я раскручиваю нечто запретное?
– Но ты летишь в Китай.
Я рассмеялась.
– Нашёл аргумент! Может, я о природе писать собираюсь.
– О природе? ― Макс вытащил из бардачка газету. ― Это я в аэропорту купил.
Я развернула толстушку и икнула. На центральной странице красовалась моя фотокарточка, а под ней всего несколько строчек анонса. «Молодая талантливая журналистка отправляется в Китай за настоящей сенсацией. Людоедство. Миф или реальность? Следите за нашими репортажами!»
Значит, Главный, всё-таки не выдержал. Теперь понятно, что материал нужен ему позарез. Я откинула газету.
– Не сходится.
– Что не сходится?
Вздохнув, я взглянула на мужчину, как на неразумное дитя.
– Статья вышла сегодня утром, а Елену послали следить за мной неделю назад. Думаю, именно поэтому её вытащили из тюрьмы.
– Всё сходится. ― Макс промокнул платком влажный лоб. ― Ты разрабатывала эту тему года три. А где хранила документы?
Я пожала плечами.
– В компе, в сейфе.
Репин кивнул.
– Вот-вот. А комп ― это открытая книга. Листай, читай, наблюдай. И поверь, нет таких паролей, которые было бы невозможно взломать.
Мне снова затошнило. Открыв дверь, я вышла прямо на трассу. Макс выбрался следом и накинул мне на плечи свою ветровку.
– Значит, кто-то следит за мной много лет. Значит, я должна его знать.
– Не факт. Ты могла залезть не на те сайты или скачать не те файлы. Именно это и вызвало интерес.
Я прошлась вдоль длинного арендованного автомобиля.
– Нет-нет. Я чувствую, за мной следит мой давний враг. И именно сейчас он понял, что я иду по его следу.
Репин нахмурил густые брови.
– Хватит рассуждать. Нужно придумать, где спрятать тебя.
Я только усмехнулась.
– Бесполезно. Поверь. Нужно идти вперёд, опережая противника хотя бы на шаг. Только так у меня появится шанс из назойливого комара превратиться в опасного ястреба.
Мы вернулись в машину.
– Ладно. Поехали к тебе. Всё обмозгуем, обдумаем, а уже потом примем решение.
Машина развернулась и понеслась назад, в Париж.
Глава 20
Официально моя командировка откладывалась на неопределённый срок. Я уже дала показания в полиции, но могла понадобиться в любой момент. Впрочем, разве наставления сурового детектива со звучным именем Гвен Стар могли удержать меня на месте? Я решила вылететь утром, даже если небо упадёт на землю. И не было силы, способной удержать меня.
Мы въехали в Париж, когда смеркалось. На темнеющем небосводе загорались первые звёзды, а из сиреневой дымки показался серебристый диск луны.
Крепко держа за руку, Макс волок меня в подъезд, как маленькую. Консьержка подозрительно взглянула на нас поверх золотистых очков. Мой же взгляд упал на родную газету. Опять Настя Макимова в центре внимания?
– Поднимайся. Я сейчас.
Перегнувшись за конторку, я попыталась прочитать текст. Не получилось.
– Мадам Тесьен! Позвольте на минутку?
Женщина протянула толстушку и натянуто улыбнулось.
– Извольте, мадемуазель. Вы вновь на первой полосе.
Даже не знаю, когда меня успели сфотографировать. Сразу несколько снимков. Вот я валяюсь на газоне в весьма неприглядной позе, вот надо мной склонился врач. И снова я, вползающая в карету скорой помощи. Яркий заголовок. «Всего несколько часов назад на нашего корреспондента было совершено дерзкое покушение. Но правда восторжествует!»
Я машинально потёрла синяк на лбу. Какая правда? Теперь Главный решил делать имя не на репортаже, а на моих злоключениях? Похоже, он уже выставил собственный наряд из всех штатных репортёров, чтобы те, не дай Бог, ничего не упустили. Я уже представляла, как выползаю из-под обломков разбившегося самолёта, выкатываюсь из-под копыт взбесившейся лошади, выскакиваю из жерла извергающегося вулкана, и тут же слышу щелчки фотокамер.
Вернув газету, я сделала лишь шаг, как услышала страшный грохот. Дом содрогнулся, и мне на голову посыпалась розовая штукатурка. Вне себя от ужаса, я помчала вверх, совершенно не обращая внимания на крики консьержки.
– Мадемуазель! Вы куда? Стойте! Сейчас крыша рухнет!
Рухнет, не рухнет. Это не имело значения. Главным оставалось то, что наверху, в маленькой съёмной квартире, где только что произошёл взрыв, находился мой близкий друг. Перепрыгивая через две ступеньки, я неслась на нереальной скорости, и остановилась только на своём этаже. Мелкая пыль, кружившая в воздухе, моментально забилась в нос и в глаза. Я медленно вошла в проём с раскуроченной дверью и прикрыла рот ладошками. Крик застрял в горле. Передо мной под массивной деревянной полкой, висевшей на стене, лежал Макс.
Преодолев страх, я присела и прижала два пальца к сонной артерии. Жив. Жив! Склонившись, уловила слабое дыхание.
Выбежав в коридор, закричала, что есть сил:
– Мадам Тесьен! Скорую! Срочно!
Глава 21
― Не волнуйтесь, мадемуазель, с Вашим другом всё будет в порядке. ― Врач ободряюще кивнул. ― Завтра Вы сможете навестить его.
Я осторожно дотронулась до Макса. Он всё ещё находился без сознания, но его жизни ничего не угрожало.
– Так-так. И снова здравствуйте, мадемуазель Максимова! ― Я вздрогнула. Позади меня стоял Гвен Стар. ― Предупреждал же, что наш разговор ещё не окончен.
– Ничего нового казать не могу. У меня нет ни малейшего предположения, кому насолила в этой жизни.
Детектив расплылся в широкой улыбке.
– Возьмите мою визитку. Возможно, вспомните что-то полезное, для Вашего же блага.
Сунув картонку в карман, я уныло побрела в свою квартиру.
– Мадемуазель! Мы уже вызвали плотников. Они укрепят Вашу дверь. Может, помочь с уборкой?
Я с благодарность взглянула на консьержку.
– Спасибо. Сама справлюсь.
Я уже решила, что переночую тут. Утром отправлю личные вещи в Руан, а сама поеду в аэропорт. Больше в эту квартиру я не вернусь. Никогда.
Штукатурка и извёстка осели на полу тонким розовым слоем. Взглянув на валявшуюся в проходе дубовую полку, я вдруг представила, что бы от меня осталось, появись я в квартире первой. Мокрое место. Вот что!
Пройдя на цыпочках в комнату, искренне порадовалась, что тут ничего не пострадало. Мощный компьютер, подаренный Тедом, и чемодан с вещами уцелели. Уцелели так же документы, лежавшие в сейфе, сам сейф, шкаф, и кровать. Этого было вполне достаточно, чтобы перекантоваться до утра.
Не разуваясь, я забралась на плед с ногами и смежила веки. Страха не было. Лишь усталость. Я чувствовала себя человеком, бегущим в лабиринте, которому вдруг показалось, что выход рядом, но, свернув неправильно, он сделал круг и вернулся в исходную точку. Я бежала восемь лет, и теперь всё повторялось сначала. Опять Настя Максимова стояла у кого-то костью в горле. Вот только у кого? Шакал мёртв, ровно, как и Муртаза, разорванное тело которого я видела собственными глазами. Адет и Жиль в тюрьме. Так кто? Кто вышел на тропу войны? Я уже не была невинным ребёнком, которому требовалась защита. Но смогу ли я выстоять самостоятельно?
В прихожей работали плотники под зорким наблюдением консьержки. Водрузив новую дверь на месте раскуроченной взрывом, они откланялись, и я, наконец, осталась одна.
Одна! Одиночество стало привычным словом, моим нормальным состоянием, не обременявшим и не вызывавшим раздражения. Поэтому звонок в новую дверь заставил подпрыгнуть. Гостей я не ждала, но и незримый враг не стал бы заявлять о себе столь деликатно. Может, рабочие что-то забыли?
Я щёлкнула замком и ахнула. На пороге стоял высокий молодой брюнет с удивительно синими глазами.
– Марио! Какими судьбами?
Мужчина крепко обнял меня.
– Привет, сестрёнка! Я только с самолёта. Впустишь?
Оглянувшись, я покраснела.
– Заходи.
