В страхе он пополз назад, размазывая по мокрому от вчерашних возлияний ковру попадавшиеся на его пути объедки и пепел, пока не уперся спиной в стену. Дальше отступать было некуда. Дух с любопытством наблюдал за ним, потом, к ужасу Шлигола, начал приближаться. Студент зажмурил глаза и закрыл лицо руками, стараясь отогнать жуткое видение, но светящаяся тень зависла над ним, призрачный рот открылся и заговорил.
— Прошу прощения за беспокойство, — произнес он, — но не видел ли ты где-нибудь парня по имени Угман?
Шлигол открыл глаза и, парализованный страхом, уставился на газообразный сгусток. Не в силах вымолвить ни слова, он вытянул дрожащий палец и указал на массивную фигуру, примостившуюся на одном из диванов. Спящий с нежностью любовника, вновь обретшего давно утраченную возлюбленную, обнимал пивной бочонок.
— Благодарствую, — сказал дух Дариана.
Он повернулся, собираясь направиться к тому, кого должен был по просьбе Гларта разыскать, но замешкался. Сегодня утром призрак обнаружил, что люди, когда он того желал, могли его видеть. Эффект, по его мнению, был потрясающим.
Дух наклонился к Шлиголу и завыл:
— У-у-у!..
Студент пронзительно завопил и вжался в стену, словно хотел ее продавить. На его лице застыла маска ужаса. Призрак Дариана усмехнулся. Он явно освоился с новым положением и впервые после смерти почувствовал, что и бесплотное существование не лишено маленьких радостей.
— У-у-у! — завыл он снова и, воздев руки к потолку, затряс головой.
Шлигол сидел ни жив ни мертв и только беззвучно шевелил губами. Верхняя часть туловища его не слушалась, а нижняя, к счастью или несчастью, продолжала функционировать. В том числе и мочевой пузырь.
Студент вскочил на ноги и, оставляя за собой мокрый след, кинулся к двери. Распахнув ее, он бросился вон, едва не сбив с ног молодого монаха в синей рясе, и помчался по улице, не разбирая дороги и не обращая внимания на проливной дождь.
Опешивший Гларт изумленно проводил беглеца взглядом, после чего повернулся к стоявшей рядом Макоби.
— Что это на него нашло? — спросил он. Девушка недоуменно пожала плечами.
Они переступили порог дома и, откинув мокрые капюшоны, огляделись.
День стоял пасмурный и серый, отчего в помещении было сумрачно, и поначалу принцесса с Глартом ничего не могли разобрать. В нос им ударил резкий запах прокисшего пива, табачного дыма и пота, слегка приправленный кислыми испарениями блевотины. Когда глаза привыкли к темноте, они увидели жалкую картину опустошения.
— Святые небеса! — воскликнула Макоби. — Вот это пирушка!
— Ничего особенного, — отозвался чей-то голос с дивана. — Обыкновенный уик-энд.
Всмотревшись в темноту, они заметили, что кто-то на диване, массивный и большой, пытается привести себя в вертикальное положение. Наконец гигант сел, бережно опустив рядом с собой на подушку пивной бочонок. В гиганте Гларт узнал Угмана.
— Привет, Гларт! — спокойно сказал пещерный тролль. — Ты немного опоздал! Вечеринка закончилась четыре часа назад.
— Да нет же, — отпарировал Гларт, — мы слишком рано для сегодняшней попойки.
Угман хмыкнул и, приподняв бочонок с пивом, отхлебнул из него. Утерев рот огромной ладонью, он громко рыгнул. Произведенный звук походил на рев дракона, заточенного в подземелье.
— Прошу прощения, — обратился он к Макоби. — Проблема в том, что у меня манеры пещерного тролля. Этот призрак с тобой?
Макоби озиралась по сторонам, не веря своим глазам. Принцесса слышала, что многие волей обстоятельств вынуждены жить в нищете и убожестве, но она впервые столкнулась с тем, что кто-то живет так, потому что им это нравится. Качая головой, она двинулась к окну и отдернула занавески.
Хлынувший в комнату поток света вызвал хор стонов и недовольных возгласов со стороны гуляк, чьи тела были разбросаны по всему помещению.
При свете серого дня обиталище студентов выглядело еще более убогим. Унылое однообразие голых стен с облупившейся краской скрашивали оставленные то там, то здесь следы прошлых трапез. Принцесса старалась не смотреть вниз, боясь, что мягкий зеленый ковер окажется на самом деле плесенью.
— Так вот как ты представляешь себе безопасное и укромное место? — спросила она Гларта с сомнением в голосе.
— Поверьте мне, здесь вы будете в полной безопасности, если не станете ничего есть из местной стряпни. Кому, скажите на милость, придет в голову искать вас в таком месте?
Макоби вынуждена была признать, что Гларт прав. Миал ни за что не поверил бы, что она может скрываться в подобной дыре. Он ведь считал ее нормальной.
Девушка неопределенно пожала плечами, и Гларт, улыбаясь во весь рот, присел на ручку дивана рядом с зевающим пещерным троллем.
— Скажи, Угман, — начал он, — где мы можем поговорить с глазу на глаз?
Угман как будто его не понял и некоторое время недоуменно моргал глазами.
— Ах да, — спохватился он после минутного замешательства. — Прикольно! Идемте со мной!
Тяжело поднявшись на ноги, тролль двинулся к двери в конце комнаты, аккуратно выбирая дорогу среди груд мусора и перешагивая через сонные тела. Гларт и Макоби последовали за ним, а Дариан остался позади, развлекаясь тем, что пугал постепенно просыпавшихся весельчаков.
За дверью оказалась деревянная лестница с почти отвесными пролетами. Лестничная площадка наверху была настолько крошечной, что богатырская фигура Угмана едва в нее вписывалась. На площадку выходили три двери. Тролль толкнул среднюю, и компания очутилась в спальне еще более захламленной, чем помещение внизу. Кучи неряшливо разбросанной повсюду одежды поднимались на высоту матраса просторной деревянной кровати. На кровати лежало лоскутное одеяло, под которым кто-то сладко храпел.
Утопая в море тряпок, Угман добрался до окна и снял картон, служивший жалюзи. Серый безрадостный свет наполнил серую безрадостную комнату.
— Безногий, просыпайся, — пророкотал Угман. — У нас гости.
Поскольку реакции не последовало, он не мудрствуя лукаво уверенным движением сгреб в охапку одеяло и стянул его с постели.
Белье, по всей видимости, никогда не меняли, и решительные действия Угмана, не побоявшегося замараться, вызвали у Макоби восхищение.
Первое, что они увидели, были ноги, покоящиеся на подушках. Храп стих.
— Пшел вон! — донесся из постели невнятный голос, и откуда-то из середины вылезла голова со всклокоченными волосами и, часто мигая от непривычного света, уставилась на них.
— Это мой друг и сосед по жилью Безногий, — обратился тролль к Макоби. — В отличие от остальных эльфов он по утрам и по вечерам, если угодно, не в лучшем расположении духа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
