Читаем без скачивания Дети утренней звезды - Алексей Олейников

– Да, СВЛ на Авалоне не любят, – признал Людвиг. – Я, признаться, был не в курсе всех этих интриг.

– Никто не любит слишком сильных и независимых, – заметил Марко. – Юки увлеклась укреплением СВЛ и забыла о Талосе. А он плел свою сеть давно, очень давно. Слишком быстро собрался Союз Старейшин, слишком слаженно они выступили против Башни Дождя.

– А туата? Они тоже по-прежнему верят Талосу?

– Понятия не имею, как Талос их обманывает! Если они осознают, что Красная печать с их обожаемым повелителем больше не принадлежит Талосу, тогда у него действительно начнутся трудности. Его предкам надо было думать, прежде чем соглашаться и брать в услужение туата из рода Луга[13].

– Я бы ему даже посочувствовал, однако не получается.

Поезд нырнул в тоннель, в купе автоматически включился неяркий светильник. Лицо Марко было в тени, только темные глаза упрямо сверкали.

– Все почему-то думают, что Видящая решит их проблемы, – голос у него был злой, жесткий. – Фреймус думает, что сможет контролировать Врата и получить силу Дикой Охоты. Талос надеется вернуть утраченные печати и сохранить текущее положение вещей навеки, а его родная внучка Видящая поднимет его авторитет до небес. Фейри, оставшиеся на Авалоне, рассчитывают, что смогут вернуться во Внешние земли. Да, Людвиг, чему ты удивляешься? То, что они живут на Авалоне, играют на лютнях и улыбаются при встрече, ничего не значит. Они страстно мечтают оказаться во Внешних землях.

– Почему?

– Такова их природа, – сказал Марко. – И никто не думает о Дженни, о том, чего хочет она. А она хочет простой, нормальной, человеческой жизни. Той жизни, которую отнял у нее я.

– Марко, это глупо, – заметил Людвиг. – Она сама освободила фосса, сама потянула первую нить, которая распустила клубок событий. Ты не можешь этого изменить. В конце концов, это ведь Альберт Фреймус создал ледяную химеру.

– Я спровоцировал инициацию Дженни в конечном счете.

– Да, и тем самым спас ее. Если бы Дженни столкнулась с химерой, не пройдя посвящение Магуса, она бы погибла. И как ты намерен вернуть ей обычную жизнь? С помощью беспамятного изгнания?

Марко фыркнул.

– И зря, – невозмутимо продолжал Людвиг. – Это единственный способ заставить ее забыть все, что она уже увидела.

– Если враги грозят тебе со всех сторон, следует избавляться от них поодиночке. Главная угроза – Дикая Охота, – продолжил Марко. – Устранив ее, мы сразу же сведем к нулю опасность темников, Фреймус силен заемной силой, которую дает ему Владыка Аннуна, Господин Охоты. Поверь, с Талосом будет разобраться намного проще – особенно когда мы заберем у ослабленных темников шесть похищенных печатей.

Поезд вылетел из тоннеля. Азарт и ярость читались на остром лице Марко Франчелли, он сцепил руки в замок.

– Даже не буду спрашивать, как ты намерен это сделать, – сказал Людвиг. – Темники сильны и без помощи Дикой Охоты. Здесь не Авалон, здесь наши силы ограниченны, каждая просьба требует оплаты. Ты же знаешь обычную тактику темников – постоянно атаковать и ждать, когда Магус лишится сил.

Марко жестко усмехнулся:

– Людвиг, поверь, когда я закончу с Дикой Охотой, колдуны уже не будут проблемой.

– А Дженни? Она в безопасности?

– Настолько, насколько может быть безопасно в лагере темников. Там ее точно никто не ждет. Мы хорошо поработали над ее легендой и маскировкой. Ее задача проста – разведка и шпионаж. Она должна найти алкагест для Калеба и выяснить, чем Фреймус там занимается. Но осторожно, не вызывая подозрений. Я дал ей четкий приказ – немедленно уходить при малейшей опасности.

– Да, Дженни очень хорошо подчиняется приказам, – саркастически заметил Людвиг.

– Ей уже четырнадцать. Придется довериться.

Людвигу Ланге план совершенно не нравился.

– Все равно слишком опасно. Нет аварийного кода возвращения, нет связи, кроме Дороги Снов. Стоило хотя бы ей в помощь Арвета оставить за пределами лагеря – для подстраховки.

– Ты думаешь, этот мальчик может ей помочь? – удивился Марко. – У него нет ни опыта, ни особенной силы. Ему бы под крылом Германики в живых остаться. Арвета с собой тащить вообще не стоило – но разве Дженни отговоришь?

В купе повисло молчание. Людвиг пролистал «Осень Средневековья», которую давно хотел почитать, а фокусник углубился в записи. Строчки прыгали и не желали складываться в предложения, Ланге отложил книгу, покосился на Марко:

– Не думал завести планшет? Или ноутбук?

– Я не Фреймус, – укоризненно заметил фокусник. – Мне моя тетрадь дороже всех ноутбуков. И потом, я не люблю печатать. В этом действии нет жизни, слова выпадают как грязь из-под ногтей. А под пером речь течет как кровь, как дыхание, как твое продолжение.

Людвиг посмотрел в окно. За окном пролетал пейзаж Северной Италии: распаханные поля, тракторы, белые двухэтажные домики, крытые красной черепицей, аккуратные дворики с вечно-зелеными самшитовыми живыми изгородями. Скоро Рим, а там – самолет в Лондон и бросок до Венсброу. Дженни вывела их во Внешние земли в Адриатическом море прямо среди бела дня. Марко сразу же сориентировался и направил лодку к Триесту. По Адриатике каждый день снует столько яхт, катеров, прогулочных лодок, контейнеровозов, паромов, что никто не обратил внимания на еще один старинный парусник. Они причалили к тихой безлюдной пристани на окраине Триеста без всяких проблем.

– Талос знает, что мы прорвали блокаду.

– Несомненно. За нами идет погоня. Лекари. Талос силен в пределах Авалона, но он и его туата не в силах попасть во Внешние земли. Единственные, кто это может сделать и у кого есть опыт работы во Внешних землях, – Лекари.

Людвиг кивнул, вспоминая. В Триесте их группа разделилась: они с Марко отправились поездом в Рим, а остальные – самолетом в Париж, чтобы перехватить Сару Дуглас. Калеб оказал им бесценную помощь – полный план раскопок в Венсброу, архивы с файлами текущих проектов, счетов, анкеты соискателей в молодежный лагерь «Утренняя звезда», великое множество накладных, отчетов, аналитических справок. По сути, Калеб раздобыл карту текущих интересов Фреймуса, то, на что он больше всего тратил время в последние несколько лет. Лагерь «Утренняя звезда» – один из последних амбициозных проектов колдуна.

– Главная задача большой группы – отвлекать на себя внимание погони и вести агитацию, – продолжил Марко. – Они должны объехать все влиятельные Магусы Европы. Грядет Большой Собор Магусов, Ловцам нужны сторонники. Как ты понимаешь, Лекарей никто не любит, и все верительные грамоты Авалона не помогут им завоевать доверие. Талос слишком давно на Авалоне, он забыл, какая жизнь во Внешних землях.

– Иметь Лекарей на хвосте не лучшая перспектива. – Людвиг отодвинул книгу. Не читалось ему сегодня. – Ты знаешь, как они берут под контроль чудодеев?[14] Об их техниках?

– Лекари меня тоже тревожат, но я мало что о них знаю, – покачал головой Марко. – Они неизвестный элемент в большом уравнении. Теперь уже нет времени. Придется идти по намеченному пути.

Глава седьмая

«Зачем я выбрала роль Сары Дуглас? Могла бы притвориться просто чемоданом Сары. Или ее сумочкой. Может, заболеть? Или спрятаться? Я же могу попросить деревья укрыть меня под корнями? Или скрыться в подземных ходах? Старые боги, что мне делать?!»

Студенты нестройной толпой двигались к замку, Дженни плелась в хвосте. После завтрака, на котором, надо сказать, присутствовали далеко не все, а многие из тех, кто был, имели весьма помятый вид, интендант объявил, что их ждет приветственное слово мистера Альберта Фреймуса, после которого они приступят к обучению.

Именно это сочетание и пугало. Приступят. К обучению.

Что они будут делать? Жарить живых лягушек? Варить гной? Разорять могилы, глумиться над трупами, воскрешать покойников? В чем вообще состоит процесс обучения у юных темников?

«В крайнем случае просто исчезну, – подумала Дженни. – Прорвемся с Ласом через лес – и до свидания. Жалко, конечно, придется добывать алкагест другими путями… Нет, я не могу подвести Калеба еще раз! Что же делать?!»

Дженни нащупала коробочку с жабой-светоедом. Лучше бы вместо артефактов дед снабдил ее любым самым завалящим путеводителем по миру темников!

«Пятьдесят студентов. Десять пятерок, названы по первым десяти греческим буквам, – размышляла она. – Альфа, бета, гамма, дельта, эпсилон, дзэта, эта, тэтта, йота, каппа. Сару Дуглас приписали к пятерке «Гамма», третьей по счету. И что мы в этих пятерках будем делать? Кроссы бегать наперегонки?»

– Привет, – Виолетта Скорца поравнялась с ней, участливо поглядела. – Тебе нехорошо? Это все от вчерашних бургеров, там такой вялый салат был, а котлета – просто ужас. Сегодня половина лагеря ходит зеленая, в другая – фиолетовая в крапинку. Если нас так все время будут кормить, я долго не протяну.