— Если засранец всё ещё там, нам придётся сначала уложить его на лопатки, а уж потом задавать вопросы.
— Поняла, — кивнула она, — Только что если…
— Он застанет меня врасплох? Кинь в него кристаллом. Это его ослепит и ошарашит на время. Его нам должно хватить, чтоб обезоружить засранца.
Сказал и осторожно двинулся к лестнице, поудобнее взяв клинок. Поднимался медленно. Замирая каждые пару шагов и напряжённо вслушиваясь в то, что происходит на втором этаже. Но разобрать ничего не удавалось. В тяжёлом, затхлом воздухе ратуши висел грохот ударов. За последние пару минут тварей снаружи стало ещё больше. Теперь они ломились в дверь и во все ставни сразу.
— Надеюсь, эти уроды не приведут с собой полководца, — тихо сказала Айлин, — Под его ударами дверь точно развалится. Твою мать. Не хотелось бы умереть разорванной на части этими суками.
Я ничего не ответил. Молча кивнул и продолжил подъём. Лестница упиралась в небольшую площадку, которая соединялась с комнатой второго этажа одной-единственной дверью. Створка её также была наполовину открыта. На толстом слое каменной пыли, отчётливо виднелись плохо затёртые следы.
Я подошёл к двери. Немного помедлил. Затем пригнулся, положил кристалл на пол и с силой толкнул его через порог, в центр комнаты. Мрак тут же забился в самые дальние её углы. На обтёсанных гранитных стенах заплясали тени. Но ни вора, ни его укрытия в полуоткрытую створку видно не было. Я ещё немного помедлил, ожидая, когда Айлин поднимется вслед за мной. Ещё раз перехватил поудобнее меч и осторожно зашёл внутрь.
Комната была пуста. Плохо затёртый след упирался в границы небольшого круглого отпечатка, оставшегося на полу. И пропадал.
— Не понимаю… — растерянно сказала Айлин, заходя в комнату, — Он же не мог просто взять и…
— Испариться, — продолжил за неё я, — Выходит что мог. Тем более, вспомни. Он уже проделывал такой фокус. В гробнице «святого» хер знает, как его там.
— Ага, — скривилась девушка, — И так же, как в прошлый раз, мы снова остались в дураках. Запертые в доме, окружённом разъярёнными, голодными заражёнными. Которые могут через некоторое время уйти.
— А могут и не уйти, — покачал головой я, обводя взглядом комнату. Тут обстановка была уже побогаче. У дальней стены располагался вытесанный из камня очаг, с уходящим в потолок дымоходом. Посреди комнаты — покрытый пылью каменный стол с несколькими кованными стульями вокруг него. У противоположной от очага стены, такой же каменный стеллаж с несколькими полками, на которых стояли пузатые стеклянные бутылки с тёмной жидкостью, — Ладно. Давай как-нибудь обустраиваться, — продолжил я, прислушиваясь к тяжёлым ударам, доносящимся снизу, немного помолчал и добавил, — Ждать, похоже, придётся долго.
Первым делом закрыли на засов дверь и проверили два окна, выходящих на площадь. Оба были надёжно заперты. Сомневаюсь, что тварям приспичит вскарабкаться на карниз, чтобы проверить их на прочность, но лучше всё-таки перестраховаться. Затем ещё раз, уже куда более внимательно обыскали комнату.
— Смотри, — бросила девушка, подходя к камину, — Тут кто-то оставил нам подарок.
Она указала на кучу дров и лежавшую с ней рядом внушительную охапку мелкого хвороста.
— Или не нам, — кивнул я, пристально рассматривая бутылки. Они казались намного моложе, чем весь остальной интерьер комнаты. Сургуч, котором были запечатаны пробки так вообще, довольно свежий. Воск не покрыт пылью, рисунок не успел стереться, — Должно быть, мы забрели в какой-то перевалочный пункт этих подземных жителей. Кем бы они ни были.
— Или нас сюда привели, — добавила Айлин, поднимая с пола что-то блестящее, — Глянь, что это? — она показала мне небольшую металлическую подковку, противоположные концы которой почти вплотную соприкасались друг к другу, но в последний момент поворачивали в противоположные стороны, образуя два толстых завитка.
— Кресало, — кивнул я, — Там рядом должен ещё валяться такой серый камушек. Кремень называется.
— Есть, — ответила девушка, подбирая с пола тёмный предмет, — Может, огонь разведём? Дрова есть. Хворост тоже. Да и честно говоря, в этом каменном мешке довольно холодно. Я… замёрзла.
— Давай попробуем, — пожал плечами я, подходя к ней и забирая получившееся огниво, — В конце концов, чем чёрт не шутит. Авось и получится.
— А умеешь? — с сомнением посмотрела на меня девушка.
— Нет, — покачал головой я, складывая в центре камина тонкие веточки хвороста, — Видел только, как Бернард это делает. Он вроде кресалом стучал о кремень… Или кремнём о кресало…
— Короче, ты не знаешь, — подвела итог девушка.
— Нет, — я не стал отпираться, взял в руки инструмент и попытался представить, как это должно выглядеть. По идее всё-таки кресало о кремень. Металл более мягкий, чем камень. От него должна отделяться стружка, вспыхивать из-за трения и падать на сухой хворост, поджигая его. Или это должны делать осколки камня. Чёрт его знает. Ладно… Я размахнулся и ударил камнем о кресало. Раздался звон металла. Камень отскочил в сторону. И ничего не произошло. Ударил ещё раз. Теперь уже железкой о камень. Снова ничего. Лишь пара маленьких искорок выскочила, но тут же потухла.
Мда… А ведь у Бернарда это ловко выходило. Один-два лёгких взмаха и хворост уже весело потрескивал, плюясь искрами и язычками пламени. Криворукое я создание. Стоит отобрать палочку-выручалочку в виде магии, и тут же выясняется, что умею чуть более, чем нихрена. Надо будет восполнить этот пробел, если выберемся. Нельзя всё время полагаться на способности, которые могут в любой момент подвести. Надо учиться выживать и без них.
Я ещё несколько раз ударил кресалом о кремень. В последний раз искры даже долетели до хвороста. Но всё, на что их хватило — выжать тонкую струйку дыма из горсти веток. Ещё пара ударов. Дымок стал чуть посильнее, но огня так и не появилось. Твою мать. Ну что я делаю не так то? Искры есть. Хворост есть… Либо лыжи не едут, либо кое-кто немножечко тупой.
Я уже хотел было махнуть на это дело рукой, как вдруг над веточками заплясал крохотный язычок пламени. Сначала окутал тёплым оранжевым ореолом одну. Перекинулся на вторую. Начал облизывать кончик третьей. Я тут же бросил сверху ещё хвороста, чтобы огонь занимался бойчее и повернулся к девушке. Увидел её побледневшее лицо. Кровь, выступившую под носом. И покачал головой. Мол, ну и зачем?
Она как-то рассеянно посмотрела на меня.
