— Хм, — нахмурился он. — Тогда мы должны выяснить как можно больше, чтобы Совет принял правильное решение. В противном случае, боюсь, она лишится головы.
Поджав губы, Ди-Джей кивнул и направился к выходу из туалета.
— Теперь вы готовы? — спросил Брансуик, когда они вернулись к столу.
Оба согласно покивали головами, и полицейский поднялся с места. Когда остальные встали вслед за ним, полицейский остановил их.
— Пожалуйста, запомните, надо держать рот на замке насчет всех этих затей с объявлением и сначала просто поприветствовать ее, пока Мейбл не объяснит ей всего.
— Зачем оттягивать знакомство? — сухо осведомился Эдвард. — В этом нет никакого смысла.
— Есть, потому что вы не знаете Элви, — заверил его Брансуик. — Как только она узнает, что мы тут устроили, то разозлится до чертиков. А еще она жутко смутится и просто откажется встретиться с вами. — Он покачал головой. — Нет, то, что я предлагаю, лучше всего. Пойдемте.
И, не дожидаясь ни их согласия, ни их возражений, капитан махнул рукой, чтобы они следовали за ним, направился туда, откуда появился до этого.
— Ну что? — Ожидая команды, Харпер вопросительно посмотрел на Виктора.
Пожав плечами, тот повернул за Брансуиком, не сомневаясь, что остальные пойдут следом.
Они уже подходили к кабинке. Виктор как раз миновал полку с групповой статуей, изображавшей семью игуан, когда уголком глаза заметил какое-то движение. В следующий момент кто-то отделился от этой дикой семейки и кинулся на него.
И словно ад разверзся перед ним.
Глава 5
— Я же говорил, они шевелятся, — бормотал Ди-Джей.
Виктор не слушал его. Он во все глаза смотрел на миниатюрную женщину, которая хлопотала вокруг него, промокая ему салфеткой ухо и шею. Его крик, когда игуана упала ему на плечи и вцепилась в ухо, привлек внимание всех. Он яростно закрутился на месте, пытаясь сорвать с себя эту тварь. Зал взорвался воплями и визгом.
Забыв про именинника, Элви кликнула кого-то по имени Педро и кинулась к Виктору. Она оторвала от него ящерицу, сунула ее в руки маленького мексиканца, который примчался с кухни, а потом схватила несколько салфеток с соседнего стола и заворковала над ним.
— Извините, у нас такое случилось в первый раз за пять лет, как мы открылись. — Она потянула его за руку и заставила нагнуться, чтобы самой не торчать на цыпочках, разглядывая рану.
Виктор заворчал, но подчинился и, нагнувшись, захлопал глазами. Он чуть не уткнулся носом в декольте, откровенно выставлявшем на обозрение ее прелести.
— О Боже! Надо промыть ранку и наложить повязку. — У нее задрожал голос, когда она отступила от него, уводя из поля его зрения свой роскошный бюст. — Идите за мной.
Выпрямившись. Виктор дождался, когда она извинится перед именинником и его родными. Потом потянулся вслед за бедрами, волнообразно перемещавшимися под тесно облегающей юбкой. Так они миновали арку с занавеской из бус и добрались до небольшого кабинета. Все пространство занимали письменный стол, два стула, маленький холодильник, стойка для картотеки и высокий металлический шкаф с двойными дверцами.
— Садитесь. — Элви махнула в сторону стульев, стоявших перед письменным столом. Сама же подошла к металлическому шкафу и открыла одну дверцу. За ней оказались полки, заполненные стопками бумаг, разными письменными принадлежностями и еще какими-то мелочами, среди которых виднелся набор первой медицинской помощи. Вытащив небольшую белую коробку с набором, она поставила ее на стол и открыла. Немного подумала, отщипнула клочок ваты и, откупорив пузырек с темно-коричневой жидкостью, смочила вату.
— Сейчас немного пощиплет, — предупредила она, обрабатывая ему ухо и шею.
Виктор сидел неподвижно, совершенно не замечая едкой боли, которую она ему доставляла. Он вдыхал ее запах. От нее пахло ванилью и еще какими-то приправами с кухни. Восхитительной смесью, от которой побежали слюнки. Поджав губы, он пытался не обращать внимания на аромат, но поневоле все глубже и глубже вдыхал его.
— Хм, — где-то сбоку произнесла Элви. Ее дыхание защекотало ему ухо. — Все не так страшно, как мне сначала показалось. Крови много, но ранка небольшая, слава Богу.
Виктор промолчал. Рана была довольно глубокой, однако тело само начало восстанавливать себя. Он получил ответ на еще один свой вопрос. Элви не смогла распознать в нем бессмертного. У них это обычно происходило на уровне инстинкта. Хотя, если бы не соответствующее обучение, они вряд ли смогли бы определить, что за сигналы посылает им мозг и тело.
Почувствовав, как ее руки замерли, а дыхание над его ухом стало прерывистым, он повернулся и заглянул ей в глаза. Сейчас в ее карих глазах, типичных для смертных, холодно посверкивали зеленые искорки, а радужка по краям отливала золотом. Она покусывала уголок рта, пристально разглядывая его все еще кровоточившее ухо. Было видно, каким длинным и острым стал у нее клык. Виктор не удивился. Ее лицо побледнело. Скорее всего она была голодна. Кровь привлекала ее. Он с любопытством ожидал, что будет дальше.
— О! — Неожиданно Элви тряхнула головой и сделала шаг в сторону, прикрывая рот рукой. Он мельком увидел, как клык скрылся за губами. Отвернувшись, она отбросила окровавленную вату, словно та была в огне. — Я думаю, все быстро заживет. Хотя вам лучше бы завтра показаться доктору.
— В докторе нет необходимости, — негромко произнес Виктор, следя за ней глазами. — Все, кто принадлежат нашей породе, быстро и успешно лечатся сами.
Элви выпрямилась, а потом медленно повернулась к нему.
— Наша порода? — как-то неуверенно повторила она, все еще держа руку у рта.
— Бессмертные, — тихо сказал он, а потом употребил термин, которым пользовались Брансуик с Мейбл. — Вампиры.
Элви задохнулась.
— Вы... Вы тоже?
Когда Виктор утвердительно кивнул, у нее упали руки, и она опустилась на стул напротив. Элви молча сидела, разглядывая его, и, судя по всему, просто не находила слов. Уже давно ее зубы стали обычного размера. Наконец она вымолвила:
— Когда я в первый раз вернулась из Мексики, мы с Мейбл попытались найти еще кого-нибудь, но...
Элви снова замолчала и дрожащей рукой убрала волосы с лица.
— Вам надо подкрепиться, — мягко посоветовал он.
Нехотя она встала, подошла к маленькому холодильнику, стоявшему позади стола, и достала пакет с кровью. Избегая его взгляда, взяла со стола ножницы, отрезала у пакета угол, а потом вылила половину содержимого в стакан на столе.
Уже поднеся стакан ко рту, она, явно вспомнив про приличия, остановилась и жестом предложила его Виктору. Покачав головой, он отказался, и тогда Элви отбросила смущение и опрокинула его в рот, как опрокидывают стакан виски. Эта процедура, казалось, была для нее привычным делом, и Виктор с любопытством наблюдал за ней. Она снова наполнила стакан.
