Читаем без скачивания Мертвый сезон (Стервятники) - Джек Кетчам

Похоже на то, - подумала Карла, - что где-то поблизости бродит здоровенная собака. Причем основательно накормленная. Собака, которой нравится гадить на крыльце чужих домов. Боже Милостивый.

Она присмотрелась повнимательнее. Скорее, это даже не одна, а целых две собаки, а если и одна, то чертовски странная, поскольку одна часть испражнений казалась намного темнее другой. И надо же как это у них аккуратно получилось: навалять вторую кучу прямо поверх первой. Точность-то какая. Интересно, - подумала она, - смогу ли я отыскать этих тварей?

Карла прошла в одну сторону, потом в другую, затем обошла дом вокруг. Ничего. Вот уж попались бы они ей - заживо содрала бы с них шкуру. Но откуда они пришли и куда подались после этого? Ничто вокруг не указывало на их присутствие. Надо же, эдакая парочка неуловимых пакостников.

Она вернулась в дом и стала искать, чем бы можно было убрать все это с крыльца. С края мойки свисало полотенце, оставшееся после вчерашней уборки в доме. Сложив его в несколько слоев, Карла подхватила целую пригоршню экскрементов и выбросила их в мусорный бак, который стоял позади дома. Да, одной ходкой тут явно не ограничишься, - подумала она. Затем снова прошла в дом за ведром и половой щеткой. Налив в ведро воды, добавила туда стирального порошка и принялась оттирать оставшееся пятно - сначала стоя, а потом и вовсе опустившись на колени.

Так она и стояла на четвереньках, когда к дому подкатила машина. Что и говорить, хронометраж был отменный, ибо к тому времени Карла уже успела справиться со своей яростью и отвращением, после чего вся эта история начала казаться ей даже в чем-то смешной. Первым из машины вышел Джим. Карла встала, а он подошел к ней, улыбнулся и заключил ее в свои объятия. По-прежнему стоя с половой щеткой в одной руке, она тоже постаралась обнять его.

- Вот, какая-то собачка решила пометить мое крыльцо, - сказала Карла. Как говорится, добро пожаловать на природу.

18.40.

Питерс похлопал Ширинга по плечу и проводил его к себе в кабинет. Сняв шляпу, очки, он положил их на письменный стол, обошел его и уселся в кресло. Приятно было немного расслабиться.

- Закрой дверь, - сказал он.

Ширинг сделал так, как ему было сказано, после чего встал неподалеку от стола в ожидании дальнейших указаний. Питерс издал звук, отдаленно похожий на стон. Сейчас вид у этого здоровяка был на редкость унылый и явно усталый. Ширинг по собственному опыту знал, что может означать подобная физиономия шефа, и потому не ждал от предстоящего рабочего дня особых радостей. За дверями кабинета у него на столе лежал очередной незавершенный рапорт - на сей раз о столкновении трех машин на Первом шоссе. Глядя на Питерса, он понял, что дописывать его ему придется уже во в нерабочее время.

- Ну что ж, - сказал Питерс, - похоже, кое-что у нас уже есть. Я только что разговаривал с этой нашей Джейн Доу. Зовут ее миссис Морин Уэйнстайн; она из Ньюпорта, штат Род-Айленд; если не ошибаюсь, сорока двух лет; прибыла в наши края, чтобы навестить своего сына и невестку, которые проживают в Сэнт-Эндрюс. Машину оставила где-то между Любеком и Уайтингом - она и сама толком не помнит, где именно.

- А это не может быть черная "шеви-нова", модель семьдесят восьмого года?

- Именно она и есть.

- Примерно полчаса назад Уиллис сообщил, что нашел ее в трех милях к северу от Мертвой речки.

- Ну что ж, и машина, значит, отыскалась. Идентифицировать успели?

- Минутку.

Ширинг вышел из кабинета, подошел к своему столу и начал копаться в лежавших на нем бумагах. К столу Питерса он возвращался легкой рысцой.

- Все сходится, - сказал он. - Автомобиль зарегистрирован на имя Альберта Уэйнстайна, Ньюпорт, Род-Айленд. Уиллис не обнаружил следов кражи, хотя дверца со стороны водителя взломана. Вещи разбросаны по переднему сиденью, сумочка выпотрошена. В бумажнике остались восемьдесят пять долларов и куча кредитных карточек. Странное дело, а? Когда он мне сообщил, я сразу подумал: это именно то, что мы ищем.

- Так, ладно. Проблема заключается в том, что мы до сих пор толком не представляем, с чем имеем дело.

- Что вы хотите сказать?

- По ее словам, это были дети.

- Подростки?

- Нет, дети. Малышня, ну, там лет семь-восемь-девять-десять. Были среди них и подростки, но абсолютное большинство именно в таких пределах. Причем она говорит, дикие дети, одетые в какие-то шкуры. Ну как, Сэм, ничего тебе это не напоминает?

У Ширинга отпала челюсть. - Прошу тебя, Джордж, не надо так шутить.

- Я вполне серьезно, Сэм. Все та же дребедень, о которой полгода назад рассказывал наш землекоп. Тот самый старикан с пустой квартой пшеничной водки за пазухой. Всякая шпана в шкурах и кожах, бродящая и бегающая по берегу. Только, как мне помнится, он говорил, что среди них были и те, что заметно постарше, взрослые, возможно. Мы записали его показания?

- Джордж, да мы же его тогда в "клоповник" посадили.

- Я так и подумал. Как бы то ни было, наша миссис Уэйнстайн утверждает, что их было не меньше дюжины. Машину она остановила потому, что увидела маленькую девочку, которая в полуголом виде брела по дороге. А как вышла, тут они на нее и набросились. Отметины у нее на спине оставлены палками. Сказывается мне, что они так и гнали ее, как пастух телку, с дороги до самого побережья. Говорит, что вообще хотели убить ее, и я почему-то склонен ей верить. Вот она и решила, что даже бросившись с обрыва на скалы, сохраняла больше шансов уцелеть.

- А сама-то она как, выкарабкается?

Питерс нахмурился. - Ногу, наверное, придется отнять, а то и обе. Доктора еще не пришли к окончательному выводу, смогут они спасти ее правую ногу или нет.

Питерс встал из-за стола, прошел к настенной карте и принялся водить по ней пальцем.

- Я вот о чем думаю, - сказал он. - Помнишь тот небольшой разговор, который около месяца назад состоялся у нас в Карибу? Насчет статистики пропаж люд ей, по которой за последние несколько лет процент загадочных исчезновений в северной части побережья оказывается чуть большим, нежели, скажем, между Джонспортом и ниже, к Бар-Харбор? Ну, немного большим, чем вроде бы следовало ожидать. И это несмотря на то, что к югу плотность населения намного выше, чем у нас, города крупнее, ну и все такое прочее?

Ширинг кивнул.

- А теперь, - продолжал Питерс, - обрати внимание на тот факт, что в подавляющем большинстве случаев исчезали рыбаки, ловцы омаров и всякая молодежь. Мы тогда заявили в ответ на это, что океан к северу гораздо более неспокойный и это вполне объясняет факт исчезновения первых двух категорий лиц; а поскольку работы в наших местах почти нет и процент безработицы среди молодежи особенно высок, сюда же можно присовокупить и третью категорию. Правильно? Ну, в общем, отбрехались мы тогда. А вдруг, Сэм, мы все же ошибались? Предположи, что причина могла быть вовсе не в этом. Что тогда, а?

Ширинг поднял на шефа недоуменный взгляд:

- Но дети, Джордж.

- Тот пьяница упоминал и взрослых. Ну хорошо, посмотри-ка сюда. Вот Мертвая речка, а вот, примерно в миле от нее, в море, тот самый Дроздовый остров, на котором у нас в прошлом году пропала группа рыбаков. Где, говоришь, тот чудик видел эту малышню?

- Чуть южнее Катлера.

- Значит, не более чем в трех милях. А теперь представь, что на этом отрезке побережья что-то происходит.

- Что происходит?

- Хотел бы и я знать, черт побери. Я сегодня весь день мозги себе наизнанку выворачивал, все вспоминал, с чем еще ассоциируется у меня этот Дроздовый остров и вообще этот район. И примерно час назад вспомнил. Случилось это три года назад, в июле - мальчик по фамилии Фрэйзер. Ну как, вспомнил?

- Ну конечно. Мальчишка вздумал в шторм покататься на лодке.

- Точнее, в ветреную погоду, Сэм. Но ты вспомни, что тогда говорил его отец. Лодка была большая и прочная, а сам парень - ничего себе мальчик! Сколько ему тогда было? Восемнадцать или девятнадцать лет, и с лодкой он мог управляться как никто другой. Так что непогода была ему нипочем.

- Ну ошибся, значит. Ты же знаешь, Джордж, стоит хотя бы раз ошибиться - и все, каюк.

- Так мы тогда ему и сказали, и действительно, все и на самом деле могло обстоять именно так, а потому не исключено, что сейчас я просто дую на воду. Но постарайся посмотреть на это с другой стороны и увязать все эти статистические выкладки с исчезновениями именно рыбаков, лодочников и тому подобных, и ты начнешь задумываться. К югу от Бар-Харбора тоже на лодках плавают, а все равно у нас статистика выше.

Так вот, возвращаясь из больницы, я подумал: а может, причина того, что у нас такой высокий процент пропаж людей пропорционально численности населения, заключается именно в том, что сама эта численность такая маленькая. Возьми что само побережье, что этот чертов остров - на него вообще никто ногой не ступает, - и тогда легко предположить, что если кто захочет, он без особого труда отыщет там какой-нибудь укромный уголок. Так схоронится, что его и за несколько лет ни одна живая душа не заметит, если, разумеется, он будет вести себя тихо.