Замок легко открылся, словно ключик был волшебным, странно, что квартира не на сигнализации. А может как раз и на ней, и сейчас через три минуты меня скрутят ребята в бронежилетах и отвезут в отделение. Вот смеху-то будет.
Но ничего такого не произошло, зашла внутрь. Что я ожидала увидеть? Да ничего не ожидала, но интерьер был строг, лаконичен, сдержан. Черное дерево полов, серые стены, щелкнула выключателем, причудливые лампы осветили прихожую.
Так, костюм и таинственная коробочка должны быть где-то рядом. Вот как-то я совсем не привыкла шариться по чужим квартирам и шифоньерам. Но после того, что произошло утром в кабинете, мне самой надо было уехать, хоть как-то проветриться.
Открыла створку шкафа, верхняя одежда, куртки, пальто, провела рукой, дорогой материал. Ну а как иначе? У Марка Альбертовича, единственного сына генерального директора компании, все с детства самое лучшее и дорогое.
Закрытый черный чехол висел тут же, а вот коробочки нигде не было. Оглянулась по сторонам, бросила сумочку на пол, отодвинула несколько ящиков комода, тоже ничего, только всякие мелочи. Придется или позвонить Марку Альбертовичу, или идти искать самой. Так разволновалась, что стало жарко, сняла пальто, бросила его на маленький диванчик.
Не разуваясь прошла дальше, заглянула в гостиную, солнце яркими лучами из больших окон разливалось по темному полу, дальше дверь, за ней оказалась спальня. А вот тут я зависла. Нет, ничего сверхнеобычного там не было, большая кровать с черным покрывалом, темная мебель, на окнах контраст черных портьер и белой вуали.
Но мой взгляд зацепится за цепочку с наручниками, что проходила через кольцо в потолке. Медленно подошла, не отводя глаз от серебряной цепи, во рту пересохло, сердце забилось чаще. Не могла не потрогать, цепочка была не очень короткая, свободно гуляла по кольцу. Никогда раньше такого не видела живьем. Так вот чем Марк Альбертович занимается за закрытыми дверями своей спальни, наверняка с куклой Лизой. Стало обидно.
Приложила наручники вместе, получается, если их застегнуть, то руки будет на уровне головы. Щелчок и вот уже правое запястье зажато холодным металлом.
Через пару секунд пришло осознание, что я не выберусь из этой ловушки самостоятельно. Второй раз за день, вы, Эльза Эдуардовна, в роли тупой овцы. Аплодисменты.
Телефон в сумочке, которая в прихожей, до конца обеденного перерыва двадцать минут. Когда он меня потеряет? А может вообще не заметит отсутствие секретаря?
Цепочка поехала вниз, я опустила руку, подергала, пытаясь вырвать кольцо, но его словно вмонтировали на века. Интересно, может мне для начала стоило открыть зеркальные створки шкафа-купе, напротив которого я как раз и стою. И увидеть там что-то более интересное, например, плети или кляпы в виде шаров. Что там еще у любителей таких игр?
И все это он испытывал на кукле Лизе? Не пойму, отчего так давит в груди, мне ведь должно быть все равно. Единственное занятие, что осталось мне - рассматривать комнату, но ничего интересного не было, ни милых безделушек и мелочей, ни фото семьи и с любимой. А вот та злосчастная коробочка нашлась быстро, на прикроватной тумбочке, рядом планшет, брошенный блокнот.
Телефон разрывался в сумочке каждые пять минут, наконец замолчал, наверное, села батарея. Потом трель пошла по квартире, но это уже не от меня. Кричать «помогите» и «караул» не было никакого смысла, последний этаж, и я верила в хорошую звукоизоляцию таких дорогих апартаментов.
Прошло три часа, ноги устали на каблуках, сняла, хотелось сесть, а лучше лечь и умереть от стыда, потом я так и сделаю, если шеф явится и увидит меня в такой позе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он явился, я испуганно дернулась на звук открывающегося замка двери и шагов. Быстро надела туфли, пригладила волосы, с тревогой и стыдом посмотрела на стоящего в дверях Марка Альбертовича. Его взгляд от удивленного сменился на такой, от которого по спине прошел озноб.
– Как интересно, Эльза Эдуардовна, птичка попалась в силки. Вы сами или это любопытство вас так подвело?
Смотрю на его надменную физиономию, он издевается и смеется, дергаю цепь.
– Расстегните и я уйду.
Ничего не отвечает, лишь подходит ближе, на нем нет верхней одежды, только костюм. А еще от Марка идет жар, жар похоти, я задыхаюсь моментально, как только его пальцы касаются моей щеки.
Марка? Нет, так мы не договаривались, надо четко соблюдать субординацию.
Что это? Некий гипноз? Мое слабоволие? Но та энергия власти, что исходит от мужчины, не дает мне даже мысли о сопротивлении.
– Такая красивая и растерянная птичка.
Рука идет ниже, я дергаюсь, но он заламывает мою свободную от наручников руку назад, фиксируя своей левой. Другой наматывает тонкую цепь на кулак, от чего моя рука поднимается выше, не давая свободы и намека на то, чтобы дать отпор.
Мужчина стоит совсем близко, я чувствую его эрекцию, по телу бежит ток удовольствия, хотя он ничего еще не сделал. Грудь наливается, соски твердеют, в голове сотни картинок того, что он может со мной сделать. Сознание окутывает аромат его парфюма, терпкого, пьянящего.
Он закрывает глаза, опускает голову, ведет носом по моему виску, чувствую, как глубоко вдыхает, тут же отворачивается.
– Повтори то, что ты сказала в кабинете,– говорит на ухо.
Молчу, плотно сжав губы, а саму уже колотит от возбуждения. Господи, как же мое сознание преклоняется перед ним сейчас, именно в этот момент. Мое тело полностью в его власти.
– Повтори и я не буду тебя сильно наказывать.
А я уже жду этого наказания.
– Не буду наказывать за то, что ты была такой непослушной девочкой.
Он что, читает мысли?
– Повтори, – грубее, с нажимом, сдавив запястье за спиной и резко дергает цепь.
– Да, Господин.
– Не слышу.
– Спасибо, Господин, – чуть громче, но все равно почти шепотом.
– А теперь мы поиграем, да, птичка?
Сглатываю, чувствую, как отпустив руки, Марк Альбертович расстегивает мою юбку, как тянет ее вниз по бедрам. Как одним движением рвет все пуговицы на блузке, спуская ее с моих плеч. А на левом запястье щелкает второй браслет наручников.
Глава 14 Марк
Марк
Стою сзади, обхватив Эльзу за шею, слегка сжимая ее, чувствую пальцами, как бьется венка под тонкой кожей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Хочешь еще?
– Да.
– Попроси, как надо.
Приподнимаю ее грудь, оттягивая зажимы на сосках. Мой подарок ей идеально подошел. Веду рукой вниз по дрожащему животу, накрываю ее припухшие от возбуждения половые губы, под пальцами влага, растираю ее по клитору.
