— Саймон, у нас ничего не получится. Очень глупо нам с тобой идти на свидание в сложившихся обстоятельствах.
— Согласен. У нас ничего не получится. И бессмысленно устраивать свидание.
Хотя Кейт сама только что утверждала то же самое, слышать от него это было неприятно.
— Но почему бы нам просто не поужинать во «Флетчерс»? В чем проблема? Просто как друзьям.
— Как друзьям? И ты позволишь мне самой заплатить за себя?
— Нет, — ласково, но твердо ответил Саймон. — Считай, что это в благодарность за твое гостеприимство.
— Ты достаточно отблагодарил меня, отработав две смены на яхте. Я же не буду тебе за это платить.
— Разумеется. Только если бы тебе действительно были нужны дополнительные рабочие руки, ты бы наняла смену заранее. Я работал в свое удовольствие, а мог бы и вовсе ничего не делать, вы бы и не заметили. Так что, если ты не позволишь мне выразить признательность за предоставленный кров, я вынужден буду искать другое пристанище.
— Нет! — возглас вырвался у Кейт сам собой. Да и как можно дать Саймону уйти? Ведь он брат Фелиции, он — родня… — Значит, говоришь, «как друзья»?
— Готова ли ты назвать другом человека, который не очень силен в общении с детьми, по который постарался держать себя с Джесси так же, как с тобой? — Саймон пристально глядел на девушку.
— Да, — тут Кейт ответить было просто. Что поделать? Бывают такие люди, которые не сходятся
с детьми, которым, может, дети попросту противопоказаны. Видимо, Саймон из их числа. Общаться с ними можно, но полюбить такого по-настоящему Кейт никогда не сможет.
— Так мы идем в ресторан?
— Идем. Во сколько мы должны быть там?
— В семь тридцать.
— Что? А ты знаешь, что уважающие себя дамы перед походом во «Флетчерс» по нескольку часов просиживают у визажистов и парикмахеров!
Саймон смерил ее оценивающим взглядом и обворожительно улыбнулся:
— Ты можешь идти как есть и все равно будешь самой очаровательной из всех.
— Не преувеличивай… Ладно, тогда я пошла собираться.
Приведя себя в порядок, час спустя Кейт вошла в гостиную и буквально замерла, увидев уже готового к выходу Саймона. В ослепительно белой рубашке, черном смокинге и с галстуком-бабочкой он был восхитительно элегантен и необычайно притягателен, как будто сошел с обложки журнала про знаменитостей. Но даже не это поразило Кейт, а горящий взгляд, которым мужчина встретил ее. Казалось, этот взгляд сулил им обоим обжигающее пламя страстей. Было безумием согласиться на это свидание. От огня, как известно, остается лишь пепел…
Саймон сглотнул и первым нарушил повисшее молчание:
— Кейт, ты прекрасна! Тебе никакие визажисты не нужны.
Девушка зарделась от смущения и удовольствия. Было понятно, что англичанин говорит совершенно искренне. Для похода в ресторан она выбрала серебристо-синее — цвета лунной дорожки на морской глади — платье, плотно облегающее фигуру сверху, а от колена расходящееся свободными волнами. На плечи девушка набросила легкую, расшитую стразами накидку. Довершали картину серебряные босоножки на высоких каблуках и крошечная вечерняя сумочка.
— Ты тоже ничего, — ответила она и нервно рассмеялась. — Пройдемся пешком?
Саймон с сомнением посмотрел на нарядные босоножки:
— Мне кажется, далеко ты в таких не уйдешь.
— Могу переодеться в кроссовки, но эффект будет не тот.
— Нет уж, поедем на моей машине.
Поняв, что вечерняя прогулка под лунным светом по набережной с Саймоном отменяется, Кейт испытала смешанное чувство облегчения и разочарования. Пытаясь отделаться от разочарования, она сосредоточилась на том, что так даже лучше. А то Саймон исключительно из дружеских побуждений обязательно взял бы ее за руку, и аромат его одеколона вкупе с этим прикосновением вскружили бы ей голову. И она — слабая хрупкая женщина — обязательно и, разумеется, совершенно случайно споткнулась бы и упала на его широкую сильную грудь. Они бы остановились, повернулись друг к другу, а вокруг ночь, луна, романтика… Нет-нет, на машине безопасней. И, удержавшись от вздоха, Кейт первой пошла к двери.
Она даже не могла припомнить, когда в последний раз ужинала с таким удовольствием. Еда была божественной: припущенная на пару семга, сочные креветки, освежающее лимонное пирожное, французское шампанское — выше всяких похвал. Место им досталось тоже удачное: столик на двоих располагался в нише, и таким образом создавалось впечатление уединения. Из окна открывался сказочный вид на залив.
Саймон старался изо всех сил, чтобы ей было хорошо: шутил, делал оригинальные комплименты. Кейт смогла полностью расслабиться. В их общении вновь установилась та атмосфера непринужденности и легкости, которая царила в самый первый день, когда они гуляли по пляжу. Теперь, правда, Кейт не строила уже никаких иллюзий. Но поскольку настроение было хорошее, она сразу согласилась на предложение Саймона прогуляться по набережной.
— С удовольствием. Я столько съела, что мне это будет полезно.
— Мы совсем немножко пройдемся, — Саймон снова посмотрел на высокие каблуки Кейт. От него исходила какая-то аура надежности, и Кейт это нравилось.
Они медленно пошли по берегу. Никто не заговаривал первым, и слышен был только легкий шелест волн, набегающих на песок. Этот звук успокаивал, убаюкивал, внушал ложное чувство безопасности. Через несколько шагов Кейт остановилась: еще чуть-чуть, и они вновь окажутся на том месте, где поцеловались пару дней назад. С трудом заставляя себя не думать о том поцелуе, Кейт не хотела, чтобы в Саймоне пробудились воспоминания, а потому попыталась отвлечь его разговором об открывающемся их взору морском пейзаже:
— Не правда ли, дивный вид!
— Правда, — да только Саймон вовсе не смотрел ни на какие красоты вокруг. Его взгляд был прикован к ее лицу, и девушка поняла, что спутник уже осознал, где они находятся, и прекрасно помнит, чем они тут занимались. Как не хочется, чтобы он сейчас все испортил. Кейт сглотнула и произнесла:
— Я чудесно провела сегодня вечер, Саймон.
— Я тоже, — он наклонился к девушке и убрал с ее лица выбившуюся из прически прядь. — Знаешь, тот поцелуй… В общем, это был самый лучший поцелуй в моей жизни. Все предыдущие — как там говорится — даже рядом не висели!
— Не стояли, — автоматически поправила Кейт, а потом строго произнесла: — Забудь о том поцелуе.
Саймон только покачал головой:
— Ни за что. Память о нем всегда будет жива во мне!
И он дотронулся рукой до ее лица. У Кейт перехватило дыхание, но она не отступила, не отвернулась. А когда он потянулся к ее губам, девушка не возразила, не остановила его. Синхронно шагнув навстречу друг другу, они обнялись. Саймон крепко прижал к себе Кейт. Его рот действовал настойчиво и уверенно. У девушки мурашки побежали по телу. Судя по этому поцелую, она действительно по-настоящему нравится Саймону, он действительно страстно желает ее. И похоже, он ее чувствует, понимает, что нужно делать, чтобы доставить ей удовольствие. И все это можно было бы сказать и о самой Кейт, судя по той готовности, с которой она откликнулась на его порыв.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
