сканирования Печать охране и вошёл вовнутрь.
— А, Иван Владимирович… — увидев посетителя, встал из-за широкого дубового стола его хозяин в генеральском чине и протянул руку. — Здорово, Ваня!
— День добрый, Антон Сергеевич, — ответил на рукопожатие «проводник». — Хотя добрым его назвать сложно.
— Да уж. И как ты, такой опытный человек, мог допустить гибель объекта? Стареешь или совсем на поездах расслабился?
— Ни то ни другое. То, что сейчас рассажу, можно назвать бредом, но всё правда от начала и до конца. Графа Григория Бугурского пасли до самого Нанта. Никаких подозрительных действий он не предпринимал, пьянствуя с размахом в своём купе. Выходил лишь раз в Праге.
По прибытии в Нант имел несколько деловых встреч, одна из которых была с промышленником, тесно связанным с британской разведкой. Так что подозрения оказались небеспочвенными — сливал граф информацию на сторону.
А вот обратная дорога началась с сюрприза. Вначале в элит-вагон поселилась девушка, в которой я опознал старшую дочь графини Достоевской…
— Проклятая⁈ — удивился генерал. — И как она умудрилась оказаться там?
— Это не ко мне вопрос, Ваша светлость.
— Да. Продолжай… И давай уже по-простому. Не первый год друг дружку знаем, и не один литр вместе выпили!
— А тут «по сложному» и не получится, Антон. Очень мне материться хочется, и лишь твои генеральские погоны удерживают от подобного! Анна Достоевская заперлась в купе, стараясь носа из него не высовывать. Даже еду под дверью ей оставляли.
Потом появился ещё один экземплярчик. В немецком Гессене почти на ходу подселился некий барон Максимилиан Гольц. Молодой парнишка девятнадцати лет. Без Печати.
И вот тут начались странности… Да что там странности⁈ Дурдом! В начале граф Бугурский, спьяну перепутав купе, завалился к Анне Достоевской и узнал её. Естественно, начал дебоширить и чуть не прибил девушку.
Тут же вмешивается этот барончик, и у них с графом случилась дуэль. Её результат известен. Бугурский погиб, и все ниточки расследования оборвались.
— Младший Магистр пал от руки какой-то швали?
— Я бы тоже не поверил, если бы не был секундантом. Странная техника у Гольца, но она принесла свои плоды.
— Допускаешь, что это ликвидатор бриттов, маскирующийся под простачка?
— Всё допускаю. Без этого в нашем деле никак. Я вступил в контакт с Максимилианом Гольцем и выяснил, что он выдаёт себя за последнего отпрыска мелкого Рода. Беглец, слинявший из Гессена после убийства четырёх одарённых. Полное описание нашего с ним разговора, я уже подготовил, — показал майор на кожаную папку в своих руках. — Предлагаю взять его в разработку. Очень непростой паренёк. Очень.
Да! И странности на этом не закончились. Вначале непонятное происшествие в вагоне-ресторане. Пропало почти двадцать килограммов отборного мяса, а остальное было понадкусано. Наблюдался полтергейст с перемещением столов и летающей посудой. Несколько посетителей были измазаны соусами, а некто виконт Перье оказался с кастрюлей киселя на голове…
— Тварь? Дыра образовалась прямо в поезде?
— Зубы на мясе простые. Собачьи. Так что, Антон, вряд ли это была Дыра. Вроде бы ресторанная вакханалия к моему делу не относится, но я пустил слежку за бароном Гольцем и… На перроне он был с СОБАКОЙ, которой в поезде не было!
— Контрабандой провёз? — спросил генерал.
— Нет. Я бы почувствовал. Тут другое… А потом парни из «топтунов» доложили, что к их объекту подошла некая особа, в которой я по описанию узнал Анну Достоевскую. О чём-то говорили. Явно напряжённо. После ушли вместе, сев в автомобиль на стоянке. Проследить не удалось — водитель у них сумасшедший!
Генерал надолго задумался, барабаня пальцами по зелёному сукну стола.
— Значит, так, — наконец-то официально изрёк он. — Про поезда, майор Филонов, можете забыть. Засветились сильно рядом с местом смерти Бугурского. А вот барона Максимилиана Гольца нужно будет проверить до седьмого колена. Не нравится он мне. Так что, передайте всю информацию по нему…
— Простите, господин генерал! Разрешите самому заняться этим делом?
— Что, Иван, — опять перешёл герцог Антон Сергеевич Можайский на дружеский тон, — зацепил тебя паренёк?
— Очень! Ещё и Достоевские тут как-то замешаны. Уверен, что Гольц сейчас у них обосновался несмотря на проклятие.
— Хорошо. Не могу отказать старому другу. Действуй!
Глава 6
Я проснулся бодрым и свежим. Такс сообщил, что восстанавливался где-то с полчаса.
Первое, что увидел, открыв глаза, это графиню Юлию Петровну, безмятежно дрыхнувшую на моём плече, и Анну, сидящую на стуле и поглаживающую отцовский меч.
— Поговорим? — хмуро произнесла она.
— Давай! — ответил ей, вставая и сладко потягиваясь.
— Вы кто, леший вас побери, такие с вашим Таксом⁈
— Барон Макси…
— Прекрати! — вскочила девушка. — Я не такая уж и дура, как может показаться со стороны! Единственный, кто мог излечить меня и маму? Допускаю. Даже благодарна! Но как ты мог сожрать практически половину кристалла и не сгореть? Тут энергии на сотню таких, как ты, хватит!
— Каких «таких, как ты»? Анна, вы бы предметно попытались обосновать свои претензии.
— А таких, которые могут энергию другим людям передавать! Странного способа через поцелуй нет ни в одном учебнике. Всё на крови завязано. Ещё и исчезающе-говорящая собака. В нашем мире подобных животных нет, но и на тварь из Кочующих Миров Такс не тянет.
Опять-таки энергия кристалла. Того, что ты в себя влил, хватить разорвать на части несколько сильных Магистров. Ты же всего лишь отделался получасовой дремотой. По отдельности каждый факт ещё можно хоть как-то объяснить, а вот вместе они создают не очень успокаивающую картину.
— Всё очень просто и непросто одновременно, — стал я лихорадочно выдумывать отмазку. — Причина всего… Моя собака! Вот! Такс, как и твоя Глашка появился в результате скрещения духа и земного животного. Может говорить, исчезать и страдает чрезмерным аппетитом.
— Я не страдаю, а наслаждаюсь! — тут же пояснил неугомонный дух-хранитель. — Особенно вкусной едой, которую, к сожалению, сейчас не вижу.
— Слышишь, что животное тебе говорит? Проглот он! Это же касается и любых видов энергии. Не я опустошил кристалл наполовину, а Такс. Мне же достались слабые отголосочки, но и их хватило проваляться в обнимку с твоей матушкой, находясь в беспамятстве.
— А передача энергии?
— Я был проводником между нею и Таксом. Пока кристалл отдавал мне свою силу, то решил поделиться с тобой, перенаправив поток, так как знаю, что твой организм истощён после проклятия. Тут каюсь… Виноват. Можно и через простое рукопожатие было. Только ты мне
